Чтение онлайн

Их тянуло на Запад, в обширные, девственные прерии, где они надеялись найти применение своим способностям. В 1858 г. Турчины отправились на Запад, где поселились в городе Маттун, в штате Иллинойс. Город был очень маленький всего 150 домов. Здесь Турчины прижились. И. В. Турчину удалось устроиться архитектором. Он стал принимать активное участие в политических делах, вступил в республиканскую партию.

Письма к Герцену относятся к этому периоду, их обнаружено всего два: одно от самого Турчина, другое — от Надин.

Иван Васильевич начинает свое письмо к Герцену так: «Назад тому почти три года — это было, если не ошибаюсь, в начале июня, когда только что кончилась Крымская война и Его Величество изволил собираться короноваться, — к Вам явился в Лондоне гвардейского Генерального штаба полковник Турчанинов; это был я. Как ни коротко было наше знакомство, но мое желание видеть Вас лично, чтобы в наружности Вашей прочесть — те ли действительно Вы, что мне мерещилось, когда я читал Ваши сочинения, было удовлетворено». Письмо длинное. В нем Турчанинов описывал свои первые впечатления об Америке, разочарования, неудачи, но тем не менее отмечал: «Что касается до меня лично, то я за одно благодарю Америку: она помогла мне убить наповал барские предрассудки и низвела меня на степень обыкновенного смертного; я переродился — никакая работа, никакой труд для меня не страшен; никакое положение не пугает; мне все равно, пашу ли я землю и вожу навоз или сижу с великими учеными новой земли в богатом кабинете и толкую об астрономии».

Дальше он пишет о своих неудачах: «До сих пор мне не очень везет здесь, но я не в претензии на судьбу, я искал этого сам. Я имел под Нью-Йорком маленькую ферму, на которой, несмотря на все мои усилия, не мог жить: искал места по геодезическим работам и береговой государственной съемке — не успел; на эти вещи здесь более чем где-нибудь нужна протекция какой-нибудь личности, а не мемуаров, с которыми я явился! Живу теперь чертежами и рисунками, я отличный чертежник и хороший портретист и вообще рисовальщик и от нужды обеспечен». И дальше: «Я хочу приобресть право называться гражданином Северо-Американских Соединенных Штатов, чтоб иметь ярлык на некоторую безопасность в только свободной Западной Европе, и тогда посмотрю, что делать».

Как видно, Турчин занимался и литературными трудами. В том же письме Герцену он пишет следующее: «Считая человеческим правом не только не зарывать талант, какой есть, в землю, но смело и громко развивать идеи справедливости, свободы и личной независимости, я посылаю Вам две из пьес, написанных мною здесь, для напечатания в Вашем журнале. Когда будете писать, уведомьте, понравятся ли они Вам, и тогда я могу переслать Вам еще кое-что».

Турчин также писал Герцену о том, что у его жены есть определенный талант писательницы, и обращался к Герцену с просьбой помочь ей опубликовать ее повесть на французском языке: «Моя жена, которая имеет несомненный и сильный талант писателя, начала ряд повестей на французском языке; она владеет им прекрасно… Стала писать по-французски из расчета, ибо французскую повесть можно продать; сюжетом взяты сцены из русской жизни и положение современной женщины… Объемом повесть эта будет равна двум книжкам, таким, как Ваша книжка „С того берега“».

Надин Турчина в своем письме очень критически отзывается об американских женщинах, которых ей пришлось наблюдать. Об этих первых впечатлениях она пишет: «Американская женщина, принадлежащая к высшей „респектабельности“ — тщеславнейшее, надменнейшее и пустейшее создание. Наряды, чванство, желание блеснуть, сыграть роль принцессы, леди — идеал ее жизни; нигде роскошь туалетов не доведена до такого бессмысленного излишества, нигде так открыто и нагло не кланяются деньгам».

Но критический ум Н. Турчиной находит в Америке и другое: «…несмотря на глупое направление высшего класса и глупую обезьянническую подражательность низшего, тянущегося изо всех жил за „модой“ и „респектабельностью“, здесь встречаются вещи удивительные, делающие глубокое впечатление… К этим явлениям… принадлежит известная Люси Стоун, которую разные благонамеренные журналы в Европе и здесь стараются выставить с такой глупосмешной стороны. К ним же принадлежат два маленькие училища для женщин-докторов, заведенные несколько лет тому назад: одно в Филадельфии, а другое в Бостоне». Н. Турчина с восторгом отзывается о девушках-медичках, посвятивших себя врачебной профессии перед лицом оппозиции со стороны врачей-мужчин. И конечно, она восторгается американской свободой: «Вообще свобода на деле великая вещь! Несмотря на корыстолюбивое направление и тупоумную надменность „янки“, здесь встречаются вещи, способные укрепить веру в возможность и необходимость Самоуправления». К сожалению, конец письма Н. Турчиной не был обнаружен.

На этом след Турчиных потерялся до начала гражданской войны, во время которой Турчин нашел применение своей военной профессии и в горниле страшной войны увековечил свое имя и приобрел славу. В 1859 г. Турчин покинул тихий Маттун и переселился в другой, молодой, но быстро растущий город, Чикаго, где ему было предложено место инженера-топографа на Иллинойской центральной железной дороге с жалованьем, обеспечивавшим нормальные жизненные условия. Надежда Антоновна нашла работу врача.

Судьба решила так, что Турчин, проработав на железной дороге в Чикаго два года, познакомился с людьми, которые впоследствии сыграли большую роль в его военной карьере. Прежде всего, он познакомился с вице-президентом Иллинойской железнодорожной компании Дж. Б. Макклелланом, а затем с адвокатом из Спрингфильда Авраамом Линкольном.

В начале гражданской войны Дж. Б. Макклеллан в чине генерал-майрона был назначен на пост главнокомандующего армиями Севера. Может быть, уместно и интересно отметить, что Макклеллан еще в 1855 г. посылался в Россию военным департаментом США, чтобы изучить на месте опыт, накопленный за время Крымской кампании. Позже место генерала Макклеллана занял генерал Натаниэль Банкс. Оба генерала с большим интересом обсуждали с Турчиным многие насущные проблемы военного дела. Оба генерала позже играли заметную роль в военных операциях во время гражданской войны, а Линкольн, как известно, стал президентом страны.

В апреле 1861 г. раздались первые выстрелы, начавшие кровопролитную гражданскую войну. Президент Линкольн обратился к жителям Севера с просьбой вступать добровольцами в армию. Натаниэль Банкс сразу был принят на военную службу в чине генерал-майора. Иван Турчин также предложил свои услуги в качестве военного эксперта губернатору штата Иллинойс.

В июне 1861 г. добровольцы Иллинойса, укомплектовавшие два Иллинойских полка, 19-й и 21-й, решили провести выборы своих ротных и полковых командиров. На пост командира 19-го полка были выставлены две кандидатуры: Турчина и бывшего армейского капитана Улисса Гранта. Грант ничем особенно не выделялся, и добровольцы 19-го полка предпочли ему «дикого казака» Турчина — он должен был заменить молодого и неопытного 22-летнего командира Джозефа Скотта, который был более чем доволен сложить с себя обязанности и сделаться помощником командира полка в чине подполковника. Новому командиру было присвоено звание полковника армии Соединенных Штатов. Капитан Грант тоже был избран на пост командира полка, 21-го Иллинойского, и тоже стал полковником. Впоследствии, как известно, Улисс Грант прославился, командовал армией, а после войны стал 18-м президентом страны.

С этого времени начинается увлекательная история военной карьеры Ивана Турчина в армии северян. Вместе с ним пошла в армию и его жена Надежда Антоновна, ставшая сестрой милосердия в полку мужа.

Военная карьера Ивана Турчина в Америке началась, в сущности, так же, как карьера его деда, выбранного когда-то на должность кошевого в Запорожской Сечи. 19-й полк состоял из более чем тысячи человек. Главным образом это были сыновья из зажиточных чикагских семей, среди них небольшой процент составляли фермеры, пошедшие в армию, чтобы наказать «бунтовщиков» южан. Дисциплина в полку была слабая, вернее, ее просто не было. Турчин сразу принял энергичные меры по усилению не только дисциплины, но и боевых качеств полка. Прекрасно зная демократические нравы добровольцев, граждан Иллинойса, он стал действовать уговорами, обещая создать из разношерстной толпы банковских и прочих клерков в военной форме сплоченный и дисциплинированный боевой полк. И это ему удалось! Главным образом он научил своих солдат умелому, «русскому» штыковому бою.

Позже, когда полк Турчина стоял в городе Элизабеттауне, штат Кентукки, в расположение полка неожиданно прибыл командир дивизии, бригадный генерал Дон Карлос Бьюэлл, устроивший смотр полка. Генерал был несказанно поражен воинским духом, дисциплиной и боевыми качествами солдат. Вкорс после этого посещения генерал повысил Турчина по службе, дав под его команду бригаду из четырех полков, хотя Турчин все еще был полковником.

Однако… вернемся назад, к описанию деятельности Турчина в хронологическом порядке. Карьера Турчина не была легкой. Человек военный до мозга костей, заботившийся прежде всего о благополучии своих солдат, Турчин довольно часто имел столкновения с так называемыми штатскими генералами — банкирами и торговцами, надевшими военную форму. Эти столкновения не прибавляли ему популярности…

Первое столкновение произошло вскоре после его назначения командиром полка. После месячной подготовки в Чикаго полк был отправлен в штат Миссури для охраны железной дороги от нападений небольших групп южан. Многие жители Миссури сочувствовали южанам и по некоторым сведениям на всякий случай припрятывали у себя дома флаги конфедератов.

Доставка снаряжения и продуктов 19-му полку еще не была налажена, поступали жалобы, что солдаты крадут продовольствие у местных жителей. Командир бригады Стивен А. Хэрлбэт написал Турчину резкое письмо, осуждая поведение его солдат. Турчин ответил, что не поведет свой полк в бой, если не будет налажена доставка провианта. Полку был отдан приказ вернуться в Иллинойс. После этого полк некоторое время стоял в Сент-Луисе.