Чтение онлайн

– Это самая сумасшедшая мысль, которую я когда-либо слышала, - сказала Краснушка, но ее губы улыбались.

В отдалении были слышны гномы, кричащие что-то своими резкими голосами. В конце концов, один из них пробежал мимо нас.

– Шерстянка! Имя новорожденной девочки - Шерстянка! Шерстянка!

Мы с Краснушкой уставились друг на друга и прыснули со смеху. Мы смеялись и хохотали, держась за животы, пока слезы не потекли у нас из глаз, как вдруг что-то появилось из темноты между деревьями, надвигаясь прямо на Краснушку.

Я перестал смеяться. Краснушка еще хихикала, когда худая узловатая рука легла ей на плечо. Она обернулась и взвизгнула.

– Бабушка!
– она нервно посмотрела по сторонам, как будто кто-то наблюдал за нами.
– Ч-ч-что ты здесь делаешь?

– Я иду, куда пожелаю, девочка моя, - ее голос был удивительно тверд, несмотря на то, что выглядела она весьма старой. Щеки свисали ниже подбородка, а опиралась она на корявую палку, которая тряслась в ее руке.

– Но...

– Придержи свое но! Что такого смешного?

– Ничего, - ответила Краснушка. Она слегка подтолкнула меня локтем, не сводя глаз с бабушки.

– Совсем ничего, - мой голос дрогнул.

Старушка искоса взглянула на меня.

– Ты живешь у Элсбит.

– Я ее внук.

– И как она поживает? Несомненно, по-прежнему ворчливая старая перечница.

– Да, мэм. В смысле, нет, мэм, она в порядке.

– Ты единственный, у кого только половина имени.

Я шаркнул ногой и взглянул на Краснушку.

– Ох, прекрати бессмысленно беспокоиться. Краснушка все знает, и она никому не скажет.

Откуда они знают? Бабуля велела мне никогда и никому не говорить, что Румп - мое неполное имя. Некоторые могли посчитать человека с половиной имени умственно отсталым или даже опасным.

Бабушка Краснушки наклонилась к моему лицу. У нее был сильный, но не отталкивающий запах, как у растений.

– Хм, - она вглядывалась в мои глаза.
– Ты узнаешь его.

– Кого?

– Твое имя, полное имя.

– Правда?

Старушка внезапно изменилась, выглядела она теперь очень мудрой и как-то даже менее сгорбленной и морщинистой.

– Но не раньше, чем столкнешься с кучей неприятностей. И тебе необходимо вначале найти свою судьбу.

– Но я думал, что мое имя и есть моя судьба.

– Нет, нет, совсем наоборот. Найдя судьбу, ты обретешь и свое имя. Она как раз у тебя под ногами.

Я посмотрел себе под ноги. Обычная земля.

Я совершенно запутался. Бабушка Краснушки нагнулась еще ниже и сгорбилась так сильно, что теперь ее лицо было на одном уровне с моим. Казалось, она одновременно смотрит сквозь меня, вокруг меня и за меня.

– Еще кое-что, - и она указала своим узловатым пальцем на меня.
– Смотри под ноги.

– Под ноги?

Старушка проигнорировала мой вопрос и взглянула куда-то между мной и Краснушкой.

– А из-за чего хиханьки-хаханьки, вы двое?

– Не из-за чего, - мы с Краснушкой настаивали на своем.

– Да было из-за чего. Вам показалось смешным имя новорожденного ребенка? Я вот не думаю, что у кого-то из вас было право смеяться над таким именем.

– Разве у нас меньше прав, чем у других?
– спросил я.
– Ой!

Каблук Краснушки вонзился мне в ногу, но ее бабушка только слегка улыбнулась.

– Для мальчишки с половиной имени ты весьма смышлен, внук Элсбит, - сказала она.
– Передай старой ворчливой перечнице мои наилучшие пожелания.

Я глядел ей вслед, пока она ковыляла прочь и не исчезла за деревьями.

– Странная у тебя бабушка.

Краснушка покраснела с головы до пят и наступила мне на другую ногу.

– Она не странная, - и она зашагала прочь, бросив мне в лицо комок грязи.

По крайней мере, мне можно не опасаться очередного нападения фей.

Дома я передал бабуле наилучшие пожелания от бабушки Краснушки, опустив то, как она ее назвала.

– Пфф, - фыркнула бабуля.
– Старая ворчливая перечница.

Что ж, наверное, все пожилые женщины такого мнения друг о друге.

В ту ночь я долго не мог уснуть, слова старушки пронзали мысли и не давали спать. Она сказала, я узнаю свое имя. Но как? Я забыл спросить ее как. Потом она сказала, что я столкнусь с кучей неприятностей, каким образом? Наконец, я должен смотреть под ноги. Возможно, это просто общий совет, у меня часто заплетались ноги.

А в голове прокручивались снова и снова одни и те же слова: «…найдя судьбу, обретешь имя». Где же она, моя судьба?

Не знаю, почему я продолжал смотреть на прялку. Она застыла в лунном свете, дожидаясь своего часа. Того дня, когда я начну прясть.

Пустышка в Мышку, Мышка в Целый Выводок

Когда наступил следующий день раздачи пайков, мы с Краснушкой возвращались с прииска вместе. Мы прижимали эти мешочки к себе, содержимое которых было обещанием свежего хлеба. Мне хотелось побольше узнать у Краснушки о её бабушке и о тех странностях, которые она мне наговорила, но я не осмеливался спросить после её реакции на моё замечание о том, что её бабушка была странновата. Иногда Краснушка выходила из себя из-за таких мелочей! А что это были за мелочи - предсказать невозможно, вот в чем кроется опасность общения с Краснушкой: её абсолютная непредсказуемость.

Вдруг Краснушка заохала, и я увидел высокого тощего человека, который прислонился к дереву, с его плеча свисал гигантский мешок.

– Это же уличный торговец Кесслер!
– прокричал я.

Человек повернулся ко мне, стянул с головы шляпу и поклонился. Его светло-рыжие волосы торчали во все стороны. Кесслер был единственным человеком из Королевства, которого мы когда-либо видели, не считая сборщика налогов. Он приходил на Гору, чтобы продать товары из Королевства: цветные нитки, глиняные горшки и деревянные ложки. Иногда он торговал золотом (скорее всего с наших приисков), переплавленным в кольца, браслеты или цепочки. Комично, не так ли? Мы добывали всё это золото, но не могли позволить себе его выкупить. Но меня не интересовало золото, а то, что мне больше всего было нужно от Кесслера, не скрывалось в его старом заплатанном мешке.

– Детки!
– заговорил Кесслер. Он огляделся, чтобы убедиться, что мы были одни, затем прошептал: - Не хотите ли заклинаний, магии?

Волшебство! Я было сделал шаг вперед, но Краснушка схватила меня за ворот и дернула назад.

– Конечно же, нет!
– фыркнула она.

– Говори за себя!
– Я высвободился. Я слышал, как Бруно и Фредерик обсуждали магические способности Кесслера. Ничего общего с тем, как ведьмы превращают кого-то в жабу или вызывают ураган. Он мог дотронуться до огня, заставить что-то исчезнуть или превратить одну вещицу в другую. Вот, что я хотел увидеть больше всего на свете: превращения.