Чтение онлайн

Перевод В. Н. Сторожева

Закупу не платить за скотину, уведенную из хлева; но если он потеряет ее в поле, или не загонит во двор, или не затворит в хлеве, где ему велит господин, или же утратит ее за своим делом, то закупу во всех этих случаях утраты платить.

Ланге: «Но если скот пропадал на поле при пастьбе или не был загнан во двор и заперт там, где было приказано, или если пропажа скота случилась потому, что закуп занимался своей работой, то во всех таких случаях он должен был вознаградить убытки владельца». Под «своей работой» («орудие свое дея») Ланге понимал занятие «ремеслами» «в собственную пользу» [47; с. 189 и 64].

Владимирский-Буданов полагал, что речь здесь идет не только о скоте, как в начале статьи («из хлева»), и конец переводил: «или если потеряется имущество, когда он уйдет по собственным делам, то платит» [23; примеч. 100].

Сергеевич: «Статья 54 [А, 58] упоминает о “деле закупа”… Под делом закупа можно понимать все то, к чему он был обязан, как работник… И конечно платил убытки, если был виноват в небрежности» [80; с. 194].

Голубовский предполагал «существование приблизительно хотя бы такого начала статьи: “Аже дасть господин закупу вол или конь, а из хлева выведут…”». Иначе непонятно: «Что выведут? Плуг и борону?» [25; с. 48].

Дьяконов: «Он [закуп] может заниматься каким-то своим делом, в отличие от хозяйского (“орудия своя дея”, в противоположность тому, когда “господин отошлеть его на свое орудие”)» [35; с. 109].

Павлов-Сильванский: «[Закупы] пасут и загоняют в хлев господский скот» [65; с. 227].

Гётц поддерживал мнение Сергеевича («орудия своя дея» – хозяйская работа) указанием на то, что и по ст. 57 закуп должен платить за мертвый инвентарь, им погубленный [2; т. III, с. 277].

Максимейко, как и в других случаях, опорочивал редакцию статьи в Карамзинском списке, который механически соединяет «из хлева» Тр. Сп. и «из забоя» Пушк. сп.: «оже из хлева из забоя». Поэтому неприемлемо «несомненное искажение оригинала» в замене слов: «на поли и в двор…» – словами: «на поли или в двор…», откуда следовало бы, что закуп отвечал за пропажу скота в поле «во всяком случае», тогда как союз «и» «обозначал не альтернативное сопоставление двух возможностей, а совокупность двух условий, взаимно дополнявших одно другое», и, следовательно, «не всякая пропажа скота в поле влекла за собою ответственность закупа; ответственность его ограничивалась тем случаем, когда скот оставался в поле, между тем как закуп должен был загнать его во двор… значит, он отвечал за свою небрежность». «Если предшествующая статья давала лишь косвенное указание на то, что у закупа могло быть собственное дело, то здесь дается прямое и определенное засвидетельствование такой возможности: “или орудия своя дея”…» [55; с. 34–35].

Аже господин переобидитъ закупа, а увидитъ купу его или отарицю, то то ему все воротити, а за обиду платити ему 60 кун.

Если господин обидит наемного слугу; откроет против него какое-нибудь несправедливое требование и, под предлогом удовлетворения оному, не выдаст ему полного жалованья: то господин должен возвратить ему удержанную цену; да кроме сего заплатить ему за обиду 7 [254] кун пени.

Перевод В. Н. Сторожева

Если господин обидит закупа, отнимет у закупа данную ему ссуду или его собственное имущество, то по суду все это он обязан возвратить закупу, а за обиду заплатить 60 кун.

Н. А. Полевой перевел: «Кто обидит закупа в его участке или жалованье, тот должен возвратить ему излишне насчитанное или взятое и за обиду ему дать 7 кун» [69; c. 179].

А. Богдановский: «60 кун платит господин, если в расчете обидел своего закупа в первый раз» [19; с. 35].

Ланге считал ст. 59–60 (объединяя их, как и Калачов, в одну) «едва ли не самой искаженной». «Нельзя не заметить, что оно [постановление] распадается на 2 части [А, 59 и 60], из коих во 2-й говорится о повторении того преступления, за которое назначалось 60 кун продажи в первой части [ст. 59]… «Паки ли», означающее во всех др. статьях Правды «ежели же», в настоящем случае принимается в смысле снова ли, так как оно совмещено здесь с выражением «опять воротити»… последнее показывает повторение того же действия, которое и прежде было допущено господином по отношению к закупу… Преступление… состояло в том, что господин засчитывал закупу меньше кун, чем положено было засчитывать ему за год работы, и т. обр. захватывал чужое, т. е. «принимал куны»… Глаголы увидить, уведеть, введеть, без сомнения, искажены… преступление выясняется… только глаголом увередить в смысле повредить, изменить…

Относительно же слова «цена» следует заметить, что оно нигде не употребляется в Правде и, вероятно, в ее текст вставлено было позже, в виде объяснения к слову купа… Ст. 55 [А, 59–62] следует читать по Троицк. списку, только «увидить» должно заменить глаголом увередить…» «Т. обр. ст. 55 [А, 59–60] мы понимаем так: если господин обижал закупа, т. е. изменял во вред ему купу, иначе сказать, засчитывал ему в ежегодный выкуп меньшую, чем следовало, сумму, а также отнимал отарицу, т. е. поземельный участок, не увеличивая с тем вместе купы… то господин должен был все воротить, т. е. засчитать закупу, что неправильно было от него отнято, а сверх того заплатить князю продажи 60 кун; за повторение же того же самого преступления, кроме удовлетворения закупа, господин обязывался заплатить продажу князю в большем уже количестве, именно 3 гривны…» [47; с. 179 и сл.].

Чичерин: «Неправильно удержанные или отнятые у закупа деньги хозяин должен был возвратить, да кроме того заплатить за обиду» [92; с. 155].

Любавский, возражая вообще против «искусственной разбивки» «статей» Русской Правды (но и не поясняя, что надо разуметь под естественной «разбивкой» или под «статьями» – сплошной текст между двумя заголовками или что другое), предложил совершенно оригинальное толкование ст. 59. Ст. 73 калачовской нумерации, разбитую в настоящем издании на 4 статьи (А, 59–62), он толковал, однако, не целиком, оставлял в стороне ст. 62 и связывал текст ст. 59–61 со ст. 57 и 58, как «непосредственное их продолжение» (ср. ниже, Хлебников, с. 509).

Ст. 57 и 58 устанавливают, «что в подлежащих случаях закуп должен заплатить» за «имущественный ущерб» своему господину. «73 статья [на самом деле не А, 59–62, а А, 59–61] говорит о злоупотреблениях, которые могут быть допущены господином при взыскании с закупа стоимости “погубленной” им вещи» (ср. ниже, Дубенский), и Любавский предложил следующий перевод ст. 59–61: «[59] если господин обидит закупа, даст волю враждебному чувству (уведет вражду), вздует (увередит) цену (погубленной вещи) и введет эту цену в купу (т. е. увеличит ею полученную вперед закупом плату), или же наложит на собственное имущество закупа (отарицу = [77; т. VI, ст. 208, примеч. 8]), то все ему воротить, а за беззаконие платить ему 60 кун; [ст. 60] а если возьмет за него деньги, то опять вернуть ему деньги, которые за него взял, а за беззаконие платить 3 гривны штрафа; [ст. 61] а если господин (производя такое неправильное взыскание) продаст закупа в рабство (обель), то наймит свободен от платежа всех денег (а следовательно, и лично), а господину платить за беззаконие 12 гривен штрафа».

Преимущество «такого понимания этой статьи» Любавский видит и в том, что при нем «легко объясняется и градация устанавливаемых в ней уголовных штрафов. Наименьшим злом для закупа при недобросовестных взысканиях хозяина было увеличение «купы», а следовательно, и продление его закупничества и отнятие у него части имущества; большим злом была уже передача его в закупы другому лицу и удлинение таким путем срока закупничества, и, наконец, самым тяжким нарушением прав закупа была продажа его в рабство в силу недобросовестного имущественного взыскания» [52; c. 320–323].