Чтение онлайн

Но чем ближе становилась граница эффективного огня, и вот-вот должны были заговорить пушки, тем медленнее шли отдельные корабли Сизого, то один, то другой, они снижали скорость относительно основного порядка и сворачивали в сторону, окончательно ломая боевой порядок. В какой-то момент и вовсе все «посыпалось», корабли один за другим стали разлетаться в стороны, пока флагман не остался в гордом одиночестве.

Можно только представить, как в этот момент бесновался Сизый, крича на своих подчиненных и пытаясь вернуть их в строй угрозами, посулами. Но все бесполезно. Никто не хотел продолжения бойни, ради того чтобы сместить одного и поставить на его место другого главаря, при этом имея все шансы не дожить до обещанной награды.

Оставшись в одиночестве, флагманский корабль без флота остановился.

— Один в поле не воин…

Кто-то согласно хмыкнул.

Каин ждал. Хватило бы одного залпа всего сводного флота, даже с такой дистанции, чтобы разнести этот корабль на гайки. Но ему было просто интересно, как Сизый будет выворачиваться из сложившейся ситуации. Он просто не представлял, что бы сделал сам, окажись на его месте.

Камеры, снимавшие флагман, через десять минут после остановки зафиксировали отлет какого-то тела от борта корабля. Оператор самостоятельно выделил новую метку и увеличил. Тут выяснилось, что это действительно тело… Сизого. Его, что называется, отправили погулять без скафандра.

— Вот теперь победа…

Альма сбежала из дома Кентавра сразу же, как началась бойня в городе и всем стало известно, кто поднял мятеж против Оникса. Понятное дело, что она не хотела пострадать из-за действий своего клиента. Дом могли захватить люди камрад-президента, и тут бы ей не поздоровилось. Потешились бы над ней на славу, а то и вовсе убили бы в порыве мести.

Она, как и многие другие платные подружки высокопоставленных пиратских главарей, затаилась в роще, в пяти километрах к северу от города. Никто не торопился возвращаться и после того, как бой прекратился, когда стало ясно, что Оникс жив, только лишь тяжело ранен, а сам зачинщик мятежа бежал. Город еще горел, а пираты ходили злые, кое-где все еще возникали скоротечные стычки, и обозленные мужики могли взять то, что хотели, без оплаты, дескать, война все спишет. Так что нет, пусть уж успокоятся и восстановятся хоть какие-то правила приличия.

Тут стало известно, что война началась уже в космосе.

— Вот ведь вляпались, — нервно закуривая очередную сигарету, сказала одна из дорогостоящих беженок по имени Барбара.

Альма ее знала, потому как набрали их в одном агентстве. Более того, она знала, у кого работала Барбара — у Бзежинсона, одного из главарей заговорщиков.

— Чего ты дергаешься? — довольно спокойно спросила еще одна подружка, классом ниже — то есть совсем низкого, и выглядевшая соответственно: невысокого роста, с толстыми ногами, обвисшей грудью и не очень-то привлекательным лицом. Но тут мужикам не до красоты…

— Сейчас перебесятся — и снова работать будем. А это, — кивнула она на город, — риск за хорошее бабло. Где еще такие бабки можно заработать?! Я тут за один год заработаю столько, сколько за пять лет вряд ли получу, и это без всяких отчислений в так называемый профсоюзный фонд! Ха-ха! По возвращении свой бордель открою! А то и вовсе тут останусь.

Барбара взглянула на «грязнулю» — проститутку из обычного борделя — с презрением и отвернулась.

— Она не понимает, — махнула на потасканную проститутку Альма, — ей все равно, перед кем ноги за полтинник раздвигать. А вот нам, тем, кто по индивидуальным контрактам сюда прилетел, побеспокоиться стоит. Как бы вместе с ними в одном борделе не оказаться.

— Да… — согласно закивала Барбара. — Этот нескончаемый поток мужиков не для нас… Иначе через месяц станем такими же коровами, как и они. Бр-р-р…

Барбару аж передернуло от отвращения.

— Значит, нужно найти новых, пусть и за меньшую плату.

— А ты таких знаешь?

— Есть пара кандидатур, — кивнула Альма. — Вот только чтобы их себе забрать и в чистоте остаться, придется в город одними из первых пойти.

Барбара кивнула.

— Только об этом больше никому. Я и тебе-то по старой дружбе сказала. А то разберут, глазом моргнуть не успеем.

— Я не дура, понимаю…

— Вот и договорились.

— А кто они?

— Доктора.

— Хорошо. Не думаю, что они такие же уроды, как остальные.

— Это точно. Образованные и все такое…

Успокоившись, Барбара перестала безостановочно курить, а может, просто сигареты кончились.

Прошло часа два, когда Альма привлекла внимание Барбары и сказала:

— Пора…

— Но там еще все горит…

— Можешь оставаться, — пожала плечами Альма. — Я пойду одна.

— Нет-нет, я иду!

На их уход никто не обратил внимания. Девушки часто уходили по нужде парами, опасаясь отходить в глубину чужой природы поодиночке. Мало ли какие тут звери водятся?

— Там уже все успокоились, — продолжала успокаивать Альма Барбару по дороге, когда они, делая широкий крюк, двигались к городу. — Быстренько доберемся до этих докторов… Они наверняка сейчас раненым помогают… устанут до чертиков. Так что нам не составит труда уговорить их себя принять… Ты только цену сильно не завышай.

— Конечно…

— Они ведь не абордажники, много не зарабатывают, хоть и не матросня, которая может позволить себе раз в неделю корову вроде той дуры, что тут остаться хочет.

Плетя еще какую-то успокоительную чепуху, Альма добралась до города и перебежками, сначала от казармы к казарме, а потом от дома к дому, стала продвигаться к центру, стараясь никому не попадаться на глаза.

— Не отставай…

К удивлению Альмы, дом Кентавра в побоище почти не пострадал.

— Послушай, Барбара, я тут заскочу на минутку, вещи только прихвачу кое-какие, ладно? Вот он, дом моего клиента, раз уж нас вынесло сюда…

— Да-да… — поспешно согласилась Барбара, трясясь от страха.

Конечно, есть такая поговорка, что проститутку одним известным мужским органом, коим детей делают, не испугать, но она группового изнасилования боялась страшно. А кругом мужики так и кишели, даже удивительно, что они еще ни на кого не наткнулись.

Барбара заскочила в дом Кентавра вслед за Альмой и плотно прикрыла дверь.

— Ты только поторопись!

— Конечно…

С этими словами Альма с размаху ударила Барбару по голове тяжелой салатницей. Оттащив безжизненное тело в спальню, она забросила его на кровать, а саму кровать подожгла. Убедившись, что пожар получится что надо, женщина спешно покинула дом Кентавра, из всех вещей прихватив с собой только косметичку…

До дома Хирурга она добралась без проблем, никому не попавшись на глаза, и легко проникла внутрь. Пиратский лекарь действительно отсутствовал. Альма очень надеялась, что доктор не погиб в этой бойне и сейчас оказывает помощь многочисленным раненым.

По его возвращении только утром следующего дня, Альме удалось без особого труда уговорить Хирурга оставить ее у себя до того, как с планеты можно будет убраться, посулив в том числе и серьезную скидку на услуги. Врачеватель особо не сопротивлялся, сказав, что не стоит его держать совсем уж за нищего, дескать, он теперь ни много ни мало главный врач самого камрад-президента, грохнулся в постель, даже не раздеваясь, и тут же уснул.