Чтение онлайн

Итого'.

18

8,5

1104

15

1

1044

Юго-Западный

4-я армия

6,5

3,5

426

Кор-пус Войрша

2

—

Т1

5-я армия

8

3

516

Корпус Куммера

3

1

144

3-я армия

12

3

685

1-я австрийская

9

2

480

армия

8-я армия

8

3

472

4-я австрийская

9

2

474

армия

З-я австрийская

6

3

318

армия

Груипа Кевеса

8

3

366

Итого

34,5

12,5

2099

37

11

1854

Всего на восточ-

52,5

21

3203

52,5

12

2898

ноееропейском

театре

* А. Коленкоеский. Маневренный период первой мировой империалистической войны 1914 г., стр. ЬО 81.

Германское командование развернуло в Восточной Пруссии 8-ю армию генерал-полковника Притвица. Участок границы от Торна и южнее прикрывался ландверными соединениями, составлявшими корпус Войрша. Австро-Венгрия развернула против России на линии Саидомир, Перемышль, Станислав, Черновицы четыре армии: 1-ю генерала Данкля, 4-ю генерала Ауффенберга, 3-ю генерала Брудермана, 2-ю генерала Бен-Ермоли209. Левый фланг этой группировки прикрывался в районе Кракова корпусом Куммера.

Сосредоточение и развертывание русских армий осуществлялось по мобилизационному плану № 19 (варианту «А»), предусматривавшему направление большей части сил против Австро-Венгрии. Русское командование развертывало свои армии в двух фронтах: Северо-Западном и Юго-Западном. Северо-Западный

фронт (главнокомандующий Я. Г. Шилинский, начальник штаба

Стратегическое развертывание на восточноевропейском театре военных действий

В. А. Орановский) включал две армии: I ю Л. В. Самсонова и 2-ю П. К. Реннепкампфа. Юго-Западный фронт (главнокомандующий Н. И. Иванов, начальник штаба Л1. В. Алексеев) состоял из четырех армий: 4-й А. Е. Эверта, 5-й П. А. Плеве, 3-й II. В. Рузского и 8-й А. А. Брусилова.

В развертывании русских сил на восточноевропейском театре характерно стремление высшего командования решить одновременно две стратегиясскпе задачи: разгромить войска противника в Восточной Пруссии и перенести военные действия на территорию Германии; предпринять решительное наступление в Галиции, разгромить противостоящие австро-венгсрскпо войска. В соответствии с этими задачами русский армии были развернуты па двух стратегических направлениях — па северо-заиадпом и юго-запад-пом — примерно в равном количестве сил, что не выделяло из двух направлений одного главного. Вместе с тем, располагая большими резервами, прибывающими из глубин территории России в районы сосредоточения и развертывания, русское командование имело возможность непрерывно наращивать силы своих

с1рМИИ.

з

Вождение войск на театре военных действий имеет чрезвычайно важное значение. Этому вопросу всегда и во всех армиях уделялось большое внимание. В России первый документ, который регламентировал круг деятельности лиц, призванных осущо ствлять руководство войсками в военное время, появился в первой четверти XVIII столетия. Им был знаменитый «Устав воинский» Петра I, изданный в 1716 г.210 Спустя 96 лет, в 1812 г., петровский устав заменило «Учреждение для управления большой действующей армией»211. Численный рост вооруженных сил, непрерывное оснащение их повейшими средствами борьбы, увеличение размаха боевых столкновений вызывали необходимость совершенствования системы руководства огромными массами людей, поставленных под ружье. Составлялись новые документы, определявшие структуру органов управления и функциональные обязанности должностных лиц. Так, в 1868 г. было введено «Положение о полевом управлении войск в военное время» 212. R дальнейшем оно подвергалось неоднократным изменениям и дополнениям. Исправленные и уточненные варианты его вводились в действие в 1876 и 1890 гг.213 Накануне русско-японской войны 1904—1905 гг. выявилась потребность очередной коренной переделки этого документа, поскольку он устарел. Опыт войны паглядно подтвердил необходимость такой меры214. К работе приступили с 1901 г., но она затянулась. Новое положение было утверждено лишь 3 (16) июля 1914 г.215, т. е. всего за несколько дней до того, как загремели орудия первой мировой войны. Кроме узкого круга лиц в Генеральном штабе, о нем никто не знал. Это задержало разработку дополняющих его различного рода руководств, наставлений, правил.

Положение 1914 г. определяло следующую структуру органов стратегического руководства. Учреждалась должность верховпого главнокомандующего. В положении говорится, что он «есть высший начальник всех сухопутпых и морских вооруженных сил, предназначенных для военных действий. Он облекается чрезвычайной властью и повеления его исполняются на театре военных действий всеми без изъятия правительственными местами н общественными управлениями, а равно должностными лицами всех ведомств и всем населением» 216. Верховному главнокомандующему разрешалось вести боевые действия по своему усмотрению, «всеми способами, какие признает нужными»217. Он официально подчинялся только царю. Никакое другое лпцо или правительственное учреждение не имело права требовать от него отчета пли давать ему какие-либо предписания. Помимо оперативных фупкций в руках верховпого главнокомандующего была сосредоточена большая административная власть не только в отношении вооружеппых сил театра военных действий, но и в масштабах всего государства. Например, он мог: образовывать или расформировывать войсковые соединения, военные округа п генерал-губернаторства; формировать части войск, учреждения, управления и заведения, не предусмотренные штатами; назначать для временного исполнения обязанностей главнокомандующих фронтами и отдельными армиями. Ему предоставлялось право даже заключать перемирие с противником сроком до одного месяца.

Сосредоточение такой почти неограниченной власти и огромной ответственности в руках одпого человека, вызванное особыми условиями войны, требовало очень тщательного подбора паиболее подходящей кандидатуры. В данном вопросе деловые соображения зачастую отходили па второй план. Важно было, чтобы этот пост занимало надежное для правящих кругов лицо. В 1914— 1915 гг. верховным главнокомандующим был вел. кн. Николай Николаевич, в 1915—1917 гг. — сам император Николай II. После Февральской революции па эту должность назначались:

При верховном главнокомандующем формировался штаб, который являлся органом управления всеми сухопутными и морскими силами, предназначенными для ведения войны. Его задачами были: сбор и обработка сведений об обстановке, необходимых для руководства военными действиями; разработка планов операций, составление и рассылка директив верховного главнокомандующего; руководство строительством и эксплуатацией железных дорог на театре военных действий; организация и поддержание непрерывной связи с войсками и правительством; разрешение всех других вопросов по руководству войсками и военпому управлению на театре военных действий. Начальник штаба был ближайшим помощником и исполнителем воли верховного главнокомандующего, имея право от его имени отдавать приказы и распоряжения. Оп же автоматически замещал верховного главнокомандующего в случае его гибели, болезни или отлучки из Ставки. В 1914— 1915 гг. эту должность занимал H. Н. Янушкевич, в 1915— 4917 гг. — М. В. Алексеев.

В непосредственном подчинении начальника штаба верховного главнокомандующего находились управления: генерал-квартирмейстера (оперативное), дежурного генерала (устройство войск и связь с Военным министерством), начальника военных сообщений, коменданта, военно-морское. Характерной чертой первоначальной структуры Ставки являлось то, что ее мыслили как орган, руководивший лишь оперативной деятельностью войск. Вопросы материально-технического обеспечения вооруженной борьбы не входили в ее функции. Поступая так, Генеральный штаб опирался на опыт минувших войн. Сказались и его взгляды на характер будущей войны, как скоротечной.

Положением 1890 г. было определено, что полевые армии являются самостоятельными в хозяйственном отношении, а в оперативном— подчиняются непосредственно верховному главнокомандующему. Такая система стратегического руководства не обеспечивала четкого управления оперативными объединениями. Положение 1914 г. предусматривало образование промежуточного звена — фронта. Армия лишалась автономности. В составе полевого управления главнокомандующего армиями фронта создавалась группа органов-отделов, которые возглавлял главный начальник снабжений. Он являлся высшим руководителем всего дела снабжения и эвакуации в пределах своего фронта. Подчиненные ему начальники отделов имели право непосредственного сношения с соответствующими главными управлениями Военного министерства.

Отрицательной стороной такой системы снабжения было отсутствие централизации. Никаких органов, объединяющих работу служб тыла, не существовало, хотя мысль об их создании высказывалась задолго до войны. Так, делались предложения об учреж-

допии при верховном главнокомандующем должности главного начальника тыла с наделением его широкими полномочиями218. Но они не были приняты.

Война заставила вернуться к этому вопросу и внести необходимые изменения в организацию Ставки. Было ясно, что успешное стратегическое руководство невозможно без объединения в одном органе не только вопросов оперативного использования вооруженных сил, но и материального обеспечения войск. Постепенно Ставка сосредоточила в своих руках управление всеми отраслями снабжения: артиллерийским, военпо-техническим,