Чтение онлайн

– «Уволь, не стоит!» – буркнула я, с трудом поднимаясь и пробуя опереться на левую переднюю ногу. Похоже, я умудрилась ничего себе не сломать и даже не вывихнуть, но думаю, теперь мне стоит поаккуратнее бегать там, где на полу могут быть разбросаны разные длинные и гибкие штуки – «Я, пожалуй, тут постою. Слушай, Ав… Ну, как там тебя…».

– «Здравствуйте! Я – Тайвина. Чем могу вам помочь, Соловей?».

– «В общем, Тайвина, а ты можешь включиться чуть тише, а? Просто весь этот рев… У меня уже от него голова болит!» – не говоря уже о том, как она заболит, когда по ней пройдутся копыта охраны, привлеченной к этому залу раскатистыми обертонами приятного до тошноты, женского голоса, заставлявшего дрожать даже прочные стеклянные сосуды, а не то, что перепонки в моих бедных ушах – «Тише или хотя бы рядом со мной… Нет, тише и рядом со мной. Пожалуйста!».

– «Принято. Сохранить заданные индивидуальные настройки?».

– «Ассспасибо! К-конечно!» – икнула я, уставившись на небольшое, прямоугольное окно, материализовавшееся рядом с моей головой. Не больше моего копыта, оно парило возле моего уха, и в серой полутьме, заполнявшей эту странную и явно магическую штуковину, периодически, пробегали зеленоватые искры, складывавшиеся в гротескную пародию на осциллограмму.

– «Ух ты! А я и не знала, что… Эммм…. Люди… Способны на такое!».

– «Я – Тайвина, программный пользовательский интерфейс. К сожалению, в данный момент функциональность данной программы ограничена лишь аудиоинтерфейсом. Для уточнения причины данного ограничения обратитесь к Смотрителю. Чем еще я могу вам помочь, Соловей?».

– «Ну… А откуда ты знаешь мой псевдоним? Кажется, я сообщала его только Авине?» – не найдя ничего лучшего, я задалась первым же насущным вопросом. Этот чертов «Гугл Плюс» из будущего вел себя не лучше, чем пресловутая система прошлого, подписывающаяся паспортными данными пользователя на распоследних фишинговых сайтах! Не хватало мне еще и всеобщего позора, для галочки – «И вообще, откуда? Я ж тут впервые… Умммм… Или нет?».

– «Ваш идентификатор для входа в систему был внесен в память каждого интерфейса для наиболее быстрого и удобного взаимодействия с любым программным интерфейсом любого объекта этого мира. Внимание! Данное правило может не распространяться на объекты, оснащенные искусственным интеллектом, или закрытые по прямому указанию наделенного такими правами лица. Для более подробной информации обратитесь к смо…».

– «Да-да, я поняла!» – тотчас же затрясла я головой в попытке показать, что я действительно та самая, сообразительная пони, «взломавшая» этот древний компьютер, как оказалось, еще и объединенный в одну сеть с другими, оставшимися от древних людей – «Слушай, а не было ли попыток взломать тот бункер, расположенный на северо-востоке от этого места? Ну, Новерия, городок такой, расположен прямо над ним. Объект Север-Второй, кажется? А то еще кто-нибудь возьмет, да и получит мои личные данные в свои загребущие копыта!».

– «В данный момент объект «Север-Второй» недоступен. Требуется присутствие смотрителя. Вы были опознаны по множеству антропометрических данных, Соловей. Совпадение с исходными данными – сто процентов. Совпадение с эталонными матрицами пройдено на семьдесят три процента».

– «Эммм… Пожалуйста, уточни» – попросила я, ощущая, как заинтересовался последней фразой Древний, едва не начиная перебирать от возбуждения моими же ногами – «Что еще за совпадения? Я там анализов не сдавала!».

– «Совпадение с физической матрицей – ноль процентов для Homo Sapiens, семьдесят процентов для Equus Ferus Сaballus, сто процентов для Equus Sapiens Creavi» – охотно пояснила программа – «Совпадение с матрицей душ – сорок процентов для Homo Sapiens, шестьдесят процентов для Equus Sapiens Creavi. Желаете детального обзора?».

– «Да! То есть… Нет-нет-нет!» – открыв было рот для продолжения увлекательного допроса, я быстро заткнула его собственным копытом, и юркнула за постамент. Где-то в начале зала появился яркий, желтый прямоугольник, быстро увеличившийся в размерах, через которые, не торопясь, вошли две высокие и массивные тени – по счастью, передвигавшиеся на четырех ногах. Прижавшись к основанию постамента, я шикнула на заботливо облетевшее меня окошко Тайвины, и уставилась на приближающихся пони. Вряд ли они заметили меня в свете своих фонарей, яркими лучами разгонявшими полутьму помещения – по собственному опыту я знала, что такие вот, яркие фонари обесцвечивают предметы, лишая их теней, а картину перед глазами хозяина фонарика – объема. Да и темнота, на секунду отступившая перед чересчур ярким светом, становится лишь темнее, стоит только отвести фонарь, поэтому я рассчитывала довольно долго скрываться в неверных, колышущихся тенях, прячась за объемными постаментами для тихо взбулькивающих баков. Но видимо, эта мысль посетила не меня одну.

– «Свет… На стене… Жми…» – донесся до меня искаженный расстоянием голос одного из охранников, и правая фигура послушно потопала к стене. Через секунду, зал начал медленно освещаться, когда вспыхнувшие в его вышине световые панели обрушили на нас водопады мягкого, желтоватого света – «Да… ак лучше. Осмотрись… Голос».

– «Тайвина, свет!» – зашипела я, увидев приближающиеся фигуры. Облаченные в сверкающие стальные нагрудники с позолоченной окантовкой, они показались мне просто огромными, и спрятавшись, я в панике уставилась на маячившее возле меня окошко, казавшееся висящим в воздухе разрезом – «Выруби этот долбаный свет!».

– «Выключаю» – послушно согласился ВиАй. Вздрогнув, фигуры остановились, когда световые панели потухли, вновь погружая зал в полумрак – «Чем я еще могу помочь вам, Соловей?».

– «Тихо!».

– «Эй, ты точно нажал на те кнопки, что нужно?» – раздался голос первого. Злой, нетерпеливый, он не понравился мне сразу какой-то истеричной ноткой, прячущейся за повелительным баском – «Почему свет погас?».

– «Не знаю. Я вообще не разбираюсь в этих светящихся штуковинах… Тьфу ты, пропасть! Накидали тут шлангов всяких!» – прокряхтел второй, вновь поцокав в сторону какого-то устройства, закрепленного на стене. Спустя мгновение, свет вспыхнул вновь, заставив меня злобно зашипеть сквозь плотно стиснутые зубы.

– «Тайвина! Выруби свет!».

– «Выключаю» – вздохнула программа у меня над ухом.

– «Эй! Видишь? Вот опять!».

– «Да вижу, вижу! И кажется, я что-то слышал, вон оттуда!» – пробасил первый охранник. По крайней мере, я решила считать их таковыми – ну кто еще решит пошастать по охраняемому объекту, облачившись в такую красивую броню. Бросив борьбу со светом, фигуры вновь включили свои кристаллы-фонари, и направились в мою сторону, с явно недружелюбными целями. Пошарив глазами по сторонам, я злобно ощерилась, и с маниакальной усмешкой протянула копыто за тонким, но прочным шлангом в стальной, ребристой оплетке, без дела валяющийся возле неработающего постамента, и подняв его, взвесила увесистую бухточку на ноге.

Как интересно, а что будет, если прицепить к нему вот этот вот, абсолютно бесхозный блок со светящимися кристаллами?

– «Внимание! Данные действия нарушают правила поведения на данном объекте, Соловей!» – заявила мне Тайвина, для привлечения внимания, облетая вокруг моей головы. Конечно, я понимала, что это лишь одно из окошек ее интерфейса для общения непосредственно со мной, и если отбросить на время безумную мысль о том, что компьютеры научились создавать окна прямо в воздухе, то все казалось довольно логичным, и я предпочла обращаться именно к окну, а не к безымянному мейнфрейму [280] , спрятанному в глубинах этого странного… Бункера? Города? Убежища? В общем, я решила задвинуть в глубины памяти истерично бьющуюся там мысль «не бывает!», и действовать по обстановке. Двое здоровяков, связанных по всем четырем ногам стальным шлангом, смерили меня уничтожающими взглядами, но не рискнули открывать рот, по-видимому, памятуя о том, что может ждать ослушников приказа.

– «Я знаю. Но я хочу заметить, что они набросились на меня, и я должна была защищаться!» – парировала я, фыркнув в крутившееся вокруг окно – «И как ты понимаешь, мне это удалось без излишнего членовредительства. Что, скажешь, не так?».

– «Тебе нельзя здесь находиться!» – откликнулся один из охранников. Судя по голосу, это был второй, в то время как первый все еще двигал своими ногами, стараясь освободиться от гибких оков, охватывающих его бабки. Увы, не в этот раз. Поднявшись, я сделала шаг вперед, и вновь приложила светло-серого жеребца по голове, отключая его уже второй раз за этот вечер или ночь. Часов у меня не было, но я предпочитала думать, что освещение в камере выключилось не просто так, по прихоти неизвестного тюремщика.