Рожденная
Шрифт:
В окнах машины не пару минут показался крохотный городок. Я бросила на него короткий взгляд, в очередной раз вспомнив, насколько он мал – всего несколько кирпичных трехэтажных зданий вдоль главной дороги, прорезающей ножом город, да россыпь скромных приземистых частных домиков. Если бы не компания Адама, это было бы просто медленно исчезающее с карты поселение, отток жителей опустошил бы эти улицы. Но город еще держался на плаву и, хотелось бы верить, я вместе с ним. За считанные минуты я пронеслась сквозь город, и редкие строения его окраин остались далеко позади.
Точки назначения я достигла только через полтора часа – остановилась перекусить в кафе. За панорамными окнами высотки резали своими шпилями облака. Небоскребы из стекла и стали, бесконечные прямоугольники окон каменных зданий напоминали мне родной Чикаго. Конечно, населения здесь в несколько раз меньше, и Сиэтл не простирается огнями на несколько миль, куда хватает дотянуться взора, но здесь были люди.
Я дышала полной грудью, вновь погруженная в городской темп. Жизнь здесь пульсировала, словно кровь вновь циркулировала по телу. И от этого темпа – почти как дома – дух у меня захватывало. И одновременно с этим я вливалась в него, как ручей в буйную реку, становясь его частью.
Было страшно признаваться самой себе, как недоставало мне этой кипящей жизни, как сильно хотелось ловить каждый миг, проведенный здесь. Но я брала себя в руки, напоминая себе об Адаме и его горячих объятиях, что ждали меня уже через пару дней. И этими мыслями удавалось зашить мою вновь открывшуюся рану.
Я покинула центр города ближе к вечеру, к назначенному Харпер времени. В багажнике у меня лежала бутылка вина – хоть я и не любительница выпить, подумала, что оно может понадобиться – и две пинты мороженого. Подъехав по навигатору к отелю, я вдруг поняла, что он всего в нескольких минутах ходьбы от набережной. Это оказалось невысокое, немного винтажное здание с несколькими кованными балкончиками, практически крайнее перед широкой магистралью, граничащей с набережной. Я закусила губу в надежде, что вид мне достанется на ближайшие высотки – хотелось как можно дольше наслаждаться вечерними огнями города.
Внутри отель выглядел еще более старинным, чем снаружи: тепло-коричневые деревянные панели на стенах, пол, устланный ковром с мелким рисунком, и лестница с резными перилами. Приветливая девушка за стойкой администрации выдала мне ключи от номера, и я поднялась на третий этаж. Мне повезло – единственное окно выходило на дорогу, за которой вдалеке виднелись высокие здания, а стеклянные двери открывались на небольшой кованый балкон, тот самый, что находился практически над вывеской отеля. Мебель здесь тоже была винтажной, а на постельном белье вырисовывались тонкие веточки вербы.
Я оставила дорожную сумку на постели и огляделась. После гудящего города спокойный старинный номер с тяжелой мебелью из дерева и цветочными занавесками действовал как успокоительное и больше всего напоминал о месте, из которого пару часов назад я уехала. И, стоя посреди комнаты, я невольно вспомнила наш с Адамом дом в лесу – там такое спокойствие, тишина и умиротворение царили повсюду. Я захватила пакет с продуктами и отправилась на поиски номера Харпер.
Ее комната была на том же этаже, нужно было только пройти пару узких коридор, между нашими номерами я насчитала восемь дверей. Не так уж и близко, зато не придется бегать туда-сюда по лестнице. Стоя перед дверью номера Харпер, я набрала полную грудь воздуха, готовая к любым ее эмоциям, и постучала. Но дверь мне открыла вовсе не она. Передо мной стояла смутно знакомая девушка с темными волосами и родинкой над верхней губой.
– Привет, ты Бьянка, верно? – Она протянула мне руку и жестом пригласила войти. Харпер сидела на кровати с еще одной девушкой, платиновой блондинкой, всю ее правую руку покрывали многочисленные татуировки. Девушка, встретившая меня, повернулась к остальным и громко объявила: – Теперь все в сборе.
Харпер тут же подлетела ко мне и заключила в объятия, на ухо сыпя благодарности, что смогла вырваться и уделить ей время. Она широко улыбалась, представляя мне своих подруг.
– Это Эшли, может, вы друг друга помните, иногда у нас троих были общие лекции. – Она указала не девушку, встретившу меня. Затем рукой мне помахала с кровати платиновая блондинка с тату. – Триш, ее ты не знаешь. А это Лайла. – Только сейчас я увидела третью девушку, утопающую в кожаном кресле. Темные волосы у нее были забраны в низкий хвост, но несколько прядей выбились и закручивались в неплотные кудри у лица. Глаза у нее были по-кошачьи вытянуты. Она была самой молчаливой и скупой на эмоции из всех. Сдержанно Лайла махнула мне рукой и погрузилась в изучение здешнего меню. Ее глаза как-то слишком плавно задвигались по страницам, будто просто пробегались по строкам.
Я глядела на всех собравшихся и чувствовала, как жар приливает к лицу – одна бутылка вина и пара упаковок мороженого теперь казалось жалким угощением, никак я не ожидала увидеть кого-то кроме Харпер, и заметно растерялась.
– Ого, ты что-то принесла, круто, – блондинка разрядила обстановку, подскочив ко мне и выхватив пакет. Она выглядела живо и дружелюбно, и я была ей безмерно благодарна. – А мы заказали пиццу, скоро должны доставить.
Еще раз я глянула на Харпер. Она выглядела вполне счастливой, наслаждаясь женской посиделкой, но я знала, на душе у нее скребут кошки. Было ясно, осведомлена об этом не только я, и все девушки поддерживали общую атмосферу, будто ничего и не произошло. Я решила придерживаться той же стратегии.
Атмосфера быстро разрядилась, и вот мы уже сидели на большой кровати и без умолку болтали. Скоро привезли пиццу, и коробки валялись по всей комнате. Девушки включили какой-то фильм по телевизору, на который никто не обращал внимания, пили вино и разорили мини-бар. Не пила только я, никогда не любила терять чувство осознанности, но вот Харпер прилично напилась и в один момент подозрительно притихла, смолк ее смех. Она застыла, уставившись в одну точку, и вдруг с широко открытыми, испуганными глазами произнесла:
– Он изменил мне.
Повисло молчание. Воздух в номере вдруг стал очень тяжелым. Я попыталась вдохнуть полной грудью, но смогла сделать только короткий вздох и сглотнула. По тому, как переглянулись девушки на кровати, я поняла: они чувствуют то же самое. Не глядя на нас, Харпер продолжила.
– Не-ет, не просто изменил. – Она смахнула с щеки катившуюся слезу. – Он изменял.
Мы все разом ахнули. Не единожды. Это было не единожды… В голове у меня заплясали картинки, воспоминания. Вот Майкл приехал к Харпер в общежитие. Вот мы большой компанией сидим все вместе в кафе. Они откинулись на диванчике, Харпер вся в его объятиях, он обхватывает ее обеими руками, не желая отпускать. Шепчет нежности на ухо. Они будто в другом мире, не со всеми, никого, кроме них двоих, не существует. У меня засосало под ложечкой.
– Мы оба любили тусоваться в своих компаниях. – Харпер говорила как робот, глядя сквозь телевизор, сквозь нас. Лицо у нее застыло в пугающей отстраненности. Она почти не моргала. – Вы знаете, для меня это никогда не было проблемой. – Харпер вдруг зажмурилась, ее губы исказились в болезненной усмешке. – Если уверен в себе, не подумаешь на другого, верно?
Я была уверена в себе. Я бы никогда не посмотрела на другого парня. Как вообще можно посмотреть на кого-то, кроме Адама? Он заходит в комнату, и она озаряется светом его улыбки. Как можно желать кого-то, кроме Адама, тем более, если повезло быть с таким мужчиной? Да, я была уверена. В себе… К горлу подступил ком, срочно нужно было прокашляться, но, задержав дыхание, я подавила этот порыв.
– И кто это был? – Услышала я голос справа от себя и вся внутри вздрогнула. Спрашивала одна из девушек, Эшли, если я не ошибаюсь, и спрашивала очень осторожно. Голос звучал неуверенно и глухо.
Я вся подобралась и затаила дыхание. Действительно, кто? Кто это может быть, когда твой парень постоянно у тебя на виду? Кто это может быть, когда вы живете вместе, как это было у Харпер и Майкл? Как у…
– Коллега. – Ответ Харпер прозвучал словно молот ударил по наковальне. Просвистело, падая, лезвие гильотины. Кожа у меня на шее заныла. Или виновато было внутреннее удушение? Я держала себя в руках, чтобы не взметнуть ладонь к горлу. Сфокусировалась на голосе Харпер. Я ведь приехала сюда поддержать подругу, разве не так? Она глухо продолжала, ее рот дрожал в подобии истерической улыбки. – Что может быть банальнее, правда? И что самое интересное… – Харпер вдруг вскинула яростный взгляд. Могу поклясться, она представляла перед собой лицо Майкла. – Я ее знала.