Чтение онлайн

– Неф! – обрадовался Амон. – Ты наверняка хочешь позавтракать.

Она качнула головой и под перезвон серёг взяла одно яблоко. Глянула на Анубиса, осталась довольна и не стала лезть с расспросами. Она повернулась к Амону:

– Ты можешь отправить всё в клуб Сета. Если напишешь в божественном чатике, то всё сметут до вечера.

Амон просиял, воодушевлённый идеей. Нефтида улыбнулась:

– Мы с Персефоной хотели поехать к Деметре. Можем по дороге заехать в клуб и обо всём договориться.

– Чудесно! Спасибо.

Уже выходя с кухни, Нефтида подмигнула им обоим:

– Там Зевс проснулся. Готовьтесь.

– Да я всегда готов, – проворчал Амон.

– Рада твоему оптимизму. Вам обоим. Мне больше нравится, когда вы весёлые и милые.

Стоило Нефтиде выйти с кухни, Анубис тут же оживился:

– Слышал, Ра? Мы весёлые и милые.

– Нечего называть меня Ра!

– Ты сейчас светишь слишком ярко.

Анубис не мог удержаться, чтобы не поддеть друга. Его сила действительно заполняла кухню, смолой с нотками шерсти, сливалась с отголосками Нефтиды, вихрилась нагретой на солнце миррой.

Анубис наслаждался этим ощущением. Оно наполняло его покоем, напоминало о Кемете и песках пустыни. Он старался максимально смягчить собственную силу, чтобы она не смешивалась – не мешала.

– Не надо так делать, – негромко сказал Амон.

– Что именно?

– Ты забыл, я же глава пантеона. Чувствую, как ты силу приглушаешь. Не надо, это мешает. Попробуй её… вплести.

Нахмурившись, Анубис аккуратно попробовал: он ощущал призрачные крылья мертвецов за спиной, мглистые, пахнущие погребальными благовониями. Запах кедрового масла будто нагревался на солнце.

– Не продохнуть от вашей силы.

Хмурый Зевс выглядел изрядно помятым и, не спрашивая разрешения, принялся лазить по ящикам, видимо, в поисках кофе. Потому что, едва нашёл, тут же поставил его на плиту.

Амон вежливо уменьшил силу, а вслед за ним и Анубис. Иногда он думал, что боги чем-то напоминают животных: будто псы, топорщат шерсть или виляют хвостом, используя для невербального общения силу. Зачастую она говорила лучше слов.

– Как себя чувствуешь? – не скрывая ехидства, спросил Амон.

Взгляд Зевса мог испепелять на месте. Как рассказали Анубису, накануне Зевс умудрился напиться в клубе, так что Гадес притащил его сюда.

Вздохнув, Анубис полез в глубину неприметного ящика под столом. Вытащил склянку из тёмного стекла, щедро плеснул в стакан с водой и протянул Зевсу:

– Выпей, станет легче.

Тот посмотрел подозрительно, но отказываться не стал. Амон хихикнул:

– Не, лучше не пей! Когда ещё увидишь громовержца с похмелья.

– В тебе совсем нет сострадания, – заметил Анубис.

– Я сострадаю! Очень сильно сострадаю!

Анубис и сам не знал, с чего вдруг решил помочь Зевсу. Тот не выглядел особо несчастным, к тому же помятым он смотрелся правда забавно. Но Анубису надоело, что все заботятся о нём, ему и самому хотелось кому-то помочь.

– Аполлон здесь, – сообщил он. – Сначала спросил, где в Лондоне приличные места, потом прислал сообщение: «Папе не говори, он запретил тут появляться».

«Папа» в этот момент с самым хмурым видом наливал готовый кофе в чашку. И у него, и у Гадеса были хорошие отношения с Аполлоном и его сестрой Артемидой.

– Он всем так написал, – хохотнул Амон. – Но уверен, сегодня же сам явится искать Зевса. Ты рад?

Последний вопрос адресовал уже Зевсу, но тот надменно отвернулся и вышел с кухни.

Вскоре ушёл и Амон, договариваться с Сетом, как упаковать еду и отправить в клуб. Анубис предложил постепенно переправить каким-нибудь божественным образом, но Амон махнул рукой: запаковывай.

Включив музыку, Анубис нашел пищевую плёнку и начал методично заматывать тарелки и лотки, заполненные выпечкой, решив оставить залежи в холодильнике на последний момент.

Он вполголоса подпевал Стингу, двигаясь в такт музыке.

– Тысяча лет, ещё тысяча, тысяча раз и миллион дверей в бесконечность. Я могу прожить тысячу жизней, тысячу раз, бесконечная лестница превращений поднимается к башне душ.

– Эта песня звучит как древнеегипетская молитва.

Смутившись, Анубис замолчал и обернулся к застывшей в дверях Луизе. Она явно вернулась из Подземного мира, его невидимый след ощущался чётко, и он ей шёл. Сейчас, зная, что Луиза на самом деле Макария, Анубис поймал себя на мысли, что пытается разглядеть в ней Гадеса.

Луиза тоже была спокойной, но в отличие от элегантного Гадеса предпочитала колготки в сетку, кожаную юбку и что-то, напоминающее небрежно повязанный галстук. И её взгляд не походил на взгляд Гадеса. Тот скользил по богам и людям, но часть его оставалась в Подземном мире – он сам был Подземным миром.

Луиза стояла здесь и сейчас. Её взгляд тоже был здесь и сейчас. Пронизывающий, видящий Анубиса насквозь. Ему стало неуютно, и он сделал неопределённый жест в сторону стола:

– Хочешь чая? Кофе? Может, позавтракать? Амон будет благодарен, если ты хоть немного уменьшишь эти запасы.

Губы Луизы покрывала тёмно-красная помада. Улыбнувшись, девушка покачала головой:

– Нет, спасибо. Но, по правде говоря, ты можешь мне помочь… у тебя есть что почитать?

– Надеюсь, ты не про Книгу мёртвых.

– А у тебя есть?

– Нет. Я её наизусть помню.

Луиза улыбнулась:

– Мне нужно вернуться в Подземный мир и дождаться Танатоса, но Гадес не обновлял библиотеку последние лет пятьдесят. А я хочу чего-то современного.

Упаковав последнее блюдо, Анубис решил, что дальше Амон сам справится. Вместе с Луизой он прошёл в свою комнату и, покопавшись на полке, выудил пару томов. Повернулся с ними к Луизе:

– Паланик или Кинг?

– Давай обоих. Я быстро читаю.

Она взяла книги, мельком глянула на обложки, но уходить не торопилась. Анубис запоздало вспомнил, что расхаживал перед ней в одних джинсах, и начал искать рубашку среди вещей, раскиданных на постели.

Рассвет неторопливо занимался, и силуэт Луизы на фоне окна и сумрачного утра казался тёмным пятном.

– Ты знала, кто я? – спросил Анубис, чтобы скрыть неловкость. – Когда мы встретились.

– Я даже не знала, кто такая я сама. Память начала возвращаться позже. Ты привлёк меня тогда, – призналась Луиза и положила книги на подоконник.