Чтение онлайн

Несколько инфинитивных моментов есть в переводе Т. вольтеровских стансов «К г-же дю Шатле» (1741) (под заголовком «К Сидевиллю», 1822, оп. 1825; дело в том, что эти стансы были посланы Вольтером в письме к его постоянному корреспонденту Пьеру де Сидевиллю):

ИС 1+1+(1-1)+ 2+1+1: Ты мне велишь пылать душою <…> Кто удержать его посмеет? Нет! Покоряюся ему, – И жить нерадостно тому, Кто жить по летам не умеет. <…> Ах! дважды ждет кончина нас: Забыть любовь, не быть любимым, – Вот смерть с мученьем нестерпимым! Окончить дни – отрадный час! <…> Пошел за ней; но плакал я, Что мог идти я лишь за нею [Мастера перевода, 296–297].

Т. был знаком с неопубликованным пушкинским переводом – «Стансами (Из Вольтера)» (1817–1819), ср.:

ИС 1+1+1+(1-11)+1 [вариант: 1+1+1+(1-1(1-1))+1]: Ты мне велишь пылать душою <…> Пред ним смириться должно нам. Кто применяться не умеет Своим пременчивым годам, Тот горесть их одну имеет <…> Нам должно дважды умирать: Проститься с сладостным мечтаньем – Вот Смерть ужасная страданьем! Что значит после не дышать? [вариант: Что значит после жить, дышать?] <…> И вслед пошел, но лил я слезы Что мог итти вослед лишь ей! [Пушкин 1937, 1, 413; 248–249]

Ср. систематически двухэтажные ИФ (1-2)+(1-1)+(1-1) в конце вольтеровского оригинала:

…On meurt deux fois, je le vois bien: Cesser d’aimer et d’^etre aimable, C’est une mort insupportable; Cesser de vivre, ce n’est rien <…> Je la suivis; mais je pleurai De ne pouvoir plus suivre qu’elle.

Пушкин (как и Т. в первой строке) вводит инфинитивы, отсутствующие у Вольтера, но не сохраняет их двухэтажности. Отзвук этих стихов ср. у Блока:

ИС 3+(2-1): Позволь и мне сгорать душою, Мгновенье жизнь торжествовать И одинокою мечтою В твоем бессмертьи ликовать <…> Позволь же мне сгорать душою И пламенеть огнем мечты, Чтоб вечно мыслить пред собою Твои небесные черты («Артистке» (вариант заглавия: «Марии Гавриловне Савиной»), 1900, оп. 1918) [Блок 1999, 121].

[Поэты 1820–1830-х годов]

32. Квазиабсолютная ИС 5 покрывает 7 строк из 12; резюме (Вот жизнь моя…) переводит речь в изъявительный личный план. Композиционное сходство с традиционными сатирическими и ироническими очерками изображаемых модусов вивенди (ср. №№ 3, 7, 9, 13, 23; традиционным остается и размер – Я6) оттеняет различие: «иная» жизнь (в Крыму) подана с романтической, хотя и остраненной, сопричастностью (ср. №№ 18, 30 и далее № 33), – из Крыма, но как бы с «туристским» взглядом (на стран[у], где…) из столиц.

Число ИС у Т. невелико, но среди них – некоторые сигнатурные строки и одна знаменательная абсолютная серия. Ср.:

ИС 1+2+1+1: Молчи, прошу – не смей меня будить – О, в этот век преступный и постыдный – Не жить, не чувствовать – удел завидный – Отрадно спать, отрадней – камнем быть («<Из Микеланджело>»; 1855, оп. 1868), – перевод знаменитого ответа скульптора от имени его статуи «Ночь» на ст-ие Д. Строцци о том, что она столь совершенна, что стоит ее разбудить, и она заговорит:

ИС 1+2+1: Caro mi `e il sonno, e pi`u l’esser di sasso, mentre che ‘l danno e la vergogna dura; non veder, non sentir m’`e gran ventura; per`o non mi destar, deh, parla basso (1545).

Существуют и другие переводы, от Вл. Соловьева («Ответ Микель-Анджело», 1883): Мне сладок сон, и слаще камнем быть! Во времена позора и паденья Не слышать, не глядеть – одно спасенье… Умолкни, чтоб меня не разбудить (ИС 1+2+1) – до А. Вознесенского, с цельной ИС 4: Блаженство – спать, не видеть злобу дня, Не ведать свары вашей и постыдства, В неведении каменном забыться… Прохожий, тсс… не пробуждай меня! (1975; см.:

У Тютчева ср. далее:

ИФ 2+1: Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить: У ней особенная стать – В Россию можно только верить (1866).

ИФ 2+1 [вариант: 2+2]: Умевший все совокупить В ненарушимом полном строе, Все человечески-благое, И русским чувством закрепить – Умевший, не сгибая выи Пред обаянием венца, Царю быть другом до конца И верноподданным России… [вариант: И до конца служить России] («Великий день Карамзина…»; 1866).

ИФ 2+1: Чудный день! Пройдут века – Так же будут, в вечном строе, Течь и искриться река И поля дышать на зное («В небе тают облака…»; 1868).

Ср. также ИС 3+3+3 в тяжеловесном басенно-патриотическом ст-ии «Британский леопард…» (1873; оп. 1900):

Наш северный медведь – Земляк наш всероссийский – От права своего не хочет отказаться Себя оборонять , подчас и  огрызаться В угоду же друзьям своим Не хочет перед миром Каким-то быть отшельником-факиром; И миру показать и всем воочию', Всем гадинам степным На снедь предать всю плоть свою <…> «Как, он, простой медведь, и хочет защищаться В присутствии моем, и лапу поднимать, И даже огрызаться!»

[Тютчев 2002–2003]