Чтение онлайн

– «Уххххх!» – поразилась Соя, наполнив эхом своего голоса древние катакомбы. Щель в круглом проеме привела нас в темный коридор, наполненный тихим, вкрадчивым звуком падающих капель. Звонко стуча по изъеденному ржавчиной металлу полов, они скапливались в лужи, и, звеня, юркими ручейками сбегали по лестницами вниз, на лежащие под нами этажи. Повернувшись, я посветила захваченным из города фонарем по сторонам, и едва не отпрянула в сторону, встретившись глазами с ярким светом, бьющим из ближайшего дверного проема. Хвала богиням, это был всего лишь свет моего же фонаря, отразившийся от мутного стекла обводной галереи, идущей вокруг центральной шахты бункера.

– «Ниииидл! Ээээээй!» – проорала у меня над ухом гвардейская кобыла, поправляя висящую на груди коробку, из которой, освещая проржавевшие стены и пол, бил яркий луч резкого, неприятного, белого света. В отличие от старинной безделицы в моих копытах, помимо теплого, желтого света, еще и нагревавшей вокруг себя воздух теплом мерцающего кристалла, эта новомодная штуковина была явно сделана где-то неподалеку от Сталлионграда. Функционально, полезно, удобно – но не было в ней того шарма, той тяжеловесной грации, которыми обладали сделанные пони вещи, хотя некоторые особенности ее конструкции навели меня на довольно мрачные мысли. Два кристалла, большой и маленький, при соприкосновении друг с другом дававшие яркий луч света – все это будило в моей голове воспоминания о «критической массе», «радиоизотопах» и прочих умных, но крайне опасных явлениях и вещах, однако на этот раз я не стала устраивать истерики и с видом сумасшедшего пророка проповедовать окружающим опасность ионизирующего излучения, заставляя остальных пони глядеть на меня, как на одержимую. Однако обмыслить все это определенно стоило – уж слишком отличался весь дизайн этого фонарика как от эквестрийско-стимпанковских поделок, так и от прилизанно-функциональных игрушек сталлионградцев.

– «Он не мог далеко уйти!».

– «Еще бы. Тут вроде бы всего четыре этажа, да и помещений не так много».

– «Нииииииидл! Гдеееее тыыыыы?».

– «Слушай, ну вот ты только не надрывайся, ладно?!» – прижав уши, зарычала я на Кранчи Халма. Выслуживаясь, молодчик затрубил, словно слон, причем над самым моим ухом, и мне с большим трудом удалось сдержаться и не сломать ему челюсть или ногу за эти немузыкальные вопли – «Че ты орешь, в конце концов? Думаешь, он просто прячется от нас? Нет? Ну а чего тогда вопишь? У меня уже в ушах звенит от ваших криков!».

– «Виновата, мэм!» – дежурным голосом заявила капрал, явно пропуская мои жалобы мимо ушей – «Халм, давай-ка по кругу, по этому этажу! Я возьму на себя второй, а потом мы спустимся на третий…».

– «Мы побудем тут, на балконе» – недовольно дернув хвостом, отозвалась я, уловив недосказанную мысль в самом тоне, которым Тумор отдавала приказы своему подчиненному – «Пойдем, Бриз. Посмотрим, что тут к чему».

– «Странное это место. Странные военные. Странное все» – призналась альбиноска, оглядываясь по сторонам. Заброшенный бункер медленно, но верно распадался – это было заметно всем и каждому, хотя я и не могла сказать, почему. Истлевшая сталь полов опасно хрустела под нашими ногами, и я не рискнула подходить к краю балкона, чтобы выяснить, насколько глубоко уходило это здание в тело горы, ведь мне, почему-то, совсем не улыбалась перспектива узнать это, так сказать, лично, навернувшись с прогнившего стального карниза – «И зачем мы вообще сюда полезли, а? Мне казалось, что нам лучше было бы убежать как можно дальше и спрятаться где-нибудь в Клаудсдейле или у тебя дома…».

– «Ага. Прячущийся Легат. Просто ofigitelnoye, должно быть, было бы зрелище» – хмыкнула я, поднимая на вытянутой ноге мерцающий фонарь и внимательно оглядывая ржавые стены. Кое-где вода уже начала просачиваться сквозь отсыревающий железобетон, веселыми струйками стекая на прохудившийся пол. Тишина, царившая когда-то в этом заброшенном бункере, уступила место звону бесчисленных ручейков, с веселым звоном стекавших куда-то вниз и, судя по звуку, впадавших в целый бассейн, образовавшийся на дне этого рукотворного сооружения. Вот, наверное, почему никто не стал утруждать себя консервацией этой находки, ведь потребуется не так много времени, чтобы вода до краев заполнила этот рукотворный бассейн, похоронив любые следы пребывания тут человека – «А почему тогда не сделать это в кантерлотских казармах Легиона, или в лагере, расположенном недалеко от Мейнхеттена? Думаю, под охраной из тысячи с лишним рубак мы уж точно были бы в безопасности на всю оставшуюся жизнь!».

– «Но что это была бы за жизнь…» – непритворно вздохнула бело-розовая пони – «И стоило ли тогда убегать?».

– «Это уж сама решай!» – холодно фыркнула я, уловив в голосе своей подопечной невысказанное желание быть утешенной – «Я лично не собираюсь прятаться от этих ребят. Мы вылетели за пределы земель Сталлионграда, и я сомневаюсь, что наш бравый комиссар решит преследовать нас здесь. Одно дело удерживать в благоустроенном пансионате свою соотечественницу, а совсем другое – объяснять моему заместителю или кого там еще пошлет принцесса, по какому праву ее ученица была похищена во время инспекционной поездки. А то и самой принцессе, что, должно быть, еще веселее, ведь если Селестия еще может понять и принять какие-то доводы, то Луна, моя Госпожа, не разменивается на такие мелочи. «На каторгу, ничтожество! Повелеваем МЫ сослать сих недостойных!» – вот и весь ответ».

– «Н-неужели она такая страшная?» – передернувшись, спросила Бриз. Прижав уши, она вздрагивала от каждого переката моего голоса, тщательно, хотя и несколько неумело, пародировавшего Королевский Кантерлотский Глас – «Н-но почему тогда пони ее терпят? Неужели они ее не боятся?».

– «Боятся, конечно. Но вот «страшная» – это совсем не тот эпитет, которым я могла бы описать свою Госпожу» – улыбнулась я, заметив тщательно скрываемый интерес кобылки к моему рассказу. Быть может, мне и удалось бы перетащить ее на свою сторону, соблазнив описанием всех тех чудес, что водились в этом забавном и так понравившимся мне мире? В конце концов, нельзя же считать чудесами всю ту машинерию, что с самого рождения окружала эту пегаску – «Она очень и очень древняя, и когда общаешься с ней, то постепенно понимаешь, что она даже думает несколько по-другому».

– «Она была Найтмер Мун?» – спросила Соя, с жадностью слушая мой рассказ – «Многие стали считать, что это все просто сказки, но я видела ее изображение на витражах в Храме Богини-Вседержительницы…».

– «А я – воочию. Знаешь, можешь сказать тем, кто считает ее сказкой, что настоящая, живая Найтмер Мун может заставить обосраться любого, включая командора Гвардии и Легата Легиона, не говоря уже о нескольких сотнях благородных гостей, среди которых было немало смельчаков. Она принцесса, правительница, и если Богиня, Принцесса Селестия старается быть как можно более земной и доступной, то с Госпожой такой фокус не пройдет. Это повелительница старой закалки, а хорошо это или плохо – не знаю. Она просто другая, и является загадкой даже для меня, хотя я провела с ней немало времени… Кхем, ну, это уже не чужих ушей дело».

– «Так значит, ты теперь и вправду, важная птица? Вон как эти гвардейцы перед тобой вытянулись…».

– «Ты видела мой дом?» – я решила ответить вопросом на вопрос – «Я что, похожа на купающуюся в роскоши, благородную кобылу? Или ты вдруг решила воззавидовать мне, Спринг «Соя» Бриз?».

– «Не злись. Я просто не понимаю, как тебе удалось… Ну… Все это. Ведь ты так просто говоришь о том, что являешься ученицей Богини Ночи, словно это самая простая и обыденная вещь. Не юлишь, не напускаешь туман, не надуваешь щеки, как раньше, а просто, вот так, заявляешь, что прислуживаешь одной из богинь?».

– «Прислуживают ей Клауд и Мист, я – служу, так что не забывайся!» – буркнула я, пересиливая себя и подходя к краю балкона. В конце концов, пегаска я, или нет? Верхняя часть перил была для меня чересчур высока, и дотянуться до них я могла бы лишь поднявшись на задние ноги, но до этого героического деяния моя храбрость еще не доросла. Просунув голову меж ржавых железок, я сглотнула, и внимательно уставилась в темноту, лишь изредка разгоняемую светом двигающихся подо мной фонарей. Похоже, пробежавшись по первым двум этажам, гвардейцы спустились, и уже прочесывали нижние ярусы бункера, не подозревая, что кто-то следит за ними, свесив голову между ржавых железяк. Что-то похожее на гордыню ворохнулось в моей груди, но тотчас же умерло, испепеленное воспоминаниями о том, что именно мне пришлось пережить на этом пути, приведшем меня в объятия божественных сестер – «Я служу ей, а она… Она не оберегает нас, как Селестия, но дает возможность послужить ей, и поверь, многие из ночных стражей готовы передраться за такую возможность».

– «Ага. Если бы меня попросили сделать что-то таким вот голосом, я бы тоже испугалась!» – с чисто детской импульсивностью и склонностью противоречить, заявила мне альбиноска – «И уж тем более, начала бы драться, если бы меня обрадовали возможностью кому-нибудь «послужить»! Я, как верная дочь своего города, не должна, не имею права поддаваться…».

– «Тсссс. Помолчи, ладно?».

– «Что?» – прикрыв глаза и выкатив грудь вперед, словно бойцовский петух, окруженный квохчущими наседками, Соя не сразу сообразила, что от нее хотят – «Я говорю, что…».