Чтение онлайн

Интересно, как высказался по этому поводу А. Зимин, ресторанный критик журнала «Афиша-Мир» («Единицы условности». М., 2008), публикующий свои материалы в других изданиях, например, в газете «Время». Он полагает, что объединение его материалов в книгу состоялось, потому что в выбранных им текстах встречается «условное драматическое единство», позволившее ему представить читателю «что-то вроде спекулятивной философской автобиографии», посвященной еде в разных местах, т. е. объединенной конкретной темой. При этом сохранились и множественные ипостаси самого автора.

Очевиден доминирующий для колонки индивидуальный взгляд, позволяющий представить ситуацию и оценить ее.

Заметим, что иногда колонка принимает на себя несвойственные ей функции, например, в рубрике «Интертекст» («Литературная газета»), она явно носит промежуточный характер. Расположенная традиционно в формате колонки, она превращается в аналитическую статью или интервью, что лишний раз свидетельствует о ее синкретическом характере.

Наш вывод поддерживает и публикация в «Книжном обозрении» материалов, связанных с «Большой книгой». Они организованы в формате и колонки, и интервью, и отчасти аналитической рецензии. Ввод к разговору напоминает традиционный для колонки нарратив – сообщение о событии: «Это рассказ о своей жизни в литературе, о собратьях по перу и просто о жизни. О том, что в юности литература казалась раем, а повседневность, отнимающая столько времени и сил («ненавистный техникум», «злобные учебники», «мерзкие конспекты») – злом, однако в реальности все переплелось»… («Книжное обозрение». 2008. № 43 (2209)).

Вопросы интервью в колонке выстраиваются по сходной схеме: проясняется авторский замысел, выбранная им форма. Попутно говорится о содержании каждой книги, указывается, на какого читателя она рассчитана. Среди премиальных конкурсных вопросов значимыми оказались следующие: насколько конкурсы эффективны, каково их будущее и, в частности, будущее «Большой книги» и кто составляет ее рейтинг авторов. В указанном материале имя автора не сообщается, но все остальные сведения приведены по той же схеме.

Отметим и материалы, представленные в формате «Пять (десять) лучших книг недели». Обычно они организованы в виде полосы, располагающейся на первых страницах, например, «Книжного обозрения» и «НГ Ex libris». Важно, какие материалы их обрамляют и в каком формате. Без учета этого результат получится парадоксальным.

С небольшим промежутком во времени напечатаны рецензии на книгу С. Шаргунова «Птичий грипп» и рассуждение самого писателя, эссеиста, критика «Поедем на войну. Обрывки мыслей на краю воронки» – название говорит само за себя. В одной из колонок встречается формат юбилейной заметки (о юбилее Вен. Ерофеева). Очевидно, что подобные вводные материалы выполняют функцию преамбулы ко всему номеру, но собственно колонками не являются, несмотря на четко выраженную авторскую рефлексию.

Подобная же рефлексия прослеживается и в материалах, внешне организуемых как колонка, но относящихся к информативному сообщению, поскольку аналитика представлена в связывающих отдельные рассуждения вопросах. Речь идет об интервью с ведущими деятелями книжного рынка, представителями издательств – редакторами, директорами, выпускающими проектов (публикуются в «Литературной газете»). Отметим материал, посвященный беседе с Б. Кузнецовым, представителем издательства «Росмэн». Он рассказывает об интерактивных романах, которые будут созданы в сотрудничестве с популярными интернет-ресурсами. Иначе говоря, во время чтения окажется возможным следить за развитием тех же событий в виртуальном пространстве («Литературная газета». 2008. 22–28 октября).

Заметим, что попытка виртуализации текста уже сделана в формате компьютерной игры Б. Акуниным («Квест»).

Персоналии

Упомянутый выше В. Березин (Владимир Сергеевич, 1966 г.р.) ведет в «Книжном обозрении» собственную еженедельную колонку в формате страницы «Фантастика», сотрудничает и с другими изданиями, тем же «НГ Exlibris», размещает свою прозу и эссеистику в журналах «Новый мир», «Дружба народов», «Литературная учеба», «Октябрь». Нам удалось найти и другие публикации, например, в формате «Интервью» он интересно расположил материалы, связанные с финалистом ряда премий В. Шаровым («Книжное обозрение». 2008. № 41 (2207)).

Какие аспекты затрагивает обозреватель? Кроме обозначения значимой для него проблемы, В. Березин позволяет высказываться другим авторам и пишет сам рецензии. Как отмечалось, он пишет о конвентах, фестивалях фантастики. Практически по его публикациям можно восстановить развитие данных форм, получить представление об их основных участниках. Особенно благодаря тому, что на своих страницах он помещает рецензии на их книги или предоставляет слово авторам.

Материал преподносится живо, динамично, налицо ироническая интонация («писатели-фантасты – это те, кто ездит на конвенты»), сочетание разговорных и книжных выражений («но мне нужно повиниться», «спору нет».) Высказывается и мнение по поводу критиков: «Многочисленные фантастические книжки обслуживают не менее многочисленные рефлексирующие критики».

Последнее рассуждение возникло в связи со знакомством с дискуссиями о месте критики в фантастической литературе. Как может не возникнуть критика, рассуждает автор, если ежегодно публикуется порядка пятисот романов, а на двести из них пишутся рецензии.

В связи с публикацией рецензии на книгу М. Рафф «Канализация, Газ&Электричество» и представлением начинающего фантаста Ю. Зонис (материал Н. Фединой) лейтмотивом в колонке проходит мысль об иных мирах (сборник И. Матвеева, Ю. Зонис, О. Морозовой «ТриП: Путешествие с тремя пересадками: Экзорцисты / Боевой шлюп “Арго” / Улица медных душ: Повести»).

Название «Настоящее в будущем» показывает, что впереди временные перебросы, отсюда и плотность застройки текста, насыщенность его разнообразными отсылками, большинство из которых относятся к кино и связаны с «мультикультурными ценностями». Эрудиция автора самоочевидна, хотя она и распространенного свойства. От узнаваемых тем и ситуаций легче переходить к обобщениям, что постоянно и происходит в колонках В. Березина. Заметим, что он действительно успевает улавливать наиболее значимые явления, скажем, характерное в «кризисный период» повсеместное увлечение мистикой и вампирами.

Свойственная его публикациям ироническая тональность позволяет и сообщить факты о самом критике, и выразить его позицию, и показать собственное отношение к происходящему в литературе: «Я, с одной стороны, старенький (и дружу с людьми, отстаивающими прежнюю духовность супротив современного разврата), и с другой стороны, современный разврат и прочие живчики на фоне красивых ландшафтов и вообще буржуазное разложение (как говорила гражданка Мезальянсова) мне очень интересны». Любопытно и такое замечание: «все споры о духовности строятся по одной модели и основываются на том, читал ли ты Стругацких». Данная страница полностью подготовлена одним автором, поэтому рассуждение о Стругацких не случайно, ведь их фантастика является эталоном, с которым он сравнивает всех современных авторов. Сравнение это иногда звучит явно, но чаще всего скрыто за авторскими интенциями.

Отчасти затронуты проблемы их творчества: «есть самоценные культурные коды в книгах Стругацких, но, с другой стороны, это не искупает незнания или невозможности адаптации к современному миру». Одновременно автор предается воспоминаниям с использованием клише: «помню былое и портвейн “Три топора”». Вывод вполне мотивирован: «наша фантастика, замусорившая в свое время прилавки произведениями безудержно низкого качества, становится все более идейной, общественно востребованной». Очевидно, что разговор получился значимым – о качестве современной фантастики, возможности решения в ней не только сиюминутных проблем.