Чтение онлайн

На другой день посл моего визита японцамъ, Сумеди-Сама и Яма-Мадо пришли ко мн, вслдствіе моего приглашенія. Я намренъ былъ поговорить съ ними на счетъ того, съ какою цлью назжаетъ такъ много ихъ офицеровъ въ селеніе Томари. Какъ я уже сказалъ, всего вроятне надо полагать, что это длается потому, что Путятинъ можетъ быть объявилъ въ Нангасаки, что онъ пойдетъ на Сахалинъ, и для пріема его Мацмаісий губернаторъ считалъ нужнымъ собрать поболе своихъ чиновныхъ лицъ. Но такъ какъ положеніе наше, при 40-ка ч. больныхъ изъ 60-ти могло быть не безопасно въ присутствіи большого числа японцевъ, то я находилъ нужнымъ ограничить число японцевъ, которое я могу допустить собраться подл насъ.

Поздоровавшись со мною, Сумеди-Сама сказалъ, что онъ былъ радъ тому, что я приходилъ вчера повидаться съ японцами. Я отвчалъ на это увреніемъ, что когда мы больше познакомимся, то полюбимъ другъ друга. Посл этого я тотчасъ же приступилъ къ длу, по которому призвалъ ихъ, и сообщилъ имъ, что я слышалъ, будто пріхало третьяго дня 10 офицеровъ, что въ Тіатомари находится еще 12 офицеровъ, кром того и въ Со есть ихъ начальники, которые тоже прідутъ на Сахалинъ; но я не понимаю, дли чего нахало столько ихъ, и потому прошу мн сказать врно, сколько пріхало офицеровъ и солдатъ и сколько еще прідетъ. Сумеди-Сама вынулъ клочокъ бумаги, исписанный по-японски и началъ переводить на аинскій счетъ записанное число по-японски на означенной бумажк. Я подалъ ему мой японскій лексиконъ, въ которомъ написанъ японскими цифрами счетъ, и просилъ по этому счету показать мн числа. Онъ мн указалъ слдующія числа: въ Томари находится офицеровъ старшихъ и младшихъ 13 и 23 солдата. Въ Тіатомари: стар. офиц. — 1, младш. офиц. — 4, солдатъ — 8, конвойныхъ — 9. Въ Со солдатъ 77, а офицеровъ онъ не знаетъ сколько. Слд., всего военныхъ собрано на Сахалин и въ Со 135 человкъ, а рабочихъ пріхало не боле 50-ти ч. Число это слишкомъ незначительно, при трусости японцевъ, чтобы опасаться отъ нихъ враждебнаго дйствія, а не позволивъ ихъ офицерамъ прізжать въ Томари, можно испортить все дло и возбудить въ нихъ опасенія на своихъ рабочихъ. Поэтому я сказалъ Сумеди-Сам, что хотя мн предписано моимъ начальствомъ не допускать японскаго войска и пушекъ на Сахалинъ, но считая, что число японскихъ солдатъ, назначенное прибыть въ Томари при 20-ти ихъ офицерахъ, нельзя считать войскомъ, а только прислугою офицеровъ, то я и не буду противиться прізду этого числа солдатъ, но и боле не могу дозволить. Что же касается до офицеровъ, то хотя меня очень удивляетъ, что ихъ пріхало такъ много и что они не знаютъ, зачмъ они присланы, но вря японцамъ, будто адмиралъ Путятинъ объявилъ въ Нангасаки, что онъ пошлетъ на Сахалинъ два судна, я предполагаю, что японскіе офицеры прибыли собственно для составленія парадной свиты старшему начальнику, которому поручено переговариваться съ посланными отъ Путятина, а можетъ быть и съ нимъ самимъ. Вслдствіе этого, я не противлюсь назду японскихъ офицеровъ въ томъ числ, которое они мн сказали, т.-е. 20-ти. Кончивъ это объясненіе, мы начали толковать о торговл Сумеди-Сама, разспросивъ цны разныхъ товаровъ нашихъ, сказалъ, что онъ былъ бы очень радъ, если бы японцамъ дозволено было жить съ русскими на Сахалин, что они могли бы тогда выпросить позволеніе отъ своего правительства торговать съ нами. Боле всего ему нравилось — сукно красное и въ особенности черное, и потомъ разныя металлическія вещи — часы, зрительныя трубы, термометры. Сапоги онъ тоже хотлъ имть. Я ему предложилъ выбрать пару по своимъ ногамъ, и онъ общалъ спросить дозволенія у своего начальника, но кажется не получилъ. Русскій сахаръ въ головахъ очень по вкус имъ, а шафранъ они считаютъ драгоцнностью, и потому были очень удивлены, когда я имъ, указавъ на ящикъ, который могъ вмстить около 2-хъ зол. шафрану, сказалъ, что три такихъ ящика шафрану они могутъ получить отъ русскихъ за одного хорошаго соболя. Отъ торговли разговоръ перешелъ на военныя силы Россіи. Они были очень поражены, когда я имъ сказалъ, что въ Россіи есть милліонъ войскъ. Они спросили, сколько кораблей; я отозвался незнаніемъ и спросилъ бывшаго тутъ Рудановскаго, онъ сказалъ: 500. Мн показалось, что онъ уже слишкомъ увеличиваетъ, и потому я указалъ имъ въ лексикон число 400, объяснивъ, что въ этомъ числ находятся суда всхъ величинъ. Они попросили нарисовать имъ разныхъ величинъ корабли. Я сдлалъ это, какъ умлъ. Объясненіе, что на большихъ корабляхъ 100 пушекъ стоятъ въ четыре яруса, ихъ очень поразило. Потомъ спрашивали о русскомъ оружіи и знаменахъ. Я показалъ имъ солдатское ружье со штыкомъ и дйствіе имъ. А про знамена сказалъ, какъ они уважаются у насъ и защищаются на войн. Они замтили, что у ихъ войскъ есть также знамена. Много изъ того, что я имъ говорилъ, они записывали.

22-го апрля. — Сегодня японскіе караульные дали знать, что сельди (хероки) идутъ съ моря къ бухтамъ. Извстіе это чрезвычайно оживило японцевъ. Даже офицеры ихъ вышли изъ домовъ своихъ смотрть на ходъ рыбы. Рабочіе японцы и аины носили невода, готовили лодки — однимъ словомъ, все было въ движеніи. Я веллъ дать знать мн, когда забросятъ японцы неводъ. Во второмъ часу, лодки съ неводами отчалили. Я вышелъ посмотрть на ловлю. Японскіе неводы часты и чрезвычайно велики. Одинъ неводъ окружаетъ пространство саженъ на 70 отъ берега. Но каково было мое удивленіе, когда, не дотащивъ неводъ саженъ на 10 до берега, японцы оставили его въ вод, потому что эти 10 саженъ неводъ до того былъ наполненъ сельдями, что несмотря на вс усилія человкъ 60-ти работниковъ, они не могли боле притянуть неводъ въ берегу. Я выхалъ на шлюпк къ тому мсту бухты, гд вода возмутилась отъ хода рыбы. Гребцы, закладывая весла для гребки, выбрасывали ими по нскольку сельдей и жаловались, что они мшаютъ грести хуже чмъ морская капуста. Можно представить себ теперь, какъ дорогъ Сахалинъ, т.-е. берегъ Анивы для японцевъ. Японцы и теперь уже много терпятъ въ промысл, отъ того что аины восточнаго и западнаго береговъ не пришли на работу, говоря, что они боятся войны между русскими и японцами. Они никому не хотятъ врить, чтобы возможно было, что русскіе будутъ жить въ Аин съ японцами безъ драки. Я предлагалъ японцамъ послать казака Березкина собрать аиновъ, но они просили, чтобы я этого не длалъ, что они уже послали 10 человкъ въ Аруторо (восточный берегъ). Теперь у японцевъ работаютъ только аинскіе аины, и то большею частью женщины. Для продовольствія команды свжею рыбою, я посылаю вечеромъ трехъ человкъ на маленькой лодк съ саками, чмъ на садкахъ вынимаютъ рыбу изъ барокъ. Люди наши вынимаютъ, такъ сказать изъ природнаго садка, т.-е. прямо изъ бухты Томари, по 300 рыбъ въ полчаса. Я закидывалъ нашъ неводъ и вытащилъ столько рыбы, что мы не знали куда двать ее, и потеряли только время на уборку ея.

23-го апрля. — Сегодня, опять пришелъ ко мн Сумеди-Сама съ Яма-Мадо. Кажется, цль его прихода была выпросить у меня карту Россіи. Печатной я не имлъ, и потому согласился взяться не за свое дло — начертить карту всей россійской имперіи, со всми владніями ея въ Европ, Азіи и Америк. Я нарисовалъ по просьб Сумеди и пограничныя съ ней владнія Китая и Японіи. При этомъ я не провелъ границы между Сибирью и Китаемъ въ Приамускомъ кра. Можетъ быть, работа моя отправится къ японскому императору на показъ; хорошо что онъ не съуметъ подмтить неврность карты. Толковали мы съ Сумеди и о торговл. Я веллъ принести красное и черное сукно. Мн хочется заставить какъ-нибудь японцевъ начать съ нами мну. Вольность отзывовъ Сумеди о своихъ начальникахъ и о другихъ предметахъ, относящихся до Японіи и Россіи, подавала мн надежду, что онъ согласится скрытно мняться съ нами товарами; на первый разъ и это было бы хорошо. Къ сожалнію, надежда моя не сбывается, и я подозрваю, что хитрые японцы, поручивъ Сумеди вывдывать отъ меня что ихъ интересуетъ, позволили Сумеди вести себя такъ, чтобы я думалъ, что онъ отъ себя говоритъ и дйствуетъ для своей собственной пользы, между тмъ какъ онъ только исполняетъ задаваемые ему уроки старшимъ начальникомъ. Я длаю видъ, что будто ничего не подозрваю, и думаю, что дйствительно Сумеди скрытно дйствуетъ отъ своихъ начальниковъ и всегда серьезно общаю ему, что ничего не скажу имъ про то, что онъ говорилъ со мною. Разъ я попросилъ у него, чтобы онъ мн промнялъ обдланную раковину на хрустальную тарелку. Онъ согласился, отдалъ раковину и взялъ тарелку.

24-ое апрля. — Многіе аины говорили Дьячкову, что они слышали отъ другихъ аиновъ, будто у Сиретоку (Анива) ходятъ два русскихъ судна. Кажется, это уже 10-й разъ съ марта мсяца, что видятъ судно у Сиретоку. Ловля идетъ у японцев очень лниво, хотя съ тмъ числомъ работниковъ, которое они имютъ въ Томари (около 100 чел. япон., аиновъ и аннокъ) можно бы гораздо боле дла сдлать. Они не убрали еще и одного невода, а нсколько ихъ стоитъ въ вод съ рыбою невытащенными еще на берегъ.

25-ое апрля. — Сегодня вновь пришедшій аинъ потвердилъ, что два судна ходятъ у мыса Анивы, и что даже нсколько человкъ съзжали на берегъ. Если это русскія суда, то непонятно, отчего они нейдутъ внутрь залива Анивы. Надо полагать, что это китобои. Однако я ршился похать на шлюпк за мысъ Эндоморо, закрывающій отъ насъ м. Аниву, въ надежд, что если горизонтъ будетъ ясный, то я увижу въ трубу, если же туманный, то пошлю двухъ казаковъ въ Сиротоку разузнать, правда ли, что жители видли суда, и если правда, то ожидать пока сами не увидятъ и тогда подать знать на судно, если оно русское, выстрлами изъ ружей. Въ 9-мь часу пришелъ Сумеди-Сама съ Яма-Мадо и спросилъ слышалъ ли я, что русскія суда пришли. Я сказалъ, что слышалъ. Тогда онъ спросилъ, поду ли я самъ, или пошлю кого-нибудь къ нимъ. Я сказалъ, что я поду къ мысу Эндоморо посмотрть въ зрительную трубу, когда марево пройдетъ. Онъ просидлъ у меня до того времени, когда мн дали знать, что люди готовы на молитву (это было въ воскресенье). Я началъ собираться, а Сумеди пошелъ къ Рудановскому. Между разговоромъ Сумеди сказалъ мн, что ихъ начальникъ запретилъ, чтобы не пугать рыбу, бить въ барабанъ, какъ это прежде длалось для сигнала идти въ обду и на работу. Я ему сказалъ на это, что вроятно они не полагаютъ, чтобы нашъ маленькій колокольчикъ, въ который бьютъ часы и рынду, могъ бы пугать рыбу. — «Колоколъ не мшаетъ, но выстрлы изъ пушекъ могутъ прогнать рыбу; а я слышалъ что русскіе палятъ, когда приходятъ суда», отвтилъ мн Сумеди. Я ему общалъ, что буду просить свое начальство позволить не салютовать кораблямъ. Дйствительно, надо будетъ это сдлать. Посл молитвы, въ 1-мъ часу, я выхалъ на шлюпк. Обогнувъ м. Эндоморо, я увидлъ, что горизонтъ закрытъ туманомъ и м. Анивы нельзя видть. Я однако похалъ дале, чтобы высадить двухъ казаковъ. Втеръ, бывшій отъ м. Эндомора совершенно противный, пошелъ немного въ западу, и мы поставили паруса. Прозжая с. Хукуй-Катанъ, я увидлъ въ зрительную трубу, что и въ этомъ селеніи уже поймано много сельдей, он лежали большими кучами на берегу. Скоро мы обогнули мысъ Хукуй-Катана и пошли мимо озера Отосамъ къ слдующему мысу, гд и пристали въ берегу. Я отправился съ каз. Дьячковымъ и Березкинымъ вокругъ мыса, чтобы выдти на открытое мсто. Обогнувъ его, мы увидли, что слдующій мысъ опять закрываетъ намъ Аниву. Было уже часовъ пять, и надо было думать о возвращеніи домой. Мы вернулись къ шлюпк, взойдя по дорог на вершину берега посмотрть въ трубу. Идучи мы замтили на песк свжій слдъ медвдя. Я смрилъ величину слда — вышло дв четверти: это лапа огромнаго медвдя, какихъ въ Россіи кажется нтъ [15] . У меня естьшкура чернаго медвдя, убитаго въ Хукуй-Катан: она иметъ длины отъ шеи до хвоста 11 четв., т.-е. 1 с. безъ четв.; придя къ мсту, гд вытащена была шлюпка, я засталъ готовый чай. Назначивъ казаковъ Березкина и Монакова идти къ м. Анив, чтобы разузнать о виднныхъ судахъ, и отправилъ ихъ съ провіантомъ на недлю, а съ остальными 3-мя гребцами отвалили отъ берега. Втеръ былъ попутный, потому мы тотчасъ же поставили парусъ. Проходя не боле какъ въ полуверст отъ берега, гд находится оз. Отосамъ, мы увидли въ саженяхъ 20-и отъ насъ, между берегомъ и шлюпкой, фонтанъ, пущенный китомъ. Скоро показалось туловище, а потомъ хвостъ чудовища. Не прошло получаса, какъ матросъ на рул замтилъ, что-то лежитъ поверхъ воды передъ носомъ шлюпки. Мы приняли сначала это за плавающее дерево, но приблизясь саженей на 5 къ нему, я увидлъ, что не можетъ быть такое толстое дерево и тотчасъ веллъ взять лво руля, чтобы отойти; едва мы отвернули, какъ вода съ шумомъ и брызгами раздалась и хвостъ ныряющаго кита поднялся во всю величину свою. Мы чуть-чуть не натолкнулись на спящаго кита. Судя по хвосту онъ былъ изъ маленькихъ китовъ, т.-е. сажени четыре длины. Киты бываютъ въ 12 и даже 13 саженъ. Ужасное множество сивучей постоянно окружало насъ. Сивучи, выныряя изъ воды, вытягиваютъ къ верху голову и такъ держатся совершенно вертикально, выказывая боле аршина изъ своего туловища. Они имютъ около одной сажени длины. Ревъ ихъ похожъ на бычачій. Говорятъ, что ихъ опасно стрлять лежащихъ на берегу потому, что раненые они съ яростью бросаются на стрлка и чрезвычайно быстро бгутъ опираясь на свои лапы и хвостъ. Подъзжая къ посту, я увидлъ, что пришли дв японскія джонки, находившіяся въ Тіатонари, за японцами. Ихъ пріхало всего около 20-ти человкъ.

26-го апрля. — О судахъ нтъ никакого извстія. Сегодня я смотрлъ на рыбную ловлю японцевъ, и теперь не удивляюсь, что они нуждаются въ аинахъ. Способъ вытаскиванія невода такъ дуренъ, что дйствительно необходимо не мене 70-ти ч. на неводъ. У нихъ нтъ тоней, какія длаютъ у насъ, гд 10 рыбаковъ легко повертываютъ канатъ. У нихъ тянутъ канатъ рабочіе отъ начала до конца руками. Одинъ конецъ впрочемъ наворочивали на вертящуюся тумбу, но она такъ тонка и канатъ длаетъ столь малый оборотъ, что эта работа еще медленне, чмъ просто руками тянуть. Необычайно количество рыбы, дешевизна найма аиновъ, или лучше сказать малость подачки, отпускаемой имъ.

27-го апрля. — Сегодня ночью пришли аины сел. Найпучи на работу къ японцамъ. Одинъ изъ нихъ, узнавъ въ часовомъ у южной казармы казака Дьячкова, подошелъ къ нему и сказалъ; чтобы онъ вошелъ съ нимъ въ казарму. Дьячковъ вызвалъ смну пошелъ съ аиномъ. Тотъ ему далъ травъ, сказавъ, чтобы онъ не говорилъ японцамъ, потому что тогда они убьютъ его. Дьячковъ ему старался объяснить, что хотя русскіе дружно живутъ съ японцами, но это не значитъ, чтобы они позволили японцамъ убить аина за то, что онъ служилъ имъ. Аинъ отвтилъ на это, что если русскіе посылаютъ аиновъ на работу къ японцамъ, то значитъ они оставляютъ ихъ беззащитными подъ начальствомъ японцевъ [16] ; сказавъ это, онъ попросилъ за траву табаку, и потихоньку ушелъ къ аинскимъ юртамъ. Вотъ отвтъ всхъ аиновъ на наши убжденія, чтобы они не боялись янонцевъ. Они не врятъ и совершенно справедливо; я вмст съ ними не могу понять возможности, чтобы русскіе и японцы вмст жили въ Анив, и при этомъ чтобы аины оставались въ прежнемъ отношеніи къ японцамъ, т.-е. въ рабств. Это вещь невозможная; слд. или японцы должны признать Кусунъ-Катанъ (Анива) русскою землею, и на этомъ основаніи измнивъ законъ свой придти на русскую землю промышлять рыбою, уговариваясь съ аинами насчетъ найма къ нимъ въ работники по вольной съ обихъ сторонъ цн; или русскіе должны перейти жить изъ Кусунъ-Катана въ другое мсто, предоставя аинамъ оставаться работниками у японцевъ или перейти къ русскимъ поселеніямъ для занятія пушными промыслами. Въ положеніи же, въ которомъ мы теперь находимся, оставаться дале ныншняго лта нельзя. Я уже выше сказалъ, что аины дальнихъ селеній до сихъ поръ нейдутъ въ японцамъ на работу, отговариваясь тмъ, что они не могутъ врить тому, японцы съ русскими будутъ мирно жить въ Кусунъ-Катан. Чтобы собрать ихъ, слдуетъ послать партію русскихъ. Во-первыхъ, теперь это невозможно, потому что вся команда больна цингою; а во-вторыхъ, странно, если мы не только будемъ оказывать послабленіе японцамъ, оставляя аиновъ въ ихъ вол, но еще будемъ силою собирать ихъ для отдачи въ рабство къ ненавистнымъ для нихъ господамъ. Поэтому не слдовало, — ршившись разъ занять Аниву и встать въ главное японское селеніе, употреблять увертливыхъ приказаній, — стараться сдружиться съ японцами и аинами и отнюдь не тревожить первыхъ въ ихъ рыбныхъ промыслахъ, не дозволяя только имъ привозить войска и пушки. Это возможно только тогда, мы встали бы сверне японскихъ заселеній. Объявивъ тогда японцамъ, чтобы они не привозили войска и пушекъ и доставили аинамъ свободно наниматься служить кому они хотятъ, мы могли бы разсчитывать на то, что хотя японцы вслдствіе этого и лишились бы въ большой части аинскихъ работниковъ, но однако, дорожа своими промыслами и не имя надъ головами русскихъ строеній, они прізжали бы на Сахалинъ и не строили бы крпостей, лишь бы только не прогнали ихъ.

Сегодня Сумеди-Сама пришелъ ко мн въ 5-мъ часу, по обыкновенію съ чаемъ. Я ему подарилъ или лучше сказать заплатилъ шестью фунтами сахару за рисъ, который онъ прислалъ наканун. Онъ пришелъ собственно для того, сказать, что если завтра будетъ попутный втеръ, то четыре конвася пойдутъ въ Сирануси для того, чтобы перевезти оттуда офицеровъ и солдатъ, всего 77 челов. Это же самое число онъ говорилъ при первомъ объясненіи со мною насчетъ того сколькимъ солдатамъ я могу дозволитъ пріхать на Сахалинъ. Отсюда надо заключить, что или вслдствіе этого объявленія японцы послали съ ушедшими тремя конвасями извщеніе о числ солдатъ, которое я могу допустить, или Сумеди обманываетъ. Мн еще то было подозрительно, что Сумеди хитритъ; онъ между разговоромъ сказалъ, будто слышалъ, что японское большое судно видли въ мор аины изъ Сирануси; что это вроятно судно съ провіантомъ и товаромъ. Потомъ онъ сказалъ, что онъ тоже слышалъ, что изъ Мацмая прідетъ императорскаго войска офицеръ и солдаты. Подозрвая, что онъ испытываетъ, какъ я смотрю на это обстоятельство, я ему сказалъ: «Сумеди-Сама, скажи своему старшему начальнику, что если прідетъ на Сахалинъ солдатъ и офицеровъ боле того числа, въ которомъ мы условились, то я приму это за враждебныя дйствія и потому употреблю силу, чтобы не допустить японцевъ увеличивать числа вооруженныхъ людей». Сумеди началъ клясться, что японцы не хотятъ вести войну съ русскими, что онъ не знаетъ хорошо, сколько назначено всего солдатъ на Сахалинъ, а говоритъ такъ только; что же касается до него самого, то его главная забота о томъ, чтобы рыбные промыслы были успшны, что онъ отсовтовалъ своему начальнику поставить у своего дома пушки, боясь, что аины разбгутся. Я сказалъ ему, что онъ хорошо сдлалъ, что отсовтовалъ ставить пушки, потому что если бы я ихъ увидлъ, то потребовалъ бы ихъ, и я ему поручаю сказать старшему начальнику японцевъ, чтобы я ни пушекъ, ни больше условленнаго числа солдатъ не видлъ у японцевъ, если они дйствительно не хотятъ воевать съ нами; что я не хочу да мн и не приказано драться съ японцами; а если я разъ это говорю, то это правда, потому что русскій офицеръ знаетъ, что Богъ слышитъ что онъ говоритъ; позволить же японцамъ вмсто работниковъ наводить войска, — не могу. Сумеди на это сказалъ, что японцы боятся нападеній Хвостова и потому привезли солдатъ себ въ защиту. Я на это возразилъ ему, что Хвостовъ былъ съ купеческимъ судномъ и разбойничалъ, а я пришелъ отъ императора русскаго. Прощаясь онъ сказалъ мн, что подетъ въ Усунной и Унду сказать аинамъ, чтобы они не боялись и не убжали, если услышатъ пушечные выстрлы, потому что это будетъ салютъ русскимъ. Я ему замтилъ, что намренъ по прибытіи русскихъ судовъ послать шлюпку просить, чтобы не салютовали, потому что это можетъ отогнать рыбу, а потому онъ можетъ надяться, что стрльбы не будетъ, если только не придется подать ночью сигналъ, когда судно будетъ искать насъ, и то я постараюсь дать знать огнемъ фальшфейеровъ. Сумеди очень обрадовался этому извстію и довольный ушелъ отъ меня. Я приказалъ Дьячкову завтра постараться свидться съ нимъ или съ Яма-Мадо, чтобы еще пересказать о нашемъ разговор, потому что я худо говорю и можетъ быть Сумеди не все понялъ. Аинамъ же я веллъ отвчать на вопросы, останутся ли русскіе, что никто не можетъ теперь ихъ вывести изъ Аину-Катанъ, потому что русскіе пришли туда по повелнію своего императора, но что можетъ быть перенесенъ постъ на другое боле удобное мсто.

29-го апрля. — Ура! русское судно пришло. Въ 1-мъ часу пополудни часовой увидлъ на горизонт парусъ. Я тотчасъ же вошелъ на башню и удостоврился въ зрительную трубу, что часовой не ошибся. Видно было два судна; одно изъ нихъ большое, и по виду парусовъ ясно отличалось отъ меньшаго, которое я тотчасъ принялъ за японское. Рудановскій былъ моего мннія, а когда большое судно подошло ближе, то онъ уврялъ, что это должно быть военное. Скоро уже судно подошло такъ близко, что я, желая, чтобы оно не вздумало салютовать, послалъ ему извщеніе объ этомъ на японской лодк,- шлюпка была командирована къ озеру Отосамъ. Но еще вдали съ судна сдлали выстрлъ. Сумеди-Сама прибжалъ ко мн, узнавъ, что идетъ русское судно. Лодки наши подплыли къ судну, передали бумагу и скоро извстили насъ, что корветъ «Оливуца» пришелъ изъ «Императорской гавани». Затмъ пришелъ вельботъ съ подпоручикомъ Орловымъ, присланнымъ изъ Петровскаго для поступленія въ распоряженіе адмирала Путятина. Онъ привезъ мн большой пакетъ дловыхъ бумагъ и частныхъ писемъ. Трудно представить жителю многолюднаго города радость, которую чувствуетъ человкъ, прожившій около года безъ всякихъ извстій изъ родной стороны. Невольно я распечаталъ первыми частныя письма отъ сестры моей и другихъ родственниковъ. Быстро пробжавъ ихъ и уврившись, что вс здоровы и счастливы, я принялся читать дловыя бумаги. Первая бумага была та, въ которой генералъ-губернаторъ утверждалъ меня правителемъ острова Сахалина, до прибытія правителя отъ компаніи, и выражалъ ему только свойственнымъ слогомъ свое довольство моими дйствіями. Частное письмо Николая Николаевича по этому же предмету еще ласкове и, можно сказать, дружественне. Самое важное извстіе было о разрыв съ Турціею и о вроятности разрыва съ Англіею и Франціею. Послднее обстоятельство еще боле можетъ затруднить наше положеніе, если японцы узнаютъ о разрыв нашемъ съ сильными морскими державами, съ которыми намъ трудно будетъ бороться въ Тихомъ океан. Хорошо еще, если посланные изъ балтійскаго флота 2 фрег., 1 корветъ и 1 транспортъ успютъ пробраться къ намъ между англійскими эскадрами. Я думаю, что трудно будетъ имъ это сдлать, если разрывъ дйствительно произойдетъ. Ихъ приказано дожидать въ началу апрля, а теперь уже начало мая, а ихъ нтъ. Пришедшій къ намъ корветъ «Оливуца» долженъ идти въ Петропавловскій портъ для защиты Камчатки. Между непріятными извстіями конечно самое важное и грустное было извстіе, что судно компанейское «Николай» и камчатскій транспортъ «Иртышъ» не могутъ выдти изъ «Императорской гавани» ране второй половины мая, потому что въ командахъ ихъ свирпствуетъ цынга, отъ которой уже умерло 30 человкъ изъ 80-ти. Мстоположеніе и недостатокъ свжей пищи и хорошаго жилья были, какъ и всегда, причиною сильнаго развитія болзни. Получилъ я письма отъ Невельского и Корсакова. Первый, будучи обезпокоенъ положеніемъ поста, совтуетъ мн вести дло такъ, чтобы не имть столкновенія съ японцами, стараясь совершенно не вмшиваться въ ихъ дла. Второй поздравлялъ меня съ успхомъ распоряженій моихъ и извщаетъ, что губернаторъ очень доволенъ мною, и надется, что съ будущею почтою поздравитъ меня съ чиномъ подполковника. Приходъ корвета оживилъ наше поселеніе. Больные наши стали веселе, и по словамъ доктора корветскаго ни одного изъ нихъ нтъ опасно больного. На аиновъ приходъ русскаго корабля конечно имлъ хорошее вліяніе, но я продолжалъ такъ держать себя, чтобы они не возъимли мысли оставить работы у японцевъ. Горестно, но необходимо! Пріхавшіе офицеры на корвет, постивъ нашъ постъ, удивлялись, что мы успли такъ хорошо и удобно обстроиться.

1-ое мая. — Я снова перечиталъ письма родныхъ. Неужели этотъ годъ не увижусь я съ ними. Право страшно подумать объ этомъ.

Сегодня неожиданно пошелъ снгъ. Поздненько для 46° широты. Климатъ Анивы немногимъ мягче петербургскаго; конечно хорошей погоды больше, да и солнце посильне.

Сегодня командиръ корвета Назимовъ пригласилъ на корветъ, по предложенію моему, японскихъ офицеровъ знакомыхъ мн. Я довезъ Мива-Сама и Сумеди-Сама на капитанскомъ вельбот; на нашей шлюпк похалъ Рудановскій съ Уди-Сама, а на восьмерк усажены были японскіе солдаты, составлявшіе свиту японскихъ офицеровъ и 3 старшины изъ аиновъ. Шелъ небольшой дождь, когда мы пристали къ корвету и потому, почти не осматривая его, вошли въ капитанскую каюту. Красивая комната, хорошій обдъ, огромность размровъ всхъ частей военнаго судна сдлали впечатлніе на японцевъ. За обдомъ пили за здоровье государя, при чемъ пвчіе спли «Боже царя храни». Посл обда капитанъ Назимовъ показалъ примрное ученье на парусахъ и при орудіяхъ. Послдніе были 18-ти фун. кал. пушки-каронады. Величина ихъ поражала японцевъ, и я посл узналъ отъ казака Дьячкова, что одинъ изъ японскихъ солдатъ, не вря, что он сдланы изъ металла, началъ скоблить ножемъ, чтобы убдиться, не изъ дерева ли пушка. Въ Японіи длаютъ очень много деревянныхъ орудій, чтобы придать баттареямъ боле грозный видъ. Одинъ изъ офицеровъ корвета видлъ, какъ въ Нанкин рубили во время штурма японское судно и нсколько пушекъ плавали вокругъ его.