Чтение онлайн

Собираясь в эту короткую поездку я даже и представить не могла, как пара дней без Адама на меня подействует. Как я жила без него раньше, без возможности каждый день держать его за руку и накрывать поцелуем его губы, засыпать и просыпаться вместе? После разделяющих нас сотен миль, это казалось мне роскошью, но роскошью, жизненно необходимой. Это настоящая любовь или я просто зависима? Я решила об этом не думать.

Когда я оглянулась вокруг, полностью пришедшая в себя, было уже достаточно поздно. Набережная была совсем пустая, а машины по трассе проезжали реже, чем по одной в минуту. Нужно было возвращаться, и я двинулась в сторону отеля. Вдалеке я видела его огни, квадратные окна света, служившие мне ориентиром. От воды дул холодный ветер, который я заметила только сейчас, и я куталась в продуваемую куртку. Руки у меня похолодели, и можно было только надеяться, что в такой поздний час мне согласятся принести в номер горячий чай.

Я ускорила шаг, пытаясь согреться, почти бежала, и отель был уже совсем близко, еще немного, и я увидела бы пешеходный переход через трассу к его зданию. Внутренне меня что-то подгоняло, стуча в висках. Я никак не могла объяснить своего желание как можно скорее оказаться внутри или хотя бы в свете уличных фонарей, горящих по ту сторону трассы. Только бы скорее оставить позади эту темную пустую улицу.

Но тут краем глаза я увидела тень. Она проскользнула где-то у меня за спиной, выскочила из-за угла здания, оставшегося позади и исчезла за перилами набережной. Сама не знаю, почему, но это заставило меня остановиться. Все внутри кричало мне бежать, все мое существо тряслось внутри телесной оболочки, но я остановилась как вкопанная и огляделась. Пыталась убедиться, что мне показалось. Я развернулась, взглядом уперлась в то место, где проскочила тень, но оно было совершенно пустым. Неужели мне показалось?

Мои глаза бегали по дороге, тело в напряжении все собралось и подтянулось. Там никого. Я выдохнула. Я собиралась уходить, почти повернулось, но глаза снова выцепили тень, пронесшуюся у меня за спиной. Все внутри похолодело, меня словно окатили ледяной водой. Я приготовилась бежать, но тело не слушалось, я застыла на месте. Это длилось не больше секунды, но я знала, что эта секунда может дорого стоить.

Там, позади, мог быть кто угодно, я чувствовала чужое присутствие спиной. Я чувствовала каждый тяжелый удар сердца в своей грудной клетке. Давай, Бьянка, беги! Я не могла. Все тело сковало от страха. Вот так все и происходит: жертва столбенеет, и с ней делают все, что хотят. Внутри все сжалось в ледяной комок, нужно было лишь выпустить эту энергию. Я сделала глубокий вдох… и побежала.

Правая нога коснулась асфальта. Все было как в замедленной съемке. Коснулась левая. Я должна была бежать быстрее. Мое тело обхватили сильные руки, сжали меня до хруста костей. Режущей болью отдались ребра, еще немного и кости треснули бы. Я не знала, что человек может быть таким сильным.

Руки подняли меня в воздух, я заперебирала ногами, пытаясь ударить его по щиколоткам, но мои ботинки лишь без разбора резали воздух. Одна его рука легла на мой рот – спасения больше не было. Я была лишь беспомощной безмолвной куклой в его руках. На секунду я подумала, он перенесет меня через ограждение и бросит на прибрежные камни.

Но тут почувствовала боль. Стрелой она пронзила мое горло и, как яд, разлилась по телу. Острая и ледяная, высасывающая мою жизнь. Улица перед глазами начала меркнуть и темнеть, мне становилось все холоднее. Силы покидали тело, и я повисла в его руках, как безвольная кукла, не понимая, что со мной происходит.

Я чувствовала, как он сжимает меня сильнее, будто выдавливает последние капельки жизни. Еще несколько секунд, и я отключусь. Его рука соскользнула с моего лица на горло, заставляя больше обнажить шею. Я переставала чувствовать свое тело. Его рука соскользнула с лица!

Я собрала последние толики своих сил, от которых только что была готова отказаться, и закричала. Так громко, как только могла. Меня мгновенно отпустили. Руки, сжимающие меня секунду назад, исчезли, и я рухнула на холодный сырой асфальт – шел дождь. Острая боль пульсировала в моей шее, но я знала: мне не перерезали горло.

Я приложила ладонь к раненой коже и почувствовала влажное тепло. Посмотрела на руку и увидела, как размытая алая кровь убегает с кожи, смываемая крупными дождевыми каплями. Она текла по моей шее, спускаясь к платью, капала на асфальт. Я ощущала витающий в воздухе запах ржавчины. Меня тошнило. Сил не хватало, чтобы подняться. Но я оттолкнулась руками от земли и на ватных ногах зашагала к зданию отеля.

Я не чувствовала рядом его присутствия, знала, он исчез и больше не вернется. Горящие огни приближались слишком медленно. Я не ощущала в себе никакой силы, тело подводило меня. Ноги еле-еле могли шагать, я прижимала руку к разорванной коже, невидящим взглядом фокусировалась на дверях отеля. Там мне помогут.

Путь был непреодолимым. Холл отеля исчезал, а потом снова появлялся. Внутри никого не оказалось, только пустой коридор и лестница. Здесь не помогут, придется самой. Я ухватилась за перила и начала подниматься вверх, к своему номеру, чувствуя, как у меня подкашиваются ноги. Кожа под ногтями, мышцы на руках отдавались болью – изо всех сил я цеплялась за перила. В глазах все раздваивалось и темнело.

Шаг, еще шаг. Давай, Бьянка. Нужно вызвать скорую. Я практически упала на дверь своего номера, трясущейся рукой вставила ключ в замочную скважину и открыла дверь. Шаг, еще шаг, все снова темнело, я почти не чувствовала ног. Где же этот чертов телефон? Точно, столик у кровати. Из последних сил я сделала несколько шагов, но тут в мои колени врезалось что-то мягкое. Черт! Я не рассчитала расстояние и распласталась на постели, силясь дотянуться до телефона. Моя рука зависла в воздухе, а потом все погрузилось в темноту.

25

В ту ночь мне ничего не снилось. Но меня било в крупной лихорадке.

Я видела свет потолочной лампы. Чувствовала собственный запах перепачканной в крови одежды. Все вокруг меркло и появлялось вновь. И с каждым разом все ощущения становились ярче. Свет бил в глаза, запах – в ноздри, и я сжималась в попытках избавиться от этих чувств.

Моя кожа на шее горела, я вся горела. Оно распространялось от груди к кончикам пальцев. Я ничего не могла с этим сделать. Но я не кричала, кажется, лишь короткие тихие стоны боли срывались у меня с губ. Потому что никто не пришел. Никто не помог. Я осталась одна, не в силах противостоять лихорадке.

Машины стали проезжать чаще, люди на улице – говорить громче. Их голоса оглушали меня. Свет ослеплял. Меня ломало изнутри. Когда-то я тяжело болела и бредила от высокой температуры, но то было ничем по сравнению с этой лихорадкой.

Наверное, я умирала от потери крови. С каждым разом я отчетливее чувствовала ее запах. Наверное, ее становилось больше на моей постели. И в какой-то момент, когда этот запах заполнил меня, от него уже не тошнило, и лихорадка начала отходить. Каждая часть тело освобождалась от боли. Я испускала последние вздохи жизни. Я не была готова умирать, но больше не могла бороться. И все померкло вновь.

26

Яркий свет ударил мне в глаза, когда я приоткрыла веки. Ужас этой ночи еще преследовал меня, но я уже не чувствовала боли, только далекие отголоски воспоминаний о жуткой лихорадке. Я вспомнила о ране, дернулась рукой к шее, но нашла там лишь гладкую кожу. Ни царапины, ни ушиба, только на коже моей, спускаясь к линии платья, сухой тонкой коркой застыла кровь. Я огляделась вокруг – нигде, кроме моего декольте, крови не было. Я думала, она насквозь пропитала простыни, и потому я так отчетливо чувствовала ее запах, но постель была чистой.