Чтение онлайн

лошадей, и ряд замыкал Таксынбай со своими подручными. В таком порядке они ушли

их города через Каршинские ворота.

За городскими стенами началась степь, вся во мгле.

Даврон хорошо знал дорогу через большую степь к горам Памира и потому повел

караван уверенно.

ПЕРВАЯ ЖЕРТВА

Огромная каршинская степь.

Караван двигался по ночам, чтобы не привлекать внимания пастухов или дехкан,

которые ездили на своих арбах на близлежащие базары. К тому же ночная степь была

куда приятней, чем дневной зной с палящим солнцем. Зато днем приходилось отсыпаться

прямо в степи, среди высохших кустов, где бегали ящерицы, а иногда ползали змеи -

кобра или гюрза. Чтоб палящее солнце не очень мучило солдат, Николаев велел натянуть

шатры над головами спящими. А дежурившие солдаты ходили вдоль лежавших на земле

лошадей и смотрели по сторонам.

Как-то в середине дня, после дежурства, один из солдат вернулся под навес к спящим

людям. Положив под голову походный мешок, он лег на песок рядом с другими. Только

стал засыпать, как за спиной услышал шипение. И тотчас сон пропал. Солдат резко

обернулся и совсем рядом, на песке увидел кобру. Испуганная резким движением

человека, змея вмиг вытянулась, подобно свечке, готовая кинуться на обидчика. От

страха тот закричал и замахнулся на нее рукой. И тут кобра укусила его в руку. Затем

спешно уползла в кусты, оставив за собой волнистый след.

А солдат, обезумев от страха, начал бегать между шатрами, крича во все горло: «Меня

укусила змея, меня укусила кобра! Спасите меня, я умираю…».

Тем временем Одылбек не спал. Купец сидел под навесом, заложив под себя ноги, и

наблюдал за дежурными солдатами и поварами, пока Таксынбай и Даврон отсыпались в

своих шатрах. Услышав крики, Одылбек вскочил на ноги. Но ничего не мог понять, о чем

кричит безумный солдат, пока в его словах не расслышал: «змея».

От дикого крика все стали просыпаться. Испуганные солдаты и погонщики, еще не

успевшие отойти ото сна, вышли из шатров и сразу заметили безумца. Но самым

удивительным было то, что за тем солдатом гнался купец Одылбек. Когда это удалось,

Одылбек повалил его и придавил коленом к земле. Молодой солдат еще плакал.

Все кинулись к ним, образовав круг. Купец же грозно крикнул: «Глупец, не двигайся, не

двигайся, иначе помрешь! Я тебе помогу». Солдат уверовал его словам и не стал

метаться, а лишь таращил глаза на сослуживцев.

Одылбек разглядел место укуса. Змея оставила две ранки чуть выше запястья, откуда

сочились струйки крови. После осмотра купец скинул с себя халат и на порвал на рукаве

лоскут от желтой рубахи. И им же связал руку чуть выше ужаленного места, желая

остановить приток крови. Несчастный солдат все стонал: «Помогите мне, спасите, у меня

трое малых детей, что будет с ними?»

– Быстро мне воды, - крикнул Одылбек, и двоя кинулись к котлу, где варилась еда.

Пока несли воду в медном чайнике, солдаты и погонщики смогли рассмотреть этого

странного купца с близи, который держался от них в сторонке. Только теперь солдаты

разглядели в нем христианина, хоть и был в мусульманском наряде. Другие же приняли

его за памирского таджика или турецкого купца - среди них тоже встречаются

рыжеватые. И что удивительное, это человек был столь велик, если даже повелевал

самим Таксынбаем, который был в чине генерала.

41

Едва в спешке доставили воду, Одылбек смыл рану и стал высасывать кровь с места

укуса. Пораженный Таксынбай решил остановить его:

– О, почтенный Одылбек, что вы делаете? Это опасно!

– Надо срочно высосать яд, иначе его спасти.

– Не смейте этого делать! За вашу жизнь я отвечаю перед эмиром. Это неразумно: вы

можете погубить себя.

– Я сразу выплевываю отравленную кровь.

– Пусть это сделает другой. Кто близкий друг у этого солдата?
– спросил начальник

отряда.

Никто не отозвался. Тогда Таксынбай пристыдив своих людей: «Какие же после этого

вы гвардейцы!». И после вышел пожилой солдат и сказал:

– Мне как-то доводилось высасывать яд из ноги брата, и я готов сделать это снова.

Однако купец предупредил его:

– Если у тебя есть какая-нибудь ранка во рту, то не делай этого, ибо через нее яд

попадет в кровь, тогда сам погибнешь.

– У меня все чисто.

Опытный солдат опустился на колени и стал высасывать кровь. Одылбек сказал ему:

«После каждого раза рот поласкай водой», - и дал ему в руку кружку. Тот так и делал. Но

несчастный солдат все еще стонал со словами: «Я умираю, я умираю». И в самом деле,

через короткое время его лицо было уже мокрым от пота и стало трясти.

– Это не поможет, все равно он умрет, - уверенно заявил Даврон и склонился над

умирающим.
– Я знаю, что надобно делать в таких случаях. Ну-ка, расступитесь! Да, и

закройте глаза этому солдату тряпкой.

Как только это сделали, Даврон вытянул руку солдата в сторону. Затем дервиш

выхватил из ножен саблю и резким взмахом отрубил солдату полруки. Тот успел лишь

вскрикнуть, как голова его повисла, он лишился чувств или вовсе умер. Никто не ожидал

такого, и все уставились на Даврона. Однако тот остался равнодушен, ибо по своей

природе был решительный человек.

– Кажется, он умер, - тихо сказал кто-то.

– От такого люди не умирают, - успокоил всех Даврон. – Он просто лишился чувств. В

таких случаях лишь это может спасти.

Молодые солдаты увели глаза в сторону от столь неприятного зрелища. Они еще не

воевали и не видели рубленых рук, ног и голов. У несчастного солдата с места среза

обильно стекала кровь.

Даврон срочно дал указание принести ему масло. Кто-то из дервишей кинулся к котлу и

столь же быстро вернулся с медной чашкой. Глава ордена взял с земли горсть пыли и