Русифицированный King Crimson
Шрифт:
С 1997 по 1999 год группа переживала процесс «дефрагментации», экспериментируя с различными комбинациями своих музыкантов. В 1997 году музыканты удвоенного трио занимались в основном своими собственными проектами. Часть King Crimsonв составе Фрипп, Бруфорд, Ганн и Левин собралась вместе лишь в декабре под названием ProjeKct Oneдля того, чтобы несколько раз выступить в лондонском «Jazz Cafe». Странная заглавная буква «К», вставленная в слово «project» / «проект», создавала вместе со следующей за ней буквой «с» сочетание «Кс», указывающее на связь состава с King Crimson.Заметное оживление внутрикримзоновской жизни произошло в 1998 году. С февраля по август по США, Канаде, Японии и Англии гастролировало трио ProjeKct Twoв составе: Фрипп, Ганн и Белью (на Ви-барабанах [6] ). Накопленные в ходе этих гастролей аудиоматериалы вошли вскоре в практически джазовый двойной альбом «ProjeKct Two —Космическая колея» / « ProjeKct Two —Space Groove». Кстати, слово «groove» может быть переведено еще и как «кайф». В середине августа 1998 года в Канаде два концерта дало удвоенное трио King Crimson,а в октябре-ноябре того же года американцы и канадцы имели возможность услышать игру Фриппа, Ганна, Левина и Мастелотто в проекте ProjeKct Four.В марте 1999 года несколько концертов в США дал состав ProjeKct Three-.Фрипп, Ганн и Мастелотто. Полное представление об этом периоде творчества King Crimsonдают вышедшие осенью 1999 года альбомы «The ProjeKct»и «Хитрость дрозда. Путеводитель для начинающих по ProjeKctaм / «The Deception of the Thrush. A Beginners Guide to ProjeKcts», в которые вошли записи концертов всех четырех Рrо-jeKctов. Трудно описать словами, что представляют собой эти альбомы. Они явно не рассчитаны на неподготовленного и неискушенного в современной авангардной музыке слушателя. На «ЕТ» одно время даже шла благополучно сошедшая на нет дискуссия о негативном воздействии музыки ProjeKctов на человеческую психику.
6
Ви-барабаны / V drums.Электронная ударная установка.
За последние четыре года вышло в свет более десятка альбомов с архивными концертными записями King Crimson,охватывающими период с 1969 по 1995 год. Есть среди них и такое новшество, как аудио/видео компакт-диск «дежа ВРУУМ» / «dejа VROOOM» (по аналогии с «deja vu» / «дежа вю», что в переводе с французского языка означает «уже видел» — явление ложной памяти), записанный в формате DVD. Помимо видеозаписи токийского концерта King Crimson1995 года, он содержит огромный объем информации об этих гастролях и об истории группы вообще. К сожалению, многие из архивных альбомов распространяются только среди членов клуба «King CrimsonCollectors’ Club», который объединяет коллекционеров творчества семейства King Crimson,и не вполне доступны для широкой публики.
Концерты 1997–1999 годов позволяли предположить, что Фрипп повел группу в полностью электронном направлении, а упор на использование электронных ударных вошел в явный конфликт с коренными интересами Билла Бруфорда. Бруфорд плодотворно работал со своей группой Earthworks,и его дальнейшее участие в Crimsonнаходилось под большим вопросом. Осенью 1999 года в
Нэшвилле (США) в течение месяца выступал квартет ProjeKct X,состоявший из Адриана Белью, Роберта Фриппа, Трея Ганна и Пэта Мастелотто. Как сообщил Роберт Фрипп, до конца 2000 года этот состав должен был активно гастролировать и записать студийный альбом. В открытом письме, опубликованном в «ЕТ», он известил всех, что дверь также открыта для Тони Левина и Билла Бруфорда, как только это позволят их личные планы.
В начале 2000 года было официально объявлено о том, что ProjeKct Xпредставляет собой не что иное, как «удвоенный дуэт» / «double duo» — новое воплощение King Crimson.В мае 2000 года, как и было обещано, вышел их студийный альбом «Кконструирование света» / «The ConstruKction of Light» — удивительная смесь ранних воплощений King Crimson с PrvjeKctabm.На связь времен указывают даже названия композиций: «ТреКкснутый» / «FraKctured» (вспомним композицию «Трещина» / «Fracture» с альбома «Starless and Bible Black») и «Заливное из язычков жаворонка, часть IV». Электронно-искаженный до неузнаваемости голос Адриана Белью местами сильно напоминает вокал Грега Лэйка на композиции «Шизофреник 21-го века». Жесткие, приправленные черным юмором тексты альбома отражают весьма пессимистический взгляд авторов на современную жизнь.
Вслед за выходом альбома после нескольких майских концертов в Нэшвилле (США) «удвоенный дуэт» отправился в большое турне по Европе, Америке и Японии. На этой оптимистической ноте уместно завершить «Хроники Малинового Короля», однако, зная непредсказуемый характер Фриппа, не лишним будет добавить:
«Боже, храни Малинового Короля!»
«God save the Crimson King!»
ОТКРОВЕНИЯ МАЛИНОВОГО КОРОЛЯ
(Питер Синфилд)
Впервые появилась на альбоме «При дворе Малинового Короля» / «In the Court of the Crimson King», 1969
Кошачья лапа, стальной коготь. Нейрохирурги вопят — им все мало. На ядовитом пороге паранойи Шизофреник двадцать первого века. Кровавая пытка, колючая проволока. Погребальный костер политиков. Невинные, изнасилованные напалмовым огнем. Шизофреник двадцать первого века. Семя смерти, жадность слепца. Голод поэтов, дети истекают кровью. Все, что у него есть, ему на самом деле не нужно. Шизофреник двадцать первого века.(Peter Sinfield)
Cat’s foot iron claw Neuro-surgeons scream for more At paranoia’s poison door Twenty first century schizoid man. Blood rack barbed wire Polititians’ funeral pyre Innocents raped with napalm fire Twenty first century schizoid man. Death seed blind man’s greed Poets’ starving children bleed Nothing he’s got he really needs Twenty first century schizoid man.(Питер Синфилд)
Впервые появилась на альбоме «При дворе Малинового Короля» / «In the Court of the Crimson King», 1969
Прямой человек спросил опоздавшего: — Где ты был? — Я был тут, и я был там, И я был всюду. Я обращаюсь к ветру, Все мои слова уносятся прочь. Я обращаюсь к ветру, Ветер не слышит. Ветер не может слышать. Я извне, смотрю внутрь. Что я вижу? Много смятения, разочарования Повсюду вокруг меня. Ты не обладаешь мной, Не впечатляешь меня, Просто тревожишь мой разум. Не можешь научить меня или руководить мной, Просто тратишь мое время. Я обращаюсь к ветру, Все мои слова уносятся прочь. Я обращаюсь к ветру, Ветер не слышит. Ветер не может слышать.(Peter Sinfield)
Published by EG Music Ltd 1969
Said the straight man to the late man Were have you been I’ve been here and I’ve been there And I’ve been in between. I talk to the wind My words are all carried away I talk to the wind The wind does not hear The wind cannot hear. I’m on the outside looking inside What do I see Much confusion, disillusion All around me. You don’t possess me Don’t impress me Just upset my mind Can’t instruct me or conduct me Just use up my time. I talk to the wind My words are all carried away I talk to the wind The wind does not hear The wind cannot hear.(Питер Синфилд)
Впервые появилась на альбоме «При дворе Малинового Короля» / «In the Court of the Crimson King», 1969
Стена, на которой писали пророки, Трескается на стыках. На орудиях смерти Ярко блещет солнечный свет. Когда каждый человек растерзан Кошмарами и мечтами, Неужто никто не возложит лавровый венок, Пока тишина заглушает вопли. Между стальными вратами судьбы Были посеяны семена времени И политы делами тех, Которые знают и которых знают. Знание — это смертельный друг, Когда никто не устанавливает правил. Я вижу, что судьба всего человечества Находится в руках глупцов. «Путаница» будет мне эпитафией, В то время как я ползу растрескавшейся и разбитой тропой. Если мы победим, то сможем расслабиться и смеяться, Но боюсь, что завтра я буду плакать. Да, боюсь, что завтра я буду плакать.(Peter Sinfield)
Published by EG Music Ltd 1969
The wall on which the prophets wrote Is cracking at the seams. Upon the instruments of death The sunlight brightly gleams. When every man is tom apart With nightmares and with dreams, Will no one lay the laurel wreath As silence drowns the screams. Between the iron gates of fate, The seeds of time were sown, And watered by the deeds of those Who know and who are known; Knowledge is a deadly friend When no one sets the rules. The fate of all mankind I see Is in the hands of fools. Confusion will be my epitaph. As I crawl a cracked and broken path If we’ll make it we can all sit back and laugh. But I fear tomorrow I’ll be crying, Yes I fear tomorrow I’ll be crying.