Чтение онлайн

Лекси откашливается.

— Я, честное слово, польщена, — на такой случай у нее уже заготовлена речь, — но, к сожалению… — Конец речи она тут же забывает, увидев рядом Роберта Лоу.

Фитцджеральд оборачивается.

— Что? — вскидывается он, глядя на своего биографа. — Что вам здесь нужно?

— Мисс Синклер просят к телефону, — отвечает, отворачиваясь в сторону, Роберт.

Лекси, прижатая к раковине, выскальзывает и идет к выходу, стараясь держаться непринужденно.

У порога кухни она снимает трубку телефона:

— Лекси Синклер. — Подождав минуту, кладет трубку на рычаг и входит в кухню. Роберт сидит в кресле у плиты с книгой на коленях. — Там никого, — говорит ему Лекси.

Роберт не поднимает взгляда от книги:

— Знаю.

— Так зачем же вы тогда?.. — Лекси смотрит на него растерянно. — Почему вы это сделали?

Роберт, откашлявшись, мямлит что-то, похожее на «конечно».

— Прошу прощения?

— Я сказал, — Роберт наконец поднимает голову, — я думал, интервью подошло к концу.

Лекси молчит.

— Но простите, если помешал.

— Нет. — Лекси смотрит в окно. — Что вы, нисколько. Это было… Интервью закончилось. Надо… Я думала… Что ж, спасибо.

— Не стоит благодарности, — отвечает Роберт тихо.

Они переглядываются, Лекси выходит из кухни и поднимается к себе, собирать вещи.

Субботний день. Лекси стоит посреди спальни. За стеной спит Тео, уставший после долгой прогулки по Хэмпстед-Хит. Лекси разбирает игрушки, что скопились в комоде. Собака на веревке, жестяной барабан, резиновый мячик — он выскакивает из рук и катится под кровать.

Лекси нагибается за ним и, отодвинув край покрывала, заглядывает под кровать. Мячик виден, но его не достать; рядом лежит на боку туфля, а чуть дальше — что-то еще. Лекси присматривается. Протягивает руку и достает обруч для волос. Жесткий, пластмассовый. Темно-синий в белую крапинку, с рядами острых зубчиков.

Лекси, сидя на корточках, держит обруч в вытянутой руке, двумя пальцами. К обручу пристал липкой паутинкой длинный светлый волос. Лекси подносит волос к свету, а в другой руке вертит обруч. Рассматривает каждую грань, каждый крохотный зубчик. И роняет обруч и волос на ночной столик.

Потом встает, подходит к окну и, скрестив на груди руки, смотрит на улицу. Внизу выходят из машины мужчина и женщина; женщина, одернув юбку, ступает на тротуар; ее спутник переминается с ноги на ногу, подбрасывая теннисный мячик; женщина смеется, вскидывает голову, волосы блестят на солнце.

Лекси отворачивается. Спускается вниз, на кухню, наливает бокал вина и пьет на ходу. Окидывает взглядом картины: Поллок, Хепворт, Кляйн — все на месте. Лекси касается одной, другой, будто черпая от них силы. Возвращается наверх, заглядывает к Тео — спит ли? Заходит к себе в комнату, стараясь не смотреть на обруч для волос. Приводит в порядок бумаги на столе, пробегает глазами строчку-другую из неоконченной статьи. Поправляет настольную лампу. Берет с комода расческу и тут же откладывает. И открывает окно. Хватает со стула рубашку Феликса, серую, с длинным воротником, и бросает за окно, в нагретый солнцем воздух. Рубашка, раскинув рукава, летит в сад и приземляется возле клумбы с тюльпанами. Лекси отпивает еще вина и, схватив пару носков Феликса, тоже выбрасывает из окна. А следом — запонки из комода, ремень, клубок галстуков, что змеятся и извиваются в полете.

Когда Феликс расплачивается с таксистом, он вдруг замечает на тротуаре горстку людей. Все задирают головы, тычут пальцами. Феликс перекладывает кошелек в другую руку. Он пока ничего не подозревает, видит лишь, что люди толпятся у подъезда Лекси.

И вдруг он замечает, что все показывают на ее окна. Сунув кошелек в карман пиджака, Феликс устремляется через дорогу. Из окна высовывается Лекси, в руке у нее чемодан. Лекси швыряет его вниз. Чемодан с грохотом падает на крыльцо. Через миг Лекси появляется вновь, с охапкой одежды, и тоже швыряет ее в сад.

Феликс пускается бегом.

— Лекси! — кричит он, влетая в ворота. — Что за черт?

Лекси высовывается из окна и, точно крупье, раздающий карты, бросает вниз шелковый носовой платок, следом — галстук, за ним — трусы. Феликс тянется в надежде поймать их, но спотыкается о чемодан, потом — о стопку пластинок.

— Ничего, — отвечает Лекси. — Точнее, ничего особенного.

— Боже мой, Лекси. — Феликс вне себя. — Что ты творишь?

— Помогаю тебе вынести вещи из моей квартиры. — Взмах руки — и к ногам Феликса летит зубная щетка.

Феликс, метнувшись вперед, пытается поймать ее, но не успевает. Двое в толпе позади него вздыхают: «Уфф».

Феликс выпрямляется во весь свой немалый рост.

— Могу я узнать почему?

Лекси исчезает и тут же появляется, держа что-то в руке.

— Вот почему, — отвечает Лекси, а потом бросает и это.

Что-то легкое, тонкое, в форме подковы, кружится в воздухе, падает на ступеньки, подскакивает. Что-то синее в белую крапинку. Обруч для волос. Сначала Феликс не может вспомнить, откуда он взялся, лишь твердо уверен: у Лекси такого нет. Впервые за все время его передергивает от дурного предчувствия.

— Дорогая, — начинает Феликс, выступив вперед, — понятия не имею, откуда он. Кажется, я его и вовсе впервые вижу…

— Я нашла его под кроватью.

— Может, домработница обронила? То есть… Слушай, — продолжает Феликс, — к чему это здесь обсуждать? Я сейчас зайду.

— Не зайдешь. — Лекси откидывает волосы со лба. — Дверь на замке. Ноги твоей здесь больше не будет, Феликс, никогда.

— Лекси, выслушай меня. Ума не приложу, откуда он взялся. Я тут ни при чем, уверяю.

— Я скажу, откуда он взялся. — Лекси угрожающе высовывается из окна. — С головы Марго Кент.

— Не может быть… — Феликс запинается. И, с головой выдав себя молчанием, продолжает: — Я даже не уверен, что я…

Лекси, скрестив на груди руки, смотрит на него.

— Я же говорила, — продолжает она спокойно. — Я тебя предупреждала. Я же говорила, только не с ней. И у тебя хватает наглости, — Лекси срывается на крик, — развлекаться с ней здесь, в моем доме! В моей постели! Ты скотина, Феликс Рофф. Как ты мог?

Феликс не понимает, о чем речь, даже не помнит, что за девица. Разве что та худосочная пигалица, что тогда с ним заигрывала и с тех пор названивает. Неужели она? У Феликса обрывается сердце. Теперь он припоминает: он приводил ее сюда, когда Лекси ездила в Ирландию. К нему было нельзя, в квартире меняли трубы. Но он не виноват. И, честно говоря, странно, что Лекси так переполошилась — разве это соперница?

— Милая, — начинает Феликс умиротворяющим тоном, каким обычно говорит с Лекси, — не кажется ли тебе, что ты делаешь из мухи слона? Что бы там ни было, это пустяк. Ты меня знаешь. Ничего серьезного. Впусти меня, и мы поговорим.