Чтение онлайн

Ввиду того что отношения России с Францией и Англией в то время были очень напряженными, адмиралу Попову была предоставлена полная свобода действий. Ему были даны инструкции лишь общего характера, например: отправлять отдельные суда для сбора сведений «о всех английских, французских, голландских и датских колониях Тихого океана с подробным описанием степени их важности как мест снабжения для судов их флотов, и с указанием на те слабые стороны, с которых возможно им при удобном случае нанести с малыми силами значительный вред».

Когда адмирал Попов после плавания в южных морях Тихого океана посетил в мае 1863 г. Шанхай, то обнаружил, что местные газеты полны рассказов о польском восстании, кроме того, в них высказывались предположения о неминуемой войне с Россией. Он немедленно перенес свой фланг на клипер «Гайдамак» и вышел на нем в северный японский порт Хакодате, приказав идти туда же корветам «Новик» и «Калсвала», еще он отправил распоряжение всем судам своей эскадры покинуть китайские порты и собраться там же.

Адмирал Попов прекрасно понимал, что «раньше, чем до отдельных русских судов дошло бы известие о начале войны, противники могли напасть на них в любом китайском или японском порту», поскольку телеграфная связь находилась в руках англичан.

Прибыв в Николаевск-на-Амуре 8 июля 1863 г., Попов получил новые инструкции от адмирала Краббе, тот писал, что международная обстановка, осложнившаяся вследствие мятежа в Польше, вызывает необходимость принять меры, нужные для того, чтобы Попов «мог по получении известия об открытии военных действий направить свои суда на уязвимые места неприятельских владений, а также для нанесения противникам вреда на торговых путях сообщения».

Из этой депеши ясно, что инструкции Краббе были конкретными: нанести удар по линиям торговых путей предполагаемого противника. В заключение своей депеши адмирал Краббе писал: «Политический горизонт настолько покрыт тучами… при могущих быть военных действиях вы не упустите нанести вред неприятелю везде, где это окажется возможным… с честью поддержите достоинство Русского флага на славу Государя и отечества».

Интересно то, что в инструкциях управляющего морским министерством ничего не говорилось об отправке эскадры в Сан-Франциско. Адмирал Краббе только предписывал сконцентрировать эскадру в подходящем порту и с началом военных действий немедленно выступить против неприятельских путей сообщения. Решение пойти в Сан-Франциско и сконцентрировать там свою эскадру было принято адмиралом Поповым единолично. Он так писал адмиралу Краббе в докладе 3 августа: «Я принял такое решение потому, что не имею здесь других указаний, кроме собственных своих соображений, которые мне говорят, что наши дальневосточные порты неудобны для сосредоточения, так как не представляют никаких способов ни для продовольствия эскадры, ни для необходимых исправлений. И следовательно, в случае даже своевременного получения известия о войне я, вместо того чтобы выбежать с полными запасами и совершенно исправными судами, отчего наиболее зависит успех наших действий, принужден буду выйти в море в таком состоянии, которое заставит нас искать не успехов, а пропитания, не борьбы с неприятелем, а широт, обещающих спокойное плавание. Кроме того, наши порты почтовых сообщений не имеют, а следовательно, я должен буду держать одно из судов в Шанхае, откуда оно, наверное, не будет выпущено англичанами, потому что они, как я уже доносил, могут воспользоваться Бомбейскою почтою и телеграфом до Калькутты, а оттуда военными судами. Таким образом, англичане могут получить необходимые известия, по крайней мере, на две и даже на три недели ранее нас…

Испанские, португальские и голландские колонии представляют нам не более удобные ручательства за успех нашей задачи… Республики Центральной и Южной Америки, разумеется, не осмелятся выгнать нас из своих портов, хотя они и наводнены поляками. Зато они, как и Мексика, не помешают ни французам, ни англичанам наблюдать за нашей эскадрой на своих рейдах.

Таким образом, остаются С.-А. Соединенные Штаты, которым Англия и Франция надоели своими вмешательствами».

Эти соображения привели адмирала Попова к решению пойти в Сан-Франциско, где он мог пользоваться услугами телеграфа для проведения в жизнь своего плана.

Что касается Атлантической эскадры контр-адмирала Лесовского, то ему в секретных инструкциях было предписано отправиться в Нью-Йорк. Инструкции, в общем, были идентичны с теми, которые были посланы адмиралу Попову. В уже цитировавшемся третьем параграфе инструкций говорилось: «Цель отправления вверяемой вашему начальству эскадры состоит в том, чтобы в случае предвидимой ныне войны с западными державами действовать…» и т. д.

Как видно из этих инструкций, посылка эскадры в Америку была сделана не с целью ее спасения от врагов, а для того, чтобы «поставить ее в условия, наиболее благоприятные для открытия военных действий с максимальной энергией и продуктивностью против Англии и Франции».

Наиболее серьезной проблемой было снабжение эскадры боеприпасами в случае военных действий, когда эскадра должна была курсировать в бесконечных просторах океана. Для подготовки снабжения эскадры во время войны в Вашингтон был послан капитан 2-го ранга Кроун.

В инструкции адмиралу Лесовскому подробно говорилось о снабжении судов эскадры запасами продовольствия в случае войны. Адмирал Лесовский должен был разработать подробный план для «рандеву» судов эскадры с коммерческими кораблями, зафрахтованными для доставки продовольствия. Опять-таки возвращаемся к конфиденциальным инструкциям. Параграф 9 инструкций гласил: «Для принятия мер к обеспечению эскадры своевременным снабжением ее необходимыми запасами продовольствия командируется в Америку капитан 2-го ранга Кроун, который, по соглашению с вами, распорядится, при содействии нашего посланника в Вашингтоне, доставлением всего нужного на условленные рандеву в назначенные сроки. Опытность и испытанная распорядительность этого штаб-офицера могут служить ручательством, что эта важная сторона вверяемого вам дела будет исполнена вполне удовлетворительно».

На основании всего сказанного выше можно с уверенностью утверждать, что военные корабли Балтийского флота были отправлены в Америку не потому, что морское министерство хотело спасти их в американских портах в случае войны, наоборот, этот шаг был вызван желанием нанести максимальный ущерб торговым путям предполагаемого противника. Прибытие русских эскадр в американские порты вызвало крушение англо-французской коалиции, созданной с целью вмешательства на стороне восставших поляков в дела России, помешало им формально признать Южную Конфедерацию в Америке.

Более ста лет прошло со времени гражданской войны в Соединенных Штатах. Судьба страны висела на волоске. Предвиделась возможность распадения государства на две страны — свободный Север и рабовладельческий Юг. Кровопролитная война закончилась победой Севера. Соединенные Штаты остались соединенными ценой страшных человеческих потерь и экономического разорения Юга. В этой междоусобной борьбе на стороне свободного Севера участвовало много европейцев-добровольцев и среди них немало русских. Знаток этой темы покойный историк А. Ф. Долл (Долгополов) писал, что в рядах армии северян сражалось более ста русских волонтеров. История сохранила мало имен, одно из них — полковник генерального штаба Иван Васильевич Турчанинов, известный в Америке под фамилией Турчин, один из немногих иностранцев в американской армии заслуживший генеральский чин.

Ныне о гражданской войне опубликованы многочисленные исследования. Иван Турчин привлек внимание историков главным образом благодаря его исключительным организаторским способностям и воинской доблести. Заинтересовались Турчиным не только американские, но и советские историки — в основном писатели. В Советском Союзе о нем написаны по меньшей мере четыре книги, не говоря уже о статьях и очерках.

В 1971 г. в Нью-Йорке вышла книга Ореста Городиського «Генерал Иван В. Турчин — особистый приятель президента Линкольна». Книга написана на украинском языке; Турчина автор считает украинцем.

Имеющаяся литература, хотя она и не очень объемиста, дает нам возможность теперь, через 90 лет после его смерти, возобновить память об этом необычайном человеке и перенестись мысленно в тот судьбоносный период в истории США, с которым была связана жизнь И. В. Турчанинова.