Чтение онлайн

учиненной, освобождает, и в оборону свою приняти, и до мест и городов, там

будущих, вступатися во все время сего перемирья не будет и не велит; а против того, и его королевское величество тех Козаков по другой стороне

реки Днепра, от Переяславля будущих, в оборону свою принимати и до

мест и городов там будущих, вступатися в те перемирные лета не будет

и не велит.

7. А самой город Киев с теми ж монастырями Печерскими и с иными

при Киеве оставленными околицами, також и с служками с старыми, с

которыми наперед сего Киев в сторону царского величества принят и с

живностию в то время там же будучею, в сторону его королевского

величества и Речи-Посполитой имеет быть отдан и очищен до первой о

вечном покое коммиссии, в тех перемирных летах припадающей, се есть

в два года, от нынешнего договора считаючи, даст Господь Бог, в пришлом

1663 году в месяце апреле в 15 день, по новому календарю припадающем; однакож, до того очищения Киева и отдания оного в сторону его

королевского величества и Речи-Посполитой, имеет быти от великих государей

наших меж собою через посланников с любительными грамотами обсылка, чтоб с одной стороны о отдачи, а с другой стороны о принятии не без

ведома было, которые обсылки, хотя бы и не были, однакож город Киев

в сторону его королевского величества и Речи-Посполитой на срок, против’

описания нынешнего, возвращен и уступлен быти повинен, которой тот

Киев, через те два года покаместа в держании его царского величества

будет, имеет имети крепкую с войска его царского величества оборону, как против бусурман, також.- и против своевольных Козаков, где и

живности и запасов воинских до обороны по надобью его царское величество

давати велит, а за то никакой при уступлении того Киева награды от его

королевского величества и от Речи-Посполитой его царское величество

потребовати не будет.

9. А что с стороны розной красоты и вещей костельных и церковных, Господу Богу на хвалу посвященных, яко-ж всякая утварь святости, и

мощи, имянно части дерева креста Господня, в Люблине взятые и разных

образов и украс костельных и церковных, то все, что ни есть, в

государстве его царского величества обретатися будет могло, не далей одного году

за обсылкою великих наших государей возвращено будет; а о колоколах

из панства его королевского величества и Речи-Посполитой, до

государства его царского величества московского вывезенных, на первой

коммиссии через великих с обеих сторон полномочных послов до удовольствия

договор учинен быти имеет.

94

6-го апреля обминули его и поехали вперед. На урочище Пер-

вой-Пришибе, у речки Базавлука, напали они на крымского гонца, опередившего с своими татарами русского гонца. Запорожцы

убили крымского гонца с тринадцатью товарищами, побрали их*

лошадей и все их имущество, а семь татар ускользнули от бойни

и прибежали только с двумя лошадьми к московскому гонцу под

защиту. Лодыженский продолжал с ними свой путь и прибыл в

Сечу 8-го апреля. Московский гонец заявил запорожскому

кошевому Ждану-Рогу о несчастии, постигшем ехавшего обратно из

Москвы крымского гонца, требовал сыскать и казнить убийц.

Кошевой сказал:

– У нас в Сечи этих воров нет, и такое лихое дело сталось

без ведома кошевого начальстба.

Вслед затем явилось в Сечь 30 человек из той полутораста-

сотенной партии Козаков, которые ехали двое суток с Лодыжен-

ским, догнавши его на дороге. Это был козак Иван Соха с

товарищами: они не приставали к разбою.

Лодыженский требовал, чтоб его отпустили продолжать свое

поручение. Но апреля 10-го запорожцы собрались на раду и

порешили на ней отобрать у гонца и письма и деньги; с ним были: государева казна в <легких поминках> крымскому хану и царское

18. И то постановили есмь, чтобы обои великие государи послали до

хана крымского и в своих грамотах сей утверженный покой ему объявили, чтоб для соседства хан крымский с своими ордами был с нашим великим

государем в общей дружбе и в любительных ссылках, а от войны

достаточно перестал, понеже великие государи наши уж меж собою в братской

любви пребывают; а буде хан крымской тем возгордит и в соседстве общим

приятелем быти не похочет и войны своей достаточно не престанет, тогда

как в Украине, как и в Киеве и в Запорогах и в иных Украйных городех

по обеим сторонам реки Днепра обои войска, так Коруны польские и

великого княжества Литовского, как и государства его царского величества

московского с Украйными тамошними людьми против орды и хановых

сил всегда готовы быти имеют и отпор давати, как общему неприятелю, будут; также и в Запорогах и на Дону спомочной и оборонной промысл

над бусурманы не престанет. А есть ли бы хан крымской по тому обве-

щению хотел третьим быть с великими государи нашими в приятстве: тогда о способах успокоения в заходящих разностях обои великие государи

наши меж собою сошлются, и чтоб до общего приятства дойти могли, радение учинят.

19. Также для совершенного объявления великие государи наши

пошлют послов своих к цесарю турскому, объявляючи, как пограничному

соседу, о “сем покое учиненном, чтоб цесарь турской, прежнее-приятство

подтвердив, хану крымскому приказал в соседстве спокойно пребывати, и жестоко заказал, чтоб до войны никакого случая не давал. И когда-б

заданием причины от орды до войны с ханом и с татары обои великим

государем нашим пришло, от чего бы и салтан турской вступаючись за