Чтение онлайн

Окончательно пришли в норму только на четвертые сутки, в районе обедни, когда услышали, как где-то далеко-далеко прозвонили колокола. Вослед колоколам раздался заливистый лай собак. Рубин беспокойно осмотрелся - все ли спутники на месте.

Слава богу, народ был здесь. Люди живо поднимались на ноги. Только морда землекопа нигде не виднелась.

"Хрен с ним", - подумал Рубин.
– Если он решил вернуться обратно под землю, то этого проблемы его психиатра.

Потом послышался топот копыт и громкие голоса. Вскоре появились вооруженные люди и свора озлобленных худосочных собак. Впереди двигалась парочка внушительных рыцарей. Они восседали на лошадях как грозные воители свежеиспеченного крестового похода. За ними тащилась дюжина озабоченных латников, три лучника и чей-то персональный шут.

При виде сборища голодранцев свора шавок подняла душераздирающий лай, а шут заржал как ненормальный и плюхнулся на землю.

– Ого-ого...
– жизнерадостно воскликнул паяц, стараясь, что есть мочи забросить левую ногу к себе за шиворот.

...Этот лес не для народа,

этот лес для короля!..

А народ пусть ходит в поле,

чтоб работать, тру-ля-ля!..

Это живописное сборище привел никто иной, как знакомый егерь, которому третьего дня крепко дали в зубы.

– Ну что разбойники!..
– угрожающим тоном заявил он, глядя на бывших узников совести с долей некоторого высокомерия.
– Дождались кары небесной! Теперь-то уж вы наверняка узнаете, какова истинная стоимость английской оленины в здешних краях!

После трех дней превосходного отдыха на природе, после всех мытарств на море, на суше и даже под землею, Рубин не сдержался. Он вновь, от всей души, крепко врезал егерю в оскаленную пасть, а затем решительно поднял Дальнобойного Аттилу с земли. С убийственным орудием в руках Рубин смотрелся достаточно грозно. Он выглядел как новоявленный Одиссей, возвратившийся в родную Итаку. Не было никакого сомнения, что он более не потерпит никакого постороннего вмешательства в свою судьбу.

Рыцари уразумели его без лишних слов. Это был явный вызов.

В лесу повисла тишина, ибо посреди поляны, под сенью громадного дуба, стояли две колоритные группы. С одной стороны - типичные изгои общества, испытавшие на себе долгие месяцы отчаянного рабского существования, а с другой - пара местных аристократов, за спинами которых толпилась орава послушных наемников.

Вчерашние невольники сурово нахмурились, затем стали медленно подбирать увесистые дубинки и пяток совершенно отпадных копий. Было видно, что долгий отдых пошел людям только на пользу. Они слегка отъелись, пришли в себя, и более не желали терпеть ярмо и гнет безжалостных хозяев. По правую руку от Рубина молча застыл Али Ахман Ваххрейм, слева незаметно выдвинулся маленький узкоглазый японец. В спину напряженно и жарко задышала остальная вольница и голытьба.

Дальнобойный Аттила произвел атаку первым. Тетива прозвучала с такой убийственной и мягкой нотой, что вся округа замерла в тихом ужасе. Потом замерли все остальные.

"Такое безмолвие случается только раз в жизни и только в гробу..." - меланхолично подумал про себя один из рыцарей, прежде чем замертво рухнуть под копыта лошади. Из его стального панциря торчала чудовищная стрела. Она пробила бронированный доспех могучего вельможи и вышла из сэра рыцаря со стороны противоположной грудной клетке.

Второй рыцарь не привык обращать внимание на подобные пустяки. Он мельком взглянул на поверженного соратника, проворно достал из ножен меч, и устремился на врага, не ведая ни страха, ни упрека. Однако Дальнобойный Аттила не подвел и на этот раз. Тетива вновь прозвучала с такой убийственной и мягкой нотой, что вся округа вновь оцепенела в тихом ужасе.

"Увы, совершенно точно, похоже, и впрямь, такое безмолвие можно услышать только один раз в жизни и только на том самом свете..." - меланхолично подумал про себя второй рыцарь, прежде чем замертво рухнуть под копыта лошади. Из стального панциря глубокомысленного господина, чуть пониже пуповины, торчала чудовищная стрела. Она пробила бронированный доспех благородного воина, словно здоровенную консервную банку и намертво застряла в организме сэра рыцаря где-то в области высокородных кишок.

Рубин не хотел никого убивать. Но в данном случае за него говорил сам Дальнобойный Аттила и острое чувство собственного достоинства.

– Сами напросились, - заметил один из беглых арестантов.

– А разве у нас был выбор?
– сказал еще кто-то.
– Либо они нас, либо мы их...

Сделав правильные выводы, лес заново ожил. За ним ожила свора худосочных озлобленных собак и, как не в чем небывало, с чувством облаяла Рубина с ног до головы.

"Бедные создания, - с грустью подумал о собаках Рубин.
– Довели вас люди до полного животного состояния".

Мысль мелькнула и погасла. Однако не погасли глаза озабоченных латников и хитрые гляделки шута. Клоун перестал кривляться, и лицо его приобрело черты вполне благоразумного человека. В следующее миг он выказал весьма похвальную сообразительность.

– Ну вот...
– коротко молвил он.
– Я же говорил сэру Гаю Чопперу и сэру Гаю Кентербирийскому, что с обездоленным человеком нужно разговаривать по-другому. Ибо обездоленный человек подобен лесному зверю, его к стенке припирать опасно, он ведь может и сдачи дать.

Латники поняли слова клоуна буквально. Лишенные железного руководства, они не желали биться просто так, на дармовщинку, ради собственной прихоти. Мысль о свободе медленно, но верно пробиралась в их чугунные головы. Это было впервой и требовало некоторых усилий, но служивые люди блестяще справились с этой задачей.

– Благослови вас Господь, - сказал им напоследок Дафни из Нидерландов.

Глядя в спины вояк, утаскивающих за ноги своих покойных хозяев, Рубин подумал вот о чем: что смотреть в затылок мирного человека, идущего по своим житейским надобностям, куда приятнее, чем радоваться смерти врага.

Эпизод двадцать первый.

Нельзя сказать, чтобы очень оптимистический, но зато крайне реалистический.

– Долго нам в лесу не отсидеться, - рассудительно изрек Рубин, поочередно оглядывая каждого из присутствующих.
– Поверьте мне, я знаю методы, которыми действует привилегированная сволочь для поимки беглых рабов и преступников. Эти способы не самые сложные, но зато чрезвычайно действенные. Увы, аристократическая верхушка наравне с мелкими и крупными собственниками вырабатывала их на протяжении многих и многих веков. Они сделают все, чтобы лишить простого человека мало-мальски грамотного житейского выбора. Ситуация выглядит следующим образом.

Анализ ситуации.

– Вначале нас будут травить собаками, - уверенным тоном заявил Рубин.
– Нас будут терпеливо загонять в подходящий угол. Нас будут травить долго, до тех пор, покуда мы не упадем на землю от изнеможения. А вот когда мы, наконец, рухнем в чавкающую грязь, то приподняться обратно на ноги нам помогут уже только затем, чтобы окончательно вздернуть на виселицы. Вам ясна моя мысль?!

Рубин сделал многозначительную паузу и вновь поочередно осмотрел каждого товарища. Люди слушали его с нескрываемым интересом, поэтому он продолжил: