Чтение онлайн

Зная по преданиям об убиении и погребении Климента в Херсонесе, Кирилл по прибытии туда, предпринял все усилия для отыскания могилы усопшего, однако все его поиски успехом не увенчались. Тогда Кирилл обратился к молитве и призвал молиться за дарование мощей Климента херсонесского митрополита Георгия и всю его паству. Молились повсеместно как в самом городе, так и в Андреевской церкви на мысе Фиолент, где в ту пору была резиденция херсонесского митрополита. Далее было озарение, и теперь уже Кирилл точно знал, где ему искать мощи святого Климента. На галере Кирилл, Мефодий, митрополит Георгий и весь святой клир под церковные песнопения приплыли в Казачью бухту, где на маленьком песчаном островке и были найдены мощи. Кирилл самолично перенес найденные мощи на галеру. Следующую ночь мощи пробыли в церкви святого Созонта, где около них непрерывно шла служба, и только затем торжественно были привнесены на руках в город.

В «Слове на обретение мощей святого Климента» Кирилл воспел свою священную находку:

Так замкнулся еще один круг бытия. От Андрея Первозванного и его брата Петра (учеником которого был Климент) к создателям славянской письменности. Удивительный пример совершенства исторической драматургии, столь точно подмеченный, увы, уже покойным писателем севастопольской земли Геннадием Черкашиным…

Прошли еще века, и в 1793 году академик Паллас снял план островка в Казачьей бухте и сделал его первое описание… В 1820 году его описал И.М. Муравьев-Апостол, затем князь Барятинский, и в 1890 году при раскопках, произведенных археологом К.К. Косцюшко-Валюжиничем на том же маленьком островке, расположенном в Казачьей бухте Севастополя – это территория в древности принадлежала Херсонесу, – был обнаружен маленький монастырь.

В XI веке остров посетили посланцы короля Франции к русскому князю Ярославу Мудрому. В своих документах они оставили следующую запись: «Не в тех ли местах находится Херсона, где, как говорят, почил св. Климент? Отходит ли море и теперь в день его рождения и делается доступным для проходящих?» Расположение острова и то обстоятельство, что он часто заливается морскими волнами, вполне соответствовали данным, которые содержатся в письменных источниках об обстоятельствах погребения и о почитании святых мощей папы, тому описанию раскопок, произведенных святыми Кириллом и Мефодием, которое содержится в «Слове».

Опираясь на названные источники, с большой долей уверенности можно считать, что обнаруженный на острове в Казачьей бухте в 1890 году монастырь – а возможно, и храм – есть именно то место, куда были положены святые мощи папы Климента I и где они были обретены равноапостольными братьями. Обнаружение мощей папы Климента I в Херсонесе имело важнейшие последствия. Часть мощей равноапостольные братья взяли с собой, с ними они не расстались ни в Константинополе, ни в Полихронском монастыре, где переводили на славянский язык Евангелие. Планы у Кирилла и Мефодия были иные, а потому, когда в 866 году они прибыли в Рим, папа римский cам вышел встречать их за городские стены, а в благодарность за принесенную ему святыню тогда же освятил на престоле переведенные на славянский язык литургические книги и разрешил совершать по ним богослужения в славянских странах. У алтаря собора Святого Петра было положено первое славянское Евангелие, патриарх римской церкви совершил над ней торжественную литургию. «Итальянская легенда» донесла до нас сказанные им слова: «Если же кто из учителей ваших дерзновенно начнет соблазнять вас, порицая книги – на языке вашем, да будет отлучен, пока не исправится. Такие люди суть волки, а не овцы».

А затем была долгая и плодотворная деятельность братьев-просветителей в Моравии и иных пределах. Изнурительная и кропотливая работа по переводу на славянский язык всех основных текстов Священного писания и почти всех основных литургических книг. Похоронен Константин Философ был в храме Святого Климента, рядом с привезенными им когда-то из Херсонеса мощами. Этот храм и доныне стоит в центре Рима, неподалеку от Колизея. А когда не стало Кирилла, то его работу самоотверженно продолжил уже один Мефодий. Примечательно, что и последний труд своей жизни Кирилл посвятил опять же Херсонесу, то было сочинение «Обретение мощей святого Климента» и стихотворный гимн-ода в честь этого знаменательного для всех христиан события. Мефодий пережил своего младшего брата на тринадцать лет, неся все это время знания славянским народам. Умер он в апреле 885 года в моравском городке Велеграде.

Ныне День Кирилла и Мефодия – это праздник единения и культуры всех славянских народов. В Болгарии учрежден и орден их имени, которым награждают тех, кто внес достойный вклад в развитие славянской культуры. Но ведь братья-миссионеры не были в Болгарии ни единого дня, тогда как в Херсонесе они прожили почти два года, да не просто прожили, а сделали главное дело своей жизни. Не это ли повод для раздумий о том, как бы надобно было чтить и помнить тех, кто стоял у истоков нашего слова? И как знать, может быть, когда-нибудь все же восторжествует историческая справедливость и на одной из площадей нынешнего Севастополя будет установлен памятник великим просветителям, а День славянской письменности по праву станет и праздником этой священной земли, земли, на которой пришло к Кириллу и Мефодию их великое озарение.

Происхождение христианства на Руси овеяно многими тайнами, и одна из них – тайна Херсонесского похода князя Владимира. Давно уже стало легендой хождение в северные пределы Андрея Первозванного, его эстафету приняли иные миссионеры, но язычество все еще довлело над славянским миром, собирая кровавые жертвы во славу кровожадного Перуна. Христианизация шла с большим трудом, ведь даже всемогущая княгиня Ольга так и не смогла обратить в новую веру своего сына Святослава и внука Владимира. А ведь она, как никто другой, понимала, что значит лишить самых близких ей людей вечной жизни и спасения. Известно, как долго шел к христианству и сам Владимир. Но настал момент, когда великому русскому князю все же стало тесно в рамках племенно-родового язычества с его деревянными идолами-истуканами.

Киевский князь однозначно склонялся к греческому православию. Тайны он из этого никакой не делал, и вскоре замыслы Владимира становятся известными в Константинополе. Увы, вопреки ожиданиям русского князя, восторга по поводу его намерений Византия не высказала. Почему так произошло в точности не известно. Скорее всего, это явилось результатом какого-нибудь очередного зигзага политических интриг. Ведь такая линия шла вразрез с политикой, уже много лет проводимой патриархом Фотием. Может быть, стремления Владимира нарушали, по мнению Константинополя, тогдашнее равновесие в мире, а может быть, византийские императоры просто-напросто не верили в искренность русского князя. Как бы то ни было, Константинополь отнесся к намерениям Владимира более чем прохладно.

И тогда гордый русский князь, «вборзе собра воя своя», двинул дружину к стенам Херсонеса. Состав войска Владимира, вполне возможно, попросту заимствован из летописного рассказа о походе Владимира в Полоцк и его сватовстве к Рогнеде. Внимание исследователей привлекло загадочное упоминание «болгар с черными людьми». Одни исследователи видят здесь искаженное название «черных болгар» (этот народ тюркского происхождения жил где-то в Северном Причерноморье); другие – испорченное трафаретное выражение более позднего времени: «бояр с черными людьми». А может, так именовали тех самых херсонеситов, которые когда-то ушли на Русь к Святославу с Калокиром?

Известно, что русские источники по-разному объясняли причины корсунского похода. «Надумал же пойти и на греческий град Корсунь, – читаем мы, например, у Иакова Мниха, – и так стал Богу молиться князь Владимир: “Господи Боже, Владыко всех, у тебя прошу: дай мне град взять, чтобы привел я людей христианских и попов в свою землю, да научат они людей закону христианскому”».