Чтение онлайн

Мой взгляд падает на сидящего неподалёку парня. В спортивных растянутых штанах и поношенной футболке он выглядел очень по-домашнему, очень уютно, очень по-родному. Том отвечал кому-то на сообщения в телефоне, параллельно записывая в ежедневник предстоящие дела по возвращению в Лондон. Через пару дней закончится его затянувшийся отпуск, и ему придётся вновь погрузится в работу. Я не могла не думать о том, какое место займу я в его рабочем расписании. Пик нашей близости пришёлся на его “каникулы”, что же будет после того, как нас вновь будет разделять расстояние? И даже если не расстояние, то плотный график уж точно.

Эти мысли вновь и вновь возвращали меня к вопросу: “Что же буду делать я, когда закончится эта сказка в Альпах?”. Тому есть куда вернуться. У него есть работа, жильё, спокойствие и стабильность. А что есть у меня? Куда возвращаться мне? Жить жизнью, которую я вела до смерти мистера Беккета представлялось мне невозможным. Не только потому что обстоятельства изменились, но и потому что так жить я больше не хотела.

Мне стоило невероятных усилий посмотреть на свою жизнь со стороны. Какой же жалкой и уязвимой версией себя я была. Погрязшая в страхах, неуверенная в своих силах, уставшая, апатичная и множество других негативных определений. Я не жалела о том, что случилось. Этот этап был в моей жизни необходим, чтобы научится ценить, что у меня есть и понять, какое же будущее я хочу иметь.

А будущего, что я хочу, возможно добиться, лишь изменив себя. Я хотела чувствовать себя счастливой. Просыпаться по утрам и видеть на губах улыбку, ощущать вдохновение и испытывать внутренний подъем сил. Я хотела получать и дарить нежность, наслаждаться своей красотой и красотой этого мира. Хотела попробовать реализовать себя, стать лучше.

Я осознала, что не должна быть похожей на кого-то, не должна сравнивать себя с другими, не должна затыкать едва слышный шёпот моего сердца. Я обязана любить свою жизнь, себя, то, что я делаю, что планирую делать, тех, кто меня окружает. Я обязана впустить это чувство внутрь себя и дать ему наполнить меня.

О чем задумалась, дорогая? – Том поднимает взгляд от экрана телефона и широко улыбается. Я любила эти морщинки вокруг его глаз, собиравшиеся каждый раз, когда он дарил этому миру свою тёплую улыбку. Любила эту сумасшедшую левую бровь, которая жила отдельной жизнью от своего хозяина. Любила слегка оттопыренные ушки, которые придавали его лицу ещё более милое выражение.

Да так, о высоком, – натягиваю джинсы и заплетаю слегка влажные волосы в косу, чтобы они завились.

Последний вечер в Альпах мы решили отметить в местном клубе. Как оказалось фешенебельные горнолыжные курорты оборудованы не только трассами разной сложности, подъемниками и десятками шале, но и ресторанами, клубами, кинотеатрами и другой инфраструктурой развлечений для туристов. Пару дней, что мы были во Франции, мы с Томом и его семьёй провели в горах. Я научилась достойно кататься и поднималась на гору вместе со всеми (откуда я зачастую скатывалась на пятой точке). Мы катались, смеялись, обедали большой и дружной семьёй, а вечером проваливались в сон едва наши головы касались подушек.

Сегодня же Том предложил культурный выход в свет. В центре небольшой деревушки у подножия Альп располагалось несколько баров и клубов. Родители благополучно отказались идти с нами, а вот близнецы с радостью поддержали эту идею.

Собравшись всей компанией, мы выходим из нашего огромного, тёплого и уютного домика на улицу, вдыхая свежий воздух леса и гор. Снег под ногами приятно скрипит, но воздух тем не менее тёплый. Здесь стояла удивительная погода. Температура едва падала до минус четырёх градусов, воздух был чистейший, а снег вокруг укрывал эту территорию Франции огромным и пушистым белым покрывалом. Здесь темнело очень рано, и по сравнению с низким и тяжёлым на островах, небо было очень высоким и чистым. Едва садилось солнце, на тёмном куполе зажигались сотни ярчайших звёзд. Словно мерцающая пыль они украшали небосвод, даря ощущение волшебства.

Возле клуба нас встречает Элисия – вторая половинка Сэма. Брюнетка безумно привлекательна и эффектна, чего только стоят одни лишь её глаза. Большие, карие и глубокие. Девушка тепло улыбается, заметив нас издалека, и поцеловав в щечку близнеца, протягивает руку мне:

Привет, я – Элис. Приятно познакомиться, – невольно меня завораживают её идеально ровные белые зубы, а также её кожа. Гладкая, цвета молочного шоколада, здоровая она придавала ей внешность латиноамериканки вкупе с иссиня чёрными волосами.

Здравствуй, взаимно! – пожимаю её руку и тоже улыбаюсь в ответ.

Мы спокойно без лишней суеты проходим внутрь, и я не могу не заметить, как некоторые, узнав Тома начинают на него таращиться. Да уж, я наверно бы не смогла так спокойно реагировать, когда за твоей спиной то и дело шепчутся. Мой же молодой человек, как ни в чем не бывало, улыбнулся секьюрити и, приобняв меня за спину направился в сторону лестницы.

Клуб занимал три этажа. На первом находился огромный танцпол и бар. Второй этаж представлял собой бар-караоке, где по всему периметру расположились столики и диванчики, открывая вид на небольшую сцену в самом центре зала. Что было на третьем этаже я не успела узнать, т.к. ребята сразу потянули меня на второй. Хм, я думала мы собирались танцевать?

Вы что собрались петь в караоке? – удивлённо вскинув брови, гляжу на троих братьев. Я знала, что Том не любит петь на публику. Несмотря на то, что большую часть детства он провёл на сцене, исполняя роль Билли, со временем у него развился какой-то комплекс. Парень пел только в душе или же в кругу родных и близких. Тот факт, что я могла слышать его пение по утрам делал меня особенной. Он при мне не стеснялся.

Ну, не совсем. Как пойдёт. Я предлагаю выпить здесь, а затем спуститься вниз, – отвечает мне Гарри. Я все ещё не привыкла к его низкому голосу, и каждый раз удивлялась, насколько голос и внешность членов семьи Холландов расходятся. Том в свои двадцать три выглядел очень мужественным. Постоянные тренировки для фильмов сделали из него невероятно привлекательного и мускулистого мужчину. Лишь лицо выдавало в нем ещё совсем молодого парня. Несмотря на внешность голос его был высоким. Гарри же для меня почему-то был ребёнком. Хоть его черты лица были грубее чем у брата, рыжий цвет волос и веснушки делали его в моих глазах ещё подростком. Но стоило ему открыть рот, я вспоминала, что парень уже не ребёнок.

Неопределенно пожав плечами, я направилась вслед за компанией к нашему столику. Он располагался метрах в трёх от импровизированной сцены, на которой сейчас очень даже неплохо девушка пела какую-то унылую песню. Растягивая гласные, как могла, она пела о разбитом сердце и холоде внутри. Оглядываюсь по сторонам: то небольшое количество гостей, что находились здесь либо зависали в своих телефонах, либо в прострации смотрели в стену.

Ну и убийца вечеринки, – кивнув в сторону поющей девушки, хмыкаю я. – Кажется, ей уже хватит.

Близнецы начинают в голос смеяться, а Элис согласно кивает:

И не говори, как начнут завывать, так все веселое настроение пропадает. Надо будет расшевелить эту толпу, что думаешь, Мэр? Умеешь петь? – открыв барную карту, девушка пробегается глазами по меню, но как истинная британка все равно начинает с пива.

Не сказала бы так, но если с кем-то в дуэте, то не страшно, – остановив свой выбор на джин-тонике, отвечаю я.

Она прибедняется. Мэри классно поёт, я слышал, – выдаёт меня с потрохами Сэмюел и, положив одну руку на спинку стула Элисии, широко улыбнулся.

Кажется мы договорились не вспоминать об этом позоре, да, Сэм? – шутливо угрожающе смотрю на него я, на что парень поднимает руки в жесте “сдаюсь”.

В этот момент к нам подходит молоденькая официантка с ядерно розовыми волосами и принимает заказ. Я стараюсь подавить смешок, когда единственный холостяк в нашей компании – Гарри, провожает девушку взглядом, заценив её задницу. Под столом меня находят пальцы Томаса и, подняв на него взгляд, вижу, как смешинки плещутся в его глазах. Он тоже это заметил.