Рождественские сказки
Шрифт:
Розалина замолчала, опустив голову и лишь изредка потряхивая ушами будто вновь прислушиваясь к разговору хозяев. Потом взглянула сказочнику прямо в глаза и продолжила срывающимся от отчаянья голосом:
– Вчера утром он накормил меня свиными сосисками, чего с ним никогда прежде не бывало... Так вот, накормил меня ими хозяин и стал умолять помочь раскрыть эту тайну, убеждая, что я его последняя надежда. Я сдуру согласилась! Всю прошлую ночь просидела на крыльце дома, но так ничего и не учуяла. И вот теперь от бессилия и стыда хотела... но вы мне помешали...
– Значит, хозяин вас не выгонял, а вы, бессовестная собака, решили покинуть его в столь трудный для семьи момент?
– спросил Егорий.
– Да... Нет... Я...
– смутилась Розалина.
– Он объявил, что я перестала быть полезной!
– А госпожа Моника, конечно же, исчезла опять, - подытожил Егорий.
– Как вы догадливы!
– горько сострила овчарка.
– Я догадлив от природы, - парировал он, пропустив насмешку Розалины.
– Ответьте-ка лучше ещё на один вопрос: как звали сына хозяев?
– Людвиг. Он пропал семь лет назад. Ему было бы сейчас десять... Откуда вам известно, что у них был сын?
– Сказочникам все известно, - просто объяснил Егорий.
– Продолжайте.
Овчарка рассказала ещё одну странную историю.
– Дождливым осенним днем госпожа с сыном поехала в гости к сестре фрау Моники на день рождения Курта - племянника фрау Моники. Он старше Людвига всего на год. Господин Генрих не смог их сопровождать. Вечером, когда собрались домой, у госпожи Моники не завелась машина. Как потом рассказывали очевидцы, мальчик заметил на автобусной остановке большую черную собаку с белым пятном на боку. Людвиг пошел за ней, когда фрау покупала рейсовый билет. Вот и все. С тех пор ни она, ни мы его больше не видели...
Мальчика искали несколько месяцев. Из детских домов и приютов господин Генрих получал списки всех детей его возраста. Людвигов оказалось двенадцать. Ни один из них не был Людвигом Нойбертом...
– Вспомните, не упустили ли вы ещё какую-нибудь важную деталь?
Розалина задумалась:
– Как будто нет... Правда, третьего дня госпожа Моника сказала за обедом мужу, что видела сына во сне... что он помнит их и ждет... Мистика какая-то!
– Нужно начать с Людвига!
– сказал Егорий.
– Но ведь его не нашли.
– Плохо искали.
– Ну, знаете ли!
– возмутилась Розалина.
– Искали, может, и тщательно, да не того, кого нужно.
– Как это - не того?!
– удивилась она.
– Мы искали Людвига Нойберта!
– А нужно было искать Курта.
– Какого Курта?!..
– вышла из себя овчарка.
– При чем здесь Курт?!
– Позвольте мне объяснить, - успокаивающе сказал Егорий.
– Я предполагаю вот что... В тот злосчастный вечер, когда потерялся Людвиг, шел дождь. Ведь так?
– Ну, шел...
– согласилась Розалина.
– Была холодная осень...
– продолжал сказочник.
– Да, дул сильный ветер.
– А на Людвиге был лишь костюм, не так ли?..
– Действительно, новый серый костюмчик.
– ...Потому что в гости они поехали на машине.
– Верно, на машине, - словно эхо повторяла Розалина.
– Ведь зачем для поездки в машине надевать ещё и пальто?
– Действительно, незачем.
– Но вот на обратном пути мальчику понадобилась куртка!
– Так оно и было!..
– вздохнула Розалина.
– А так как дул сильный ветер, сестра госпожи Моники одолжила племяннику куртку своего сына.
– И что из этого?..
– насторожилась овчарка.
– А то, что предусмотрительные родители пришивают к подкладке одежды бирку с именем ребенка. На случай, если он потеряется. Вот я и предполагаю, что тот, кто его нашел, подумал, будто зовут мальчика Куртом.
– Браво!
– в восторге вскричала Розалина.
– Но тогда осталось только найти Людвига-Курта!
– Не спешите! Боюсь, что в этом городе его давно уже нет.
– Откуда вам известно?..
– Смею также предположить, - не отвечая на вопрос, продолжил Егорий, что и фамилия у вашего Людвига совсем другая: например, Шварцхунд. Улавливаете связь?
– Не-а...
– честно призналась Розалина.
– Тот пес, за которым пошел мальчик - вовсе не пес, а очень могущественный колдун. То ли я его не знаю?! Его имя: Шварцхунд, или Черный Пес. А живет он во Франкфурте...
– Ну, вот!
– обрадовалась овчарка Розалина.
– Во Франкфурте, что на Одере, - уточнил сказочник.
– Шварцхунд набирает мальчиков в свою Школу Черной Магии, - объяснил он.
– Дети, попавшие туда, навсегда забывают дом, где родились, и становятся злыми волшебниками. Боюсь, что и ваш Людвиг уже стал таким.
– Поберегитесь!
– зарычала овчарка.
– Наш Людвиг был очень добрым мальчиком!
– Будем надеяться, что доброта его не исчезла окончательно.
– Тогда - к нему!
– Погодите!
– остановил её сказочник.
– Все не так просто, как вам кажется. Вы не отыщете колдуна по имени Шварцхунд. Скорее всего, никто ничего не слышал ни о нем, а тем более о его Школе... Так что ехать во Франкфурт-на-Одере бессмысленно.
– Как же тогда быть?..
– растерялась Розалина.
– Представьте меня господину Генриху и его супруге, - попросил сказочник.
2.
Спустя полчаса они пришли к дому, в котором жили Нойберты. Господин Генрих и фрау Моника слушали Егория, широко раскрыв глаза. Он говорил недолго, но обстоятельно, в основном повторив то, что мы уже знаем. А в конце обратился к фрау Монике:
– Как я понимаю, эти исчезновения начались ещё давно. Именно в те ночи, когда неосознанное желание Людвига увидеть мать было особенно сильно, - именно тогда вы пропадали из вашей комнаты и появлялись в его снах. Господин Генрих долго не замечал этого.
– Сказочник поклонился хозяину. Лишь сейчас - перед Рождеством, вы, герр Нойберт, стали свидетелем удивительных исчезновений и внезапных появлений жены! Я надеюсь вернуть вашего сына.
Фрау Моника заплакала. Герр Генрих сжал её руку.
– Дай-то Бог!
– сказал он.
Егорий продолжил:
– Вечером, ложась спать, вы, дорогая фрау Моника, должны настроиться на то, что во сне увидите Людвига. Остальное я беру на себя. Кстати, мне кажется, он здесь недавно побывал.
– Как?! После исчезновения?!
– вскрикнула мать.
Розалина тоже потянула воздух носом и кивнула головой, соглашаясь со сказочником:
– Да, он дал о себе знать, - добавил Егорий.