Чтение онлайн

–– Но это может занять несколько дней! Пожалуйста, мистер Бароне, позвольте мне увидеть моего брата!

Линкольн ударил кулаком по столу.

–– Я сказал –– нет!

Руби поднялась на ноги и выбежала из комнаты, звук ее шагов эхом отбивался от стен слишком большого дома. Она побежала наверх, захлопнув дверь его спальни за собой. Его спальни, молча признал он, тоже вставая из-за стола.

Линкольн поднялся по лестнице, схватился за ручку двери спальни и дернул ее. Он поставит ее на место раз и навсегда. Он открыл рот, намереваясь приказать ей, когда его взгляд остановился на ее маленьком теле, сгрудившемся в центре его постели. Звуки ее плача достигли его, прежде чем он пересек порог.

Он сделал неуверенный шаг вперед, затем другой.

–– Руби?

–– Оставь меня в покое, –– она шмыгнула носом, повернувшись на бок спиной к нему.

Линкольн вздрогнул, как от удара, и рассердился, что позволил ее словам повлиять на него.

–– Хорошо. Ты можешь лежать здесь и плакать всю оставшуюся часть дня. Это ничего не изменит.

–– Как ты можешь быть таким жестоким? –– Руби села к нему лицом, слезы плескались в ее глазах, свидетельствуя о боли.

–– Жестоким? –– прорычал Зверь. –– Ты хочешь поговорить о моей жестокости? А где были слезы по невинному ребенку, который уже родился проклятым? Малышу такому огромному, что его собственная мать умерла, рожая его? Такому уродливому, что он не мог ходить в школу с другими детьми? Где были эти слезы, Руби?!

Линкольн пошатнулся, ошеломленный, что он так много раскрыл ей. Руби приблизилась к краю кровати, ее лицо стало бледнее, чем до этого.

–– Этот ребенок ... ты?

Линкольн, не выдержав ее жалости, выбежал из комнаты и вбежал в свой кабинет, захлопнув за собою дверь.

Он схватил бокал и налил себе бурбона. Что, черт возьми, нашло в него? Он вывалил свое дерьмо на единственного человека, с жалостью которого не мог справиться. Почему он потерял контроль таким образом?

Прозвучал робкий стук, выдергивающий Зверя из его мрачных мыслей.

–– Уходи.

Ошеломленный, что дверь открыли, Линкольн поставил свой напиток и ударил по столу.

–– Я сказал, уходи!

Через щель появилось бледное, вытянутое лицо Руби.

–– Могу я войти?

Линкольн отвернулся к окну, повернувшись к ней спиной.

–– Что ты хочешь?

–– Я хочу видеть моего брата.

В его груди раздался еще один рык.

–– Ты не покинешь этот дом.

Скрип по полу позволил ему узнать, что она вошла в кабинет.

–– Что случилось с тобой, чтобы сделало тебя таким жестоким?

Плечи Зверя напряглись.

–– Не лезь в это дело, Руби.

Она остановилась прямо за его спиной.

–– Я хочу знать.

Он медленно повернулся к ней, кипящий гневом.

–– Я –– ночной кошмар, зверь, проклятый перед рождением, чтобы ходить по этой земле в тени. Проклятие, наложенное на меня твоей бабушкой, Агатой Этвуд.

Уже бледное лицо Руби превратилось в тень, если это возможно.

–– О чем ты говоришь? Какое проклятие?

–– Это! –– взревел он, сорвав капюшон с головы.

Руби ахнула, шагнув назад. Ее глаза были огромными и полными ужаса. Она сделала еще один шаг назад. Руби врезалась в кресло перед столом, чуть не упав, когда в спешке пыталась обойти его.

–– Это то, что ты так хотела видеть? –– прорычал он, преследуя ее по дороге к двери. –– Ну, теперь ты это увидела и знаешь, зачем здесь!

Покачав головой в знак отрицания, девушка остановилась у двери.

–– Это невозможно.

–– Убирайся.

–– Я не могу, –– прошептала Руби, еще больше слез наполнили ее глаза.

Зверь закрыл промежуток между ними, наклонился, пока его нос почти не коснулся ее, и взревел ей в лицо.

–– Убирайся и никогда не возвращайся!

С криком ужаса Руби повернулась и побежала. Она спускалась по лестнице с большой скоростью и не остановилась до тех пор, пока входная дверь не закрылась за ней.

Линкольн стоял там, где и был, его дыхание было прерывистым. Он потерял контроль, совершил немыслимое и напугал Руби.

–– Сукин сын.

ГЛАВА 21

Руби выбежала из особняка Бароне так быстро, как будто ноги сами несли ее. Она обошла паромный мост. У нее не было денег, а сотовый телефон остался в спальне Линкольна вместе с кошельком. Но она не могла вернуться за ними.

Чудовищное лицо Линкольна промелькнуло в ее голове, как мантра. Он обвинил ее бабушку, как будто она несет ответственность за это. Он сумасшедший, поняла Руби, шагая вдоль велосипедной дорожки по мосту, которая приведет ее прямо домой. Проклятий не существует. Особенно таких, которые забирали человечность в человеке и оставляли зверя вместо нее.

И Руби знала, что он – зверь. Он не был каким-то деформированным человеком с несколькими изуродованными чертами лица. Он напомнил ей оборотня, которого она видела в кино в детстве. Кроме его глаз. У него были самые красивые глаза, которые она когда-либо видела. Большие удивительные голубые глаза, окаймленные длинными темными ресницами. Она замедлила шаг. Руби видела боль в этих огромных голубых глазах.

Обернувшись, девушка поняла, что успела пробежать, по крайней мере, две мили. Она остановилась, положила руки на колени и попыталась отдышаться.

Рядом с ней притормозил грузовик, и окно со стороны пассажира опустилось.

–– Тебя подвезти?

Руби прищурилась от яркого солнечного света и изучала лицо мужчины. Он выглядел на все шестьдесят.

–– Мне надо на Ройал-стрит.

–– Запрыгивай, –– заявил он, открывая для нее дверь. –– Это не далеко.

Руби забралась в кабину грузовика с кондиционером и закрыла дверь.

–– Огромное спасибо. Снаружи довольно жарко.

–– Это точно. Твой автомобиль где-то сломался? Ты выглядишь так, будто прошла пешком несколько миль.

Покачав головой, Руби послала ему небольшую улыбку.

–– Я и правда пробежала эти мили. Очень глупо, знаю. Особенно в такой жаркий день, как сегодня.

Взгляд мужчины смягчился. Он поднялся и усилил кондиционер.

–– Давай тебя остудим. Скоро мы будем на Ройал-стрит.

–– Спасибо. Я действительно ценю это.

Через десять минут грузовик остановился перед домом Руби. Водитель коснулся ее руки, беспокойство плескалось в его ласковых карих глазах.

–– Хочешь совет от дедушки девушке твоего возраста?