Чтение онлайн

35. Пять четверостиший (Я4жм) с четырьмя анафорическими личными Хотел бы: двумя в I строфе, управляющими соответственно одним и двумя инфинитивами; одним во II, управляющим двумя; и одним на следующие 8 строк, управляющим ИС 6. Период замыкается синонимической заменой личного главного сказуемого (Хотел бы) на безличное (Как сладко было бы), управляющее двумя инфинитивами. Перволичное я при хотел бы исчезает после 1-й строки. Анафорические повторы, длина серий и общее обилие инфинитивов (ИС 1+2+2+6+2), разнообразие их позиций в стихе, множественность явлений природы, с которыми мыслится контакт и метаморфное слияние (ср. № 8; см. Ж-2003а), и интенсивность пространственных передвижений – все это работает на романтическую тему творческой мощи субъекта. Синтаксис довольно однообразный (пространственные предлоги, совместный предлог с и тв. п. превращения), сугубо сочинительный (бессоюзный и с союзами или и то); нет ни причастных, ни деепричастных оборотов, ни разветвленных конструкций.

Не исключено влияние позднего ст-ия Гёте «Одно и всё» («Eins und Alles»; 1821), с его более глубокой темой круговорота бытия и небытия и более разветвленным ИП (благодаря свободной номинализации инфинитивов в нем. яз), см., напр. I и IV строфы:

ИС 2+5+4+(1-1): Im Grenzenlosen sich zu finden, Wird gern der einzelne verschwinden, Da l"ost sich aller "Uberdruss; Statt heissem W"unschen, wildem Wollen, Statt l"astigem Fordern, strengem Sollen, Sich aufzugeben ist Genuss. <…> Es soll sich regen, schaffend handeln, Erst sich gestalten, dann verwandeln; Nur scheinbar steht’s Momente still. Das Ewige regt sich fort in allen: Denn alles muss in Nichts zerfallen, Wenn es im Sein beharren will. [Ср. буквальный перевод строк 3-5: *Вместо горячего хотеть, дикого желать, Вместо тягостного требовать, строгого долженствовать, Отказаться от себя – удовольствие.]

В пер. Н. Н. Вильмонта [Гёте 1975, 464–465]:

ИС 2+(1-1)+1+1: В безбрежном море раствориться, С собой навеки распроститься В ущерб не будет никому. Не знать страстей, горячей боли, Всевластия суровой воли – Людскому ль не мечтать уму? <…> Пусть длятся древние боренья! Возникновенья, измененья – Лишь нам порой не уследить. Повсюду вечность шевелится, И все к небытию стремится, Чтоб бытию причастным быть (Отметим утрату по сравнению с оригиналом четырех инфинитивов в IV строфе).

Три десятка лет спустя ст-ие 23-летнего Х. вызвало пародию Козьмы Пруткова: «Желания поэта» [вар.: Желанье поэта]» (оп. 1854; об авторстве В. М. Жемчужникова, см. Прутков 1965: 430):

Хотел бы я тюльпаном быть; Парить орлом по поднебесью; Из тучи ливнем воду лить; Иль волком выть по перелесью. Хотел бы сделаться сосною; Былинкой в воздухе летать; Иль солнцем землю греть весною; Иль в роще иволгой свистать . Хотел бы я звездой теплиться; Взирать с небес на дольний мир; В потемках по небу скатиться; Блистать , как яхонт иль сапфир. Гнездо, как пташка, вить высоко; В саду резвиться стрекозой; Кричать совою одиноко; Греметь в ушах ночной грозой… Как сладко было б на свободе Свой образ часто так менять И, век скитаясь по природе, То утешать , то устрашать! [Прутков 1965, 68–69]

В пародии сказуемые-анафоры и управляемые ими ИС образуют более ровный рисунок нарастания – ИС 4+4+8, а металитературный финал (ИС 3), вводимый формулой Как сладко было б на свободе, эффектно обнажает самый топос метаморфозы.

У Ш. примечательна «Русская разбойничья песня» (1827; обработка того же народного источника, что и в «Свадьбе» А. В. Тимофеева, 1834, знаменитой благодаря музыке Даргомыжского, 1835), с ИП фольклорного типа. Атаман разбойников отвечает на вопросы сына:

«Я учил тебя добру: Зверем жить под землей, Рыбой плыть под водой, Птицей в воздухе летать. На коне в огонь скакать <…> Мне сказала ворожейка, Лихая злодейка: Что тебе венчаться С матерью твоей, Что тебе ласкаться У песчаных грудей».

ИС 4+2; характерен мотив передвижения; «иное» представлено фольклорностью, разбоем и зооморфной метафорикой (ср. № 330).

[Шевырев 1939]

36. Обрамляющий повтор приравненных друг другу инфинитивов – частный случай дефиниционных приравниваний (ср. №№ 12, 15), как правило, безличных и, значит, абсолютных; изъявительное 2-е лицо в 6-й строке (всплываешь ты…) неопределенно-лично. Общая структура: ИС (1=1)+1+(1=1). Мотивы передвижения (в частности, по воде), любования волнами и поэтического творчества (здесь под углом читательской рецепции) типичны для ИП, а ассоциация плавания с чтением (вызвавшая упрек Белинского в натянутости) оригинальна и родственна другим метапоэтическим применениям ИП.

У Б. более двух десятков ст-ий с ИС, часто длинными, но не абсолютными и не покрывающими б'oльшую часть текста, – свидетельство укоренения ИП как принятого ресурса романтической поэзии.

Особенно охотно разрабатывал Б. тему женщины как проблемного иного, пришедшую на смену сатирическому хар'aктерному иному XVIII в. Ср.:

ИС (3-1)+(14-1)+4 в ст-ии «К женщине» (1839):

Должна от света ты зависеть , Склоняться, падать перед ним, Чтоб, может быть, его возвысить Паденьем горестным твоим; Должна и мучиться и мучить, Сливаться с бренностью вещей, Чтоб тяжесть мира улетучить Эфирной легкостью твоей; Не постигая вдохновенья, Его собой воспламенять, И строгий хлад благоговенья Слезой сердечной заменять; Порою, на груди безверца Быть всем, быть верой для него, Порою там, где нету сердца, Его создать из ничего, Бездарному быть божьим даром Уму надменному назло, Отринув ум, с безумным жаром Лобзать безумное чело; Порой быть жертвою обмана, Мольбы и вопли отвергать, Венчать любовью истукана И камень к сердцу прижимать. <…> Тебе дано его покоить, Судьбу и жизнь его делить, Его все радости удвоить, Его печали раздвоить [Бенедиктов 1939, 115];

ср. тж. ст-ие «Напрасно» (1842; «Напрасно, дева, бурю спрятать.…»), с ИС 6;

и «Лестный отказ» (1844), с ИС 5 в прямой речи женщины, т. е. с перевоплощением лирического субъекта в «иной» пол [Бенедиктов 1939, 177]:

«<…> Я не хочу обманом искушать Поэта жар и стих покорной И полунежностью притворной Тебя коварно вдохновлять, Внушать страдальцу песнопенья И звукам, вырванным из сердца глубины, Рассеянно внимать с улыбкой одобренья И спрашивать: кому они посвящены? <…>»;

а также квазилермонтовское «Смейтесь!» (1850–1856) с несколькими ИФ.

Длинные ИС есть и в других стихах Б., ср., например, квазиабсолютную ИC 5 в «Послании о визитах (К М. Ф. Ш<такеншнейдер>)» (1856), описывающем в 1-м лице стандартное поведение современного светского человека, уподобляемого в его передвижениях по городу великим мореплавателям (транспортный мотив из репертуара ИП), не в сатирическом, а автоироническом ключе (ср. послания поэтов пушкинской поры):

<…> Открыть среди таких прогулок Иль неизвестный закоулок, Иль безымянный островок; Полузнакомого припомня, Что там у Покрова живет, Узнать, что самая Коломня Есть остров средь канавных вод, – Открыть полярных стран границы, Забраться в Индию столицы, Сто раз проехать вверх и вниз Через Надежды Доброй мыс [Бенедиктов 1983, 380–381].