Чтение онлайн

По аналогии мы можем сравнить китч с фастфудом [76] . Крепкий раствор сахара оказывается сильным вкусовым толчком (любой ребенок это знает), он мощнейшим образом активирует определенные вкусовые нейроны. Все это имеет смысл с эволюционной точки зрения: нашим предкам (как установил Стив Пинкер) часто приходилось переходить на углеводный рацион, чтобы выдерживать периодический голод. Но такая еда не может конкурировать с пищей гурмана в создании сложного многомерного возбуждения вкусовых рецепторов (отчасти по причинам оторванности от естественных эволюционных функций, например, из-за максимального смещения контраста и т. п., которые применимы к вкусовым реакциям, а отчасти из-за необходимости поддерживать пищевой баланс, чтобы в конечном счете сделать пищу более питательной). Китч с этой точки зрения оказывается таким зрительным фастфудом.

8. Есть ли искусство у животных? Некоторые из этих универсальных законов эстетики (например, симметрия, группирование, максимальное смещение) могут существовать не только в разных культурах, но даже пересекать видовые барьеры. Самец шалашника [77] довольно невзрачный парень, зато он настоящий архитектор и художник, который создает поразительные декоративные беседки (птичий вариант холостяцкой квартирки), — нечто сродни фрейдовской компенсации собственной неказистой внешности. Он тщательно выкладывает вход, группирует ягодки и камушки в соответствии с цветовой гаммой, а в качестве «бижутерии» даже подбирает блестящие кусочки сигаретной фольги. Любая из этих беседок могла бы пойти за немалую цену, если бы ее выставили как произведение современного искусства в галерее на Пятой авеню в Манхэттене.

Существование эстетических универсалий также обусловлено тем фактом, что мы, люди, считаем красивыми цветы — и это несмотря на то что цветы обрели красоту в ходе эволюции для привлечения пчел и бабочек, которые отделились от наших предков в кембрийский период [78] . Кроме того, такие принципы, как симметрия, группирование, контраст и максимальное смещение, используют и птицы (например, райские птицы), эволюционировавшие, чтобы привлекать внимание себе подобных, но нас тоже трогает их красота.

Познакомившись с этой главой, Ричард Грегори и Ааарон Шольман заметили, что при существовании таких законов было бы возможно составить компьютерную программу хотя бы некоторых из них и создавать художественные произведения. Что-то в этом роде пытался сделать Гарольд Коуэн много лет назад в Калифорнийском университете, и его алгоритмы создавали привлекательные картины, которые продавались за немалые деньги.

9. Не все западные критики были так глухи, как сэр Джордж. Послушайте, как французский ученый Рене Гросс описывает Шиву (см. рис. 3.4).

«Окружен ли он ореолом огня Тирувази — мировым кругом, который он, король танца, одновременно и заполняет, и перешагивает, — он весь ритм и восторг. Тамбурин, который он держит в одной из своих правых рук, призывает всех существ двигаться под этот ритм, и они танцуют вместе с ним. Причудливые локоны его горящих волос и развевающийся шарф — все говорит о стремительности этого вселенского движения, которое кристаллизуется, а затем превращается в пыль. Одна из его левых рук держит огонь, который оживляет и поглощает мир в его космическом вихре.

Одна из ног Бога попирает титана, поскольку это «танец на теле смерти», при этом одна из его правых рук выражает жестом утешение ( абхаямудра), то есть истина в том, что с космической точки зрения сама жестокость этой вселенской предопределенности приносит добро и животворящий принцип будущего. И не в одной скульптуре король танца несет улыбку на лице. Он улыбается смерти и жизни, боли и радости — всему. И если можно так сказать, его улыбка — сама жизнь и смерть, боль и радость… По существу, все становится на свои места, находит свое объяснение и логическое построение… Сама множественность его рук, которая поначалу озадачивает, подчиняется закону, каждая пара является образцом грации, а вся фигура Натараджи в целом поражает гармонией его вселяющей трепет радости. А еще этот танец божественного актера безусловно показывает силу (лила) — жизни и смерти, созидания и разрушения, определенности и бесцельности — первая из левых рук безвольно свисает в небрежном жесте гаджахаста(рука, как хобот слона). И наконец, если мы посмотрим на скульптуру сзади, то увидим, что ни твердость этих плеч, которые поддерживают мир, ни величие торса Юпитера не оказываются символом постоянства и неизменной сущности, а вращение ног в головокружительной скорости символизирует глубину этого феномена».

1. У многих более «грубых» синестетиков особые цвета связаны не только с цифрами но и с буквами, с тем, что мы называем графемами. В этом случае, по-видимому, зрительный образ буквы также представлен в веретенообразной извилине. Таким образом, тезис о «перекрестной активации» может объяснить и эти проявления.

У других синестезия связана со звуками букв — фонемами, и это может быть обусловлено перекрестной активацией на более ранней стадии, рядом с височно-теменно-затылочным соединением (ВТЗ) и ангулярной извилиной (Ramachandran, Hubbard, 2001 а, b).

2. Это расширяет возможности нового терапевтического подхода хотя бы к некоторым формам дислексии [79] или врожденным расстройствам чтения. Джером Летвин, Гэд Гейгер и Джанет Аткинсон предположили, что по крайней мере одна форма дислексии может быть вызвана дефектом внимания, который создает эффект «толкучки». Единственная буква распознается без труда, но когда она заключена в слове, это становится невозможным, поскольку другие буквы играют роль «отвлекающих».

В наших исследованиях синестетики могли преодолеть эффект «толкучки» из-за возникшего цветового различия между буквами. Это наводит на мысль: нельзя ли преодолеть дислексию, окрашивая буквы (или слова) в разные цвета? Мы получили некоторые обнадеживающие предварительные результаты, которые тем не менее требуют дополнительных экспериментов.

3. Эта теория не предполагает, что обучение в раннем детстве не играет никакой роли в синестезии. В определенном смысле оно должноиграть роль, поскольку мы не рождаемся с нейронами, определяющими цифры. Поэтому перекрестная активация едва ли создает основу — она лишь обусловливает предрасположенность к привязке цифр к цвету, но не «назначает» цвета определенным цифрам.

Следовательно, неудивительно, что у разных синестетиков некоторые цифры могут вызывать различные цвета. Однако цветовое распределение нередко имеет общие черты — например, «о» чаще всего бывает белым и гораздо реже зеленым. Подобное происходит и при синестезии фонем и цветов. Поначалу сходство кажется случайным, однако если распределить фонемы на категории; губно-губные, зубно-альвеолярные, небные, задненебные, губно-зубные (а также глухие и звонкие и т. д.), в зависимости от способа их воспроизведения, можно увидеть определенные шаблоны. Не будем забывать урок из периодической системы элементов Менделеева. Казалось бы, элементы формиро вали определенные группы (например, галогены или щелочные металлы), но не было никакого четкого шаблона для их объединения, пока Менделеев не открыл «правило порядкового числа атома», что позже позволило ему придумать периодическую таблицу.

4. Дополнительное доказательство этой точки зрения пришло во время наблюдения эффекта изменения контраста цифр. У «нижних» синестетиков чем меньше контрастности, тем бледнее становятся цвета, при контрастности ниже 8% цвет полностью пропадает, хотя сама по себе цифра остается видимой (Ramachandran, Hubbard, 2002). Высокий уровень чувствительности к такому физическому параметру стимула, как контрастность, указывает на перекрест проводящих путей на ранних стадиях нейронной обработки. Что происходит, когда объект визуализирует или мысленно представляет себе цифру? Это довольно странно, но многие испытуемые признавались нам, что цвета кажутся более яркими. Чтобы найти этому объяснение, нужно иметь в виду следующее: мысленное представление объекта вызывает частичную активацию тех же сенсорных путей мозга, что и при реальном зрительном восприятии. Такая нисходящая внутрь активация может быть существенной для перекрестной активации цветовых пунктов переплетения. Но когда вы действительно смотрите на черную цифру, происходит одновременная активация нейронов мозга, которая посылает сигнал обратно, и они «накладывают вето» на синестетические цвета. Для мысленного представления цифр этот запрет не налагается, соответственно цвет становится более ярким.