Чтение онлайн

Варма

Руна прилипла к поношенной футболке. Пискля даже не дёрнулся.

— Это про тебя говорили, любитель свиней? Свинская любовь? — уверен, что не про него речь, не взяли бы такого обратно, но он меня взбесил, нужно было что-то сказать, и я сказал.

— Что? — взвизгнул Герман. — Да ты охренел, щенок?! — он надвинулся на меня.

Раньше, до того, как стал жить самостоятельно, я бы сделал шаг назад. Появилась во мне какая-то уверенность, отец назвал бы стержнем, но где я и где стержень. Здесь что-то другое, я просто знаю, нужно отстоять свои права и почему бы при этом не поддеть сплетника его же методом. Тем более он пищит, а не говорит, я просто не мог воспринимать его как противника.

Герман как двинулся на меня, так и отступил назад.

— Следи за языком, пацан! — это должно было прозвучать грозно, но, когда тебе угрожают голосом пятилетней девочки, хочется ржать и топать ногами, я сумел себя сдержать. — Это Лёшкин племянник был… — он почесал жирное брюхо и осмотрелся по стронам. — А чё здесь так жарко?

Пискля принялся нагонять воздух ладонями, а затем трясти нижней частью футболки, при этом глядя на спокойно стоящего меня.

— Не, ну правда, жарко! У меня, наверное, температура, — Герман потрогал лоб и зачем-то сунул руку под мышку, а затем побежал на улицу, а там солнышко, ещё жарче.

Через несколько секунд я услышал его визги.

— Я заболел, у меня вирус, свиной грипп, — визжал так громко, что даже свиньи притихли.

А мне было смешно и немного страшно, у меня в руках страшная сила. Простая вроде бы руна, а мужика взрослого из равновесия вывела.

Что же могут сотворить серьёзные руны, и где их взять?

На улице, судя по возгласам, началась суета. Я же наполнил тележку и покатил её на выход. Герман нашёлся на скамейке у конторы, он до сих пор визжал о температуре и каких-то неведомых болезнях. Рядом с ним суетились женщины из канторы, подошёл дед Василий.

— Чего развизжался? — донёсся его зычный голос. — Людей пугаешь! Если заболел, в медкабинет топай!

— Да я… да мне плохо, жарко очень, и-и-и… — и опять визжать.

Дед, недолго думая сорвал с него футболку и бросил на скамью, оголилось жирное тело. Я остановил тележку и с интересом наблюдал за происходящим, Пискля между тем, перестал визжать, начал оглядываться по сторонам, словно не понимая, что происходит.

— Ну что, полегчало? — язвительно спросил дед Василий, конторские женщины посмотрели на старика с осуждением.

— Чего городишь, дядь Вась? Не видишь, человеку плохо! — осудила одна из них.

— И-и-и… — начал было Пискля, да вдруг успокоился. — Ой, всё… нежарко, хорошо-то как, бабоньки! Жить хорошо! — бабы начали посмеиваться, тут вмешался дед.

— И стоило так визжать? Свиней напугал, а им сегодня на бойню! — старик рассержено плюнул под ноги и зашагал к сторожке.

— А чо я, а чо я? — зачастил Пискля. — У меня голос такой, я тут вообще ни при чём, болезнь напала и отстала.

— Болезнь твоя, Гера, из-за языка! Почаще держи его за зубами, — посоветовала та же говорливая женщина. — Кто давеча трепался про дядю Мишу? Кто говорил, что он душу лешему заложил и теперь молодым зайцем бегает?

— А я чо, мне Севка Пантелеев рассказал. Говорит, у деда Михи глаза красным горят, а ещё он зубы скалит, когда отвернёшься, правда-правда!

— Твой Севка, такое же трепло, как и ты! И опять ты трындишь, Севка неделю как на вахту уехал… Говорю тебе, держи язык за зубами!

Мне стало неинтересно, покатил тележку к навозной куче.

Лешему, значит, продал? Это хорошо, пусть хоть водяному, главное, чтобы про меня не вспоминали.

Что-то меня зацепило в словах деда Василия, принялся вспоминать, пока опрокидывал тележку.

Свиней напугал, а им сегодня на бойню… подумаешь, какие боязливые. Бойня! Вот что! — вспомнились руны, птичник, аж пять штук прилетело.

Как говорила мама, у меня особый склад ума, что не означает гениальность. Часто бывает, я не сразу воспринимаю информацию, а чуть позднее, когда её побольше накопится. Раз, и происходит прорыв, прямо как сейчас, не глобальный, правда, но тоже было над чем подумать.

Первую руну я получил с волка, там чистое везенье, но речь не о том. Про вторую вообще смешно вспоминать, со слепня выпала, считай с большой мухи. Я тогда ещё подумал, что меня должно заваливать рунами, ежеминутно, ежечасно, и так сутками. Но потока рун не наблюдалось, пока я не попал на птичник. Не сказать, что прямо завалило, но пять рун, это уже не одна случайная.

И что же получается? Сколько на бойне зарубили курей, пять штук, что ли? Да вот нефига, там целый конвейер работал, каждую секунду по курице, а то и чаще. А стоял я у цеха, несколько минут, пока сторож не вспугнул. Пять рун, с нескольких сотен кур, и ни одна не повторилась, все слова были разными.

О чём это говорит? Получить руну можно только раз, и она остаётся с тобой, они есть не во всех животных. Процент выпадения мне никак не посчитать. Нет, можно, конечно, попасть на саму бойню и наблюдать за процессом, считая свиней, но кто меня туда пустит? Тем более, это зрелище мне вряд ли понравится, их же резать будут, пусть и механическим способом.

Как бы мне оказаться поближе к бойне, и где она вообще? Надеюсь, недалеко! — размышляя, я продолжал грузить и возить навоз.

Мимо прошёл Пискля, вместо футболки на теле была старая спецовка. Мелькнула мысль поприкалываться, повесить ещё одну тёплую руну, но тот словно почувствовал или торопился куда-то, прибавил шаг и скоро оказался в недосягаемости. Хотя я не знал своих возможностей, может, и со ста метров смогу прицепить.

Решив немного передохнуть, а заодно потренироваться, я встал у заборчика и посмотрел на стену свинарника. Она была шершавой, хряки постоянно о неё тёрлись, чесали бока, и потому примерно на полметра стена была испачкана навозом. Да так сильно, что местами уже кусками отваливалось. Расстояние метров двадцать.

Туда и полетела руна чистоты, я чётко видел, как она прилепилась на грязную стену.

Хорошо, значит, это не предел, — я отошёл назад, метров на десять, почти к самому выходу.

Полетела ещё одна руна и вдруг исчезла, я перелез через заборчик, распугивая свиней, приблизился к стене. Первая была на месте, второй не видать, вот и выяснился примерный предел.

За воротами послышался какой-то шум, рёв движка грузовой машины. В проёме появился бодрый мужичок в тельняшке и серых штанах, глянул на меня, махнул рукой в знак приветствия и принялся открывать ворота. Открытый грузовик заехал задом, водитель подогнал машину прямо к заборчику.

— Тебя как звать-то, — поинтересовался мужик в тельняшке.

— Антон, на бойню повезёте? — проявил я догадливость.

— Виктор я, — он протянул руку, я пожал крепкую мозолистую ладонь. — Туда родимых, весу набрали, самое время. Помоги-ка мне с трапом, Антоха!

Следующие пятнадцать минут, я помогал и наблюдал, как хряков загоняют в кузов. К Виктору присоединился водитель по имени Илья, у них здорово получалось, чувствовался большой опыт.

— А где бойня, — поинтересовался я под конец.