Чтение онлайн

ИС 2+(5-1) завершается метапоэтическим петь, данным, как и весь путь, под знаком минорной резиньяции; заметим, что это петь, однородное остальным членам ИС, эллиптично управляет условным идти: «…чтобы, когда придется идти на погибель, быть в состоянии петь песни».

Негативная трактовка маршрутной темы развивается и в «Перепутье» (1840):

В чужих людях век домаять ли? Сидя дома ли, состариться? По людям ходить , за море плыть  – Надо кровь опять горячую, <…> Сидеть дома, ботеть, стариться, С стариком-отцом вновь ссориться, Работать, с женой хозяйничать, Ребятишкам сказки сказывать… Хоть не так оно – не выгодно; Но, положим – делать нечего <…>

Это белый Х4 (точнее, пеон третий), с характерными «фольклорными» пропусками ударений. Из трех ИФ (2+2+7) последняя, длинная ИС – квазиабсолютная (ретроспективно соотносящаяся с резюмирующим оно), к которой примыкает идиома делать нечего с ее полустертым инфинитивом.

Более позитивна, с виртуальностью в форме предвкушаемых воспоминаний, нерифмованная «Сельская песня» (1841), с ИС (3-1):

Только дум, заботы У царя-головки: Погулять по свету, Пожить нараспашке; Свою удаль-силку Попытать на людях, – Чтоб не стыдно вспомнить Молодое время.

[Кольцов 1939]

41. Ст-ие написано Ан2 четверостишиями с мужскими клаузулами и рифмовкой четных строк (хaхa). ИС (2+5), занимающие 3 из 4-х строф, управляются анафорическим То ли дело – фольклорным аналогом частого в ИП альтернативисткого [Не] лучше [ль]… Все рифмы во II–IVстрофах инфинитивные, причем в III–IV – одинаковые (на -ать), поддерживающие единство второй ИС. По-фольклорному двойной инфинитив обнимать-провожать занимает целую строку в заключительной строфе (ср. ниже с. 124 в связи с № 62).

К., вообще утрировавший романтические клише, охотно применял ИП, в частности, в драмах. На его «драматическую фантазию в стихах» «Доменикино» (1838) «Новый поэт» (И. И. Панаев) сочинил пародию под названием «Два отрывка из драматической грезы „Доминикино Фети, или Непризнанный гений“» (1847), включив туда инфинитивный монолог c зависимой ИС 1+4+1, мало отличающейся от серьезного ИП (ср. напр., № 35):

Я радугу хотел сорвать с небес; С природою я мыслил состязаться; Пересоздать небесные светила; Луну и солнце с небеc перенесть На полотно. И кистью исполинской Хаос, и тьму, и ад изобразить На диво, страх и трепет человеку!.. Я мыслил сжать в одно произведенье Громадное – все божии миры!.. [Русская пародия, 452]

Ср. в оригинале у Кукольника всего лишь ИФ 1+2: Я кистью молнию хотел поймать И, лучшее творенье сил небесных, Хотел умом украсить человека И ужас навести на человека… [Кукольник 1852, 95]

К. представлял естественную мишень для пародирования; но одна инфинитивная пародия, предположительно адресованная ему, возможно, имела мишенью другого автора – А. Н. Струговщикова (см. об этом с. 126 Антологии).

[Поэты 1820-1830-х годов]

42. Пять четверостиший из семи – единая, почти абсолютная ИС 14, ретроспективно резюмируемая по традиционной формуле Вот это.… Традиционно ироническое изображение странного – чужого – поведения осовременено размером (Я4жм, с перекрестной рифмовкой во всех строфах, кроме предпоследней, где рифма опоясывающая) и применением к перволичному субъекту, каковой, однако, принимает (в неинфинитивном финале) позу отстранившегося от страстей поэта-наблюдателя (в отличие от Онегина в №№ 27-28). На отстранение работают и курсивные выделения (ревность; ни люблю, ни ненавижу), сигнализирующие о последовательно метаязыковом характере дискурса.

Ср. сходный аналитический взгляд на любовь в ст-ии «Из записок влюбленного» (1837) с ИС 2+1-(1+1)+1+4+3:

Но  разлагать , учить – гораздо веселей Одно, отдельное, особенное чувство. Приятно, любопытно наблюдать, Каким путем идет всемирный предрассудок, Как сердце рвется мир несбыточный создать, Как этот мир разбить старается рассудок, <…> Люблю и не люблю встречать твой образ милый, <…> Приятно божье солнце отражать, Быть отблеском вполне прекрасного светила, Сиянием небес блистать и согревать. <…> Э, други, полно! Что за радость Любить и нелюбимым быть? Весну цветов, живую младость Как бремя, как недуг, влачить? (ср. позднейшую разработку темы «нелюбимости» у М. Кузмина, с. 192).

У Р. два десятка ст-ий с одной или несколькими ИС: «Мечта» (1830), «Прежней наперснице» (1834), «Черная немочь» (1838–9), «В Москву» (1840), «Как должны писать женщины» (1840), «Еще о Неаполе» (1846), «Молва» (из «Неизвестного романа»; 1856) и др. Абсолютных серий нет; есть длинные, преимущественно в началах или концах ст-ий, часты разрозненные ИФ. Тематическая подоплека ИП – метания между романтической любовью и браком, сельским уединением и светской жизнью, женским и принятым взглядами на жизнь; см. № 43, «Цирк девятнадцатого века» (1850; чч. I, VI) и Прим. к № 45, а тж.: