Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Русская эпиграмма второй половины XVII - начала XX в.

Ершов Леонид Федорович

Шрифт:
«Неможно отказать в достойном фимиаме Творцу таких красот, И Шаховской в своей последней драме Был совершенный Вальтер Скотт». — «Потише! Не совсем! Чтоб был вернее счет, Из похвалы твоей я лишнее откину И помирюсь на половину». 1821

845. «Когда беседчикам Державин пред концом…»

Когда беседчикам Державин пред концом Жилища своего не завещал в наследство, Он знал их твердые права на желтый дом И прочил им соседство. После 1816

846–849. <НА М. Т. КАЧЕНОВСКОГО>

1
Наш журналист и сух, и тощ, как спичка; Когда б ума его весь выжать сок, То выйдет вряд учености страничка Да мыслей пять или шесть строк. 1818
2
Иссохлось бы перо твое бесплодно, Засухою скончались бы листы, Но помогать бедам искусству сродно: В желчь зависти перо обмокнешь ты, — И сызнова на месяц-два свободно С него польются клеветы. 1818
3
Бесстыдный лжец, презрительной рукой На гибель мне ты рассеваешь вести; Предвижу я: как Герострат другой, Бесчестьем ты добиться хочешь чести; Но тщетен труд: я мстительным стихом Не объявлю о имени твоем. Язви меня, на вызов твой не выйду, Не раздражишь молчание певца; Хочу скорей я претерпеть обиду, Чем в честь пустить безвестного глупца. 1818 (?)
4
Ты прав! Сожжем, сожжем его творенья! Он не по нас! Галиматьи в нем нет! В нем смелый ум, потомок просвещенья; Есть жар, есть вкус, сей вечно юный Цвет! Но что нам в них? Он грации улыбкой Был вдохновен, когда шутя писал, И слог его, уступчивой и гибкой, Живой Протей, все измененья брал. Но что нам в том? Пусть яркий пламень казни Венец творца и наш позор сожжет! Но ты, дружок, ты чужд такой боязни! Как сжечь тебя? Не загорится лед. 1818 (?)

850. <НА П. И. СВИНЬИНА>

«Что пользы, — говорит расчетливый Свиньин, — Мне кланяться развалинам бесплодным Пальмиры, Трои иль Афин? Пусть дорожит Парнаса гражданин Воспоминаньем благородным; Я не поэт, а дворянин, И лучше в Грузино пойду путем доходным: Там, кланяясь, могу я выкланяться в чин». 1818

851. «Бесславье примыкает к славе…»

Бесславье примыкает к славе. Друг Вяземский, ты на мель сел: В Москве умно ты врать умел, Умей умно молчать в Варшаве. 1818

852. «На степени вельмож Сперанский был мне чужд…»

На степени вельмож Сперанский был мне чужд. В изгнаньи, под ярмом презрения и нужд, В нем жертву уважал обманчивого счастья; Стал ненавистен мне угодник самовластья. 1819

853. «Чтоб полный смысл разбить в творениях певца…»

Чтоб полный смысл разбить в творениях певца, Поодиночке в нем ты стих коварно удишь; В бессмыслице ж своей тогда уверен будешь, Когда прочтешь себя с начала до конца. 1819

854. «Вписавшись в цех зоилов строгих…»

Вписавшись в цех зоилов строгих, Будь и к себе ты судия: Жуковский пишет для немногих, А ты для одного себя. 1819

855. «С ним звездословию нетрудно научиться…»

«С ним звездословию нетрудно научиться, Честей им крайняя достигнута межа. До этих почестей как мог он дослужиться?» — «А очень просто: не служа». 1810-е годы

856. «Княжнин! К тебе был строг судеб устав…»

Княжнин! К тебе был строг судеб устав, И над тобой сшутил он необычно: «Вадим» твой был сожжен публично, А публику студит холодный твой «Росслав». 1810-е годы

857. «Как мастерски пророков злых подсел…»

Как мастерски пророков злых подсел Рифмач, когда себя в печать отправил; Им вопреки, он на своем поставил И сотню од не про себя пропел: В наборщиках читателей имел И цензора одобрить их заставил. 1810-е годы

858. <НА С. А. ШИРИНСКОГО-ШИХМАТОВА>

В двух дюжинах поэм воспевший предков сечи, Глаголом ни стиха наш лирик не убил. Как жалко мне, что он частей и прочих речи, Как и глаголы, не щадил. 1810-е годы

859. «Невзоров…»

Невзоров, Престань писать так много вздоров. Поверь, никто не остановит взоров На книге, где прочтет: писал Максим Невзоров. 1810-е годы

860. ОТВЕТ ФОНВИЗИНА

Тупой остряк и приторный шутник, Прославленный толпы минутным шумом, Проговорясь — знать, враг ему язык, — Фонвизина назвал Минервы кумом. «Зачем же нет? — смеясь, сказал ему У русских муз Теренция наместник.— Быть может, в ней и нажил я куму, Но поручусь, что был не ты наш крестник!» <1820>

861. КНЯЖНИН И ФОНВИЗИН

У авторов приязнь со всячиной ведется. «Росслав твой затвердил: я росс, я росс, я росс. И всё он невелик; когда же разрастется?» — Фонвизин Княжнину дал шуточный запрос. «Когда? — тот отвечал, сам на словцо удалый.— Когда твой бригадир поступит в генералы». <1820>

862. «Стихов моих давно ты слышать хочешь…»

Стихов моих давно ты слышать хочешь. Догадлив я! Благодарю за честь! Признайся: ты не о моих хлопочешь, А норовишь, как бы свои прочесть. <1820>
Поделиться с друзьями: