Чтение онлайн

– «Да уж, эта вечеринка явно затеяна не слишком поздно» – подходя ко мне, криво усмехнулась Твайлайт, глядя на залихватский баннер с названием «новой» вечеринки. Похоже, она так и не избавилась от неприязненного отношения ко всякого рода празднествам и вечеринкам, поэтому я благодарно потерлась носом о ее нос, безмолвно благодаря за эту скромную жертву – «Ой, да ладно тебе, Скраппи. Я же говорила тебе, что все будет хорошо! Кстати, а что это за песенку ты сейчас мычала себе под нос?».

– «Да так… Ничего особенного» – глупо ухмыляясь от выпитого для успокоения нервов пунша с дольками лимона, отмахнулась я – «Музыка напомнила кое-что. Вон, видишь, как стараются все пони?».

– «А-гась! Эт моя родственница, Эппл Фриттер! У нас намечается семейная встреча всех Эпплов, и она решила стать первой ласточкой намечающегося торжества» – кивнула подошедшая к нам Эпплджек, кивая на свою родственницу, залихватски наигрывающую что-то более мелодичное, нежели обычные мотивы различных деревенских оркестров – «Ээээ нет, Скраппи, даже не тяни свои копыта, теперь никакого сидра целый год! Лучше спой нам что-нибудь опять, а? Родственники все никак не могут отойти от твоей свадьбы, после которой их буквально задергал этот репортер, уезжавший с ними в поезде. Вынь ему да полож, кто это так красиво пел на сцене!».

– «Ну и сказали бы, что это Черри» – смущенно буркнула я, с сожалением провожая взглядом убранную у меня из-под носа кружку с пенящимся напитком – «Мне только репортеров на дом не хватало!».

– «Так он ничего и не узнал… Наверное» – резонно, хотя и не очень уверенно, заявила Эпплджек, опустошая свою немаленькую кружку под моим жалобным взглядом – «Но для нас-то ты споешь?».

– «Ага… Но за кружку сидра!» – махнув на все ногой, решила не торговаться я – «Ладно, так и быть. А теперь пойдем к твоей родственнице. Я смотрю, она на скрипочке своей самого Ричи [127] могла бы удивить».

«А вот и милый подоспел».

Я ни за что бы не заметила, как большая, темная тень просачивается в открытое окошко верхнего этажа, если бы, сосредотачиваясь, не задрала голову наверх, к едва заметному в вышине ствола потолку.

Даже выпевая простенькие на первый взгляд слова и раз за разом начиная незамысловатый куплет, быстро подхватываемый остальными гостями, я раз за разом возвращалась взглядом к покачивающейся под потолком тени. Ведь я пела именно для него.

– «Ухх, это ж было прост бесподобно!» – восхитилась Эпплджек, выставляя мне положенную награду, в то время как обрадованные новой песней жители городка радостно топали копытами в пол – «Откуда ты только их берешь, а? Неужто придумываешь?».

– «Это песни старого мира, ЭйДжей» – улыбнулась я, с легкой грустинкой вспоминая о том, что смогла узнать, будучи этим древним, загадочным существом – «Очень старые, даже древние».

– «Ты все еще помнишь то, что осталось от той, прежней тебя?» – неслышно подкравшись ко мне, поинтересовалась Твайлайт – «Что-нибудь интересное, или полезное… И не особо страшное?».

– «Я помню все, Твайли» – сидр, перенесенные волнения и столь же резкий переход в маленький праздник совсем закружили мою голову, и я чувствовала себя очень и очень пьяной, хотя таковой на самом деле вроде бы и не была – «Вот только себя я не помню, да и он тоже… Да-да, моя дорогая куратор, можешь скакать за пером и бумагой, ведь принцессе так и не удалось главное – Дух никуда не исчез. Он живет во мне, подает мне советы и иногда мне кажется, что я даже могу услышать его голос, но вот что он говорит…».

– «Так значит, ты…».

– «Нет, подруга. Я – это я, поскольку мое купание в этом колодце и твое заклинание не прошли для меня даром. Однако вам так и не удалось вырвать эту часть моей души» – я глуповато усмехнулась, глядя на недоумевающую морду Эпплджек и задумчивую – Твайлайт – «Что поделать, таков расклад на этот год. Поэтому подумай, имеет ли смысл дергать принцессу именно сейчас, ведь я и так встречалась с ними практически каждую неделю, а уж с Луной – так вообще едва ли не каждый день. Кстати, а ты не могла бы мне сказать, почему она не хочет меня видеть, а? Заодно и передашь ей, что все идет так, как она и задумывала – хоть меня и сместили, заставив таскать навоз из-под ее гвардейцев, ее возлюбленная подданная совсем не обижается, и передает ей пламенный привет, желая и дальше счастливо править своим народом, самостоятельно разбираясь со всеми проблемами Гвардии и Легиона».

– «Да, я уже слышала, как и все остальные. Газеты вновь смешали тебя с грязью, выставив как опасную мятежницу, усмиренную лишь силами героя Эквестрии, Вайт Шилдом, но я не знала о том, что принцесса тебя игнорирует» – пристыжено проговорила фиолетовая единорожка, как можно более незаметно запихивая подальше перо и бумагу – «Сегодня же вечером я ей напишу письмо, в котором расскажу все, что узнала. Но что же мне делать, если он вдруг вернется?».

– «А ничего тебе не придется делать» – моя улыбка стала еще шире, когда я качнула головой в сторону приоткрытого окошка, возле которого еще не так давно колыхалась глазастая тень – «Я хочу лишь довести до конца свои дела в Легионе, после чего – осяду здесь, в Понивилле, и буду целыми днями находиться под твоим надзором. И не волнуйся ты так! Видишь это кольцо у меня на крыле? Это значит, что теперь у меня есть свой, персональный цербер».

«Опаздываю! О богини, как я могла проспать?! А вроде бы вчера почти и не пила…» – лихорадочно работая крыльями, я летела в Кантерлот. Выворачивающий ноздри ветер резал глаза и рвал мои уши, когда я, словно метеорит, пробила кучу легких облачков и миновав дозорную башню со что-то завопившими мне в след гвардейцами, грохнулась на брусчатку перед большим деревянным зданием крайне казенного вида. Притулившееся между пакгаузами [129] , оно было старым и незамысловатым на вид, однако добротные, блестевшие новенькими стеклами окна убеждали меня в том, что это именно то, что я и искала.