Русское сопротивление. Война с антихристом
Шрифт:
Глава секретариата» [109] .
Глава 40
Встречи с митрополитом Иоанном. – Духовный вождь русского народа. – Его отношение к личности старца Григория Распутина. – Союз православныхбратств. – Приглашение на Комиссию по канонизации святых Русской церкви. – Беседы с владыкой. – В особняке петербургских митрополитов на Каменном острове
С особым трепетом приступаю к главе о встречах с митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским Иоанном. Их было всего несколько, но в моей жизни они сыграли ключевую роль, ибо именно на них окончательно утвердилась идеология моих работ, а огромный материал, собранный мною за десятилетия исканий, исследований и путешествий, обрел завершенную форму. Все лучшее, что было сделано и написано мною с 1992 по сей день, носит влияние мысли митрополита Иоанна.
109
ОА, ф. 92, оп.1, л. 1.
В ХХ веке Россия обрела двух величайших православных подвижников, один из которых открыл ХХ век, другой прославился на его завершении. Первый, святой Иоанн Кронштадтский, предупреждал русский народ о грозящей катастрофе, указывая на ее виновников, второй, митрополит Иоанн (Снычев), обозначил пути выхода из этой катастрофы.
Свое духовное служение митрополит начал в 19 лет. Вначале ему было очень трудно. Физически слабый и больной, преследуемый насмешками сверстников, он стал объектом нападок обозленных на него начальников-безбожников. Одна еврейка-врач пыталась запереть его в доме для умалишенных. Его спасло покровительство епископа Мануила (Лемешевского). Будущий митрополит помогал ему в составлении многотомного «Списка русских епископов за 60 лет, 1897–1956».
Превозмогая физическую немощь, владыка Иоанн непрестанным, кропотливым трудом получил блестящее образование, стал магистром богословия и доктором церковной истории. Мудрый, предельно простой в общении, глубокий и тонко чувствующий человек, владыка Иоанн стал для миллионов верующих источником чистоты православной веры, лучом света посреди тьмы, надеждой на возрождение Святой Руси. С первых выпущенных им статей мощно и убежденно над всей нашей страной зазвучал голос Духовника, Проповедника России, истинного сына нашего Отечества.
С того момента, когда владыка прибыл на служение в Санкт-Петербургскую епархию, он стал главным духовным наставником и водителем современной России, в проповедях и книгах которого содержались ответы практически на все вопросы, которые тревожат русского человека.
Первые статьи владыки Иоанна я прочитал в 1992–1993 гг. в патриотических газетах и журналах «День», «Советская Россия», «Наш современник». Его статьи передавались у нас из рук в руки, зачитывались до дыр. В этих статьях четко и емко выражалась суть происходящего в нашей стране.
Принимая огонь на себя, владыка Иоанн повторяет путь святого Иоанна Кронштадтского. Подобно великому святому митрополит Иоанн указывает на корни многих бед России. По его мнению, они уходят в Талмуд и еврейский религиозный экстремизм. Иудейский, антихристианский экстремизм, считал митрополит, оставил в русской судьбе страшный, кровавый след. Еврейский экстремизм есть отражение в мире богоборческой ненависти сатаны к Богу Нашему Иисусу Христу [110] .
В доказательство митрополит Иоанн приводил нам выдержки из Талмуда: «еврейский народ достоин вечной жизни, а другие народы подобны ослам»; «Евреи, вы люди, а прочие народы не люди…»; «Одни евреи достойны названия людей, а гои… имеют лишь право называться свиньями». Подобным утверждениям Талмуда, выводящим деятельность иудеев за рамки нравственных оценок и лишающим их каких бы то ни было этических и моральных норм в общении с другими народами, талмудизм отводит центральное место, сознательно подменяя вероисповедание национальной принадлежностью, противопоставляя себя всем другим нациям, как неполноценным и обязанным прислуживать иудеям.
110
Здесь и далее излагая мысли митрополита Иоанна, я использую как свои записи его слов, так и свидетельства людей, близко знавших владыку, а также главные выводы из его трудов.
Экстремизм Талмуда привел иудеев к богоубийству, а впоследствии к подрывной деятельности против всех христианских государств и народов. После падения Византии главным объектом подрывной деятельности иудаизма стала Россия. Вся тяжесть ненависти народа-богоубийцы закономерно и неизбежно сосредоточилась на русском народе – богоносце, сделавшем задачу сохранения веры смыслом своего бытия.
Неспособность русских подавить смуту в 1917 году митрополит объяснял падением христианской веры в русском народе. Только она могла спасти и объединить народ в борьбе с иудеями и масонами. Антирусская, антихристианская революция 1917 года повторилась в конце 1980 – начале 1990-х годов. В результате русское государство разрушено. Русский народ расчленен на части границами новоявленных «независимых государств». Россия отброшена в своем территориальном развитии на триста пятьдесят лет назад. Общество оказалось совершенно беззащитным перед шквалом безнравственности и цинизма, обрушившимся на людей со страниц «свободной» прессы и экранов телевизоров. Церковь подвергается бешеным атакам еретиков и сектантов, понаехавших в Россию со всего света, чтобы «просветить» русских «варваров». Ростки здорового национально-религиозного самосознания погребены под грудой нечистот масскультуры и фальшивых ценностей «общества потребления». Страной по-прежнему правят богоборцы, космополиты и русоненавистники»
На вопросы многих людей, как бороться с антихристианскими силами, владыка неизменно отвечал, что единственный путь спасения – путь объединения вокруг русских вековых святынь, путь спасения русской соборности и державности, путь духовного прозрения и очищения. «Сумеем пробиться к Богу сквозь толщу лжи и клеветы, нагроможденную христоненавистниками, – учил владыка, – значит, сумеем возродить Святую Русь. Отступимся – Россия окончательно погибнет».
Статьи и выступления митрополита Иоанна перед православной и патриотической общественностью стали главным событием русской жизни 90-х годов. Абсолютное большинство русских сразу же признали владыку Иоанна своим духовным вождем. Ярость и ненависть к нему со стороны врагов России стали подтверждением верности этого выбора. Злобные нападки, угрозы расправы, непрекращающаяся клеветническая кампания, начавшаяся против владыки Иоанна в России и за рубежом, продолжались даже после его убийства.
Особенно нагло и вызывающе вели себя еврейские экстремисты и особенно хасиды. Мои информаторы сообщали, что митрополит приговорен к смерти, и жить ему осталось совсем мало. Первый съезд Конгресса еврейский организаций и общин объявил о своем намерении обратиться к патриарху Алексию II с требованием «принять неотложные меры в связи с публикациями митрополита Петербургского и Ладожского Иоанна».
Моя первая встреча с митрополитом произошла именно в этот период, осенью 1992 года в Москве, когда он приехал на очередное заседание Синода [111] . Владыку заинтересовала моя только что вышедшая книга о Григории Распутине. Через общих знакомых он попросил привезти ее ему. Я немедленно это сделал. Несмотря на тревожное время, митрополит был спокоен. Мне он сказал, что знает мою точку зрения на Распутина и полагает, что она близка к истине. По его мнению, Распутин был «черным старцем», старцем в миру. Его жизнь следует тщательно изучать и документально опровергать все наветы противников православного царства. Революция 1917 года была проверкой веры русского народа, ее он не выдержал, за что был наказан братоубийственной бойней. Религиозный смысл революционных событий не вызывает сомнения. Дело Распутина стало поводом для расшатывания православного царства. Стремились уничтожить Россию как Престол Божий, русский народ – как народ-богоносец.
111
Я, помню, тогда находился под впечатлением статьи митрополита Иоанна «Тайна беззакония», в которой он раскрывал суть главного противоречия нашего времени.
Убийство Распутина было первым шагом к убийству царя, как бунт против Бога, вызов Его Промыслу, богоборческий порыв сатанинских сил. Закономерно, что это убийство старца Распутина совершили масоны и такой «патриот» без царя в голове, как Пуришкевич… На особенно грязные дела иудеи всегда бросают масонов. В 1917 году, захватив с их помощью власть государственную, масоны бросились на разрушение власти церковной, назначив масона Львова управлять Русской церковью…
Через полтора года 19 апреля 1994 года по инициативе митрополита Иоанна я был приглашен на заседание Комиссии по канонизации святых Русской церкви. Заседание состоялось в Новодевичьем монастыре [112] и было посвящено вопросу канонизации Царской семьи. Меня попросили сделать доклад о Григории Распутине и его отношениях с Николаем II. Заседание проходило в неформальной обстановке с чаем и плюшками. Меня посадили между митрополитом Иоанном и митрополитом Ювеналием, возглавлявшим Комиссию. Доклад я делал час и два часа отвечал на вопросы.
112
Важная деталь. Я пришел на заседание минут за 20 до ее начала. На широкой скамье рядом с входом спал какой-то монах, накрыв голову черным шарфом. В зале еще никого не было, и я не стал туда заходить, а устроился на пустом месте возле ног монаха и стал тихо просматривать свои бумаги. Вдруг монах зашевелился, стал вставать, и я с удивлением увидел, что это сам митрополит Иоанн. В этот день он приехал ночным поездом из Петербурга, побывал на приеме у патриарха, совершил еще ряд дел, а перед заседанием решил отдохнуть.
Во время этого заседания я понял, как остро стоит вопрос о канонизации Царской семьи и как много у нее противников среди церковных либералов и чиновников. А именно они больше всего были представлены в комиссии [113] . Особенно либерально-агрессивно вели себя преподаватели петербургской духовной академии (профессор Воронов, архимандрит Януарий и др.). Для церковных либералов Распутин был главным предлогом отказаться от канонизации Царской семьи. Фактически они ждали, что я представлю им компромат на старца Григория. Больше всего вопросов задавал митрополит Иоанн, направляя мое выступление в русло тех выводов, которые были сделаны нами во время частной беседы в 1992 году. Петербургским «академикам» это явно не нравилось, но открыто перечить владыке они не решались.
113
Секретарем Комиссии, например, был о. Игнатий (Крекшин), сотрудничавший с католиками, ярый экуменист.
Митрополит Иоанн, оценивая труды советских историков, клеветавших на старца Григория, подчеркивал, что они были источником не истины, а заблуждения. Поврежденный безверием взгляд на русское прошлое, концентрируясь на зле и не умея правильно объяснить себе его происхождение и природу, привел в конце концов к воплощению этого концентрированного зла в событиях так называемой перестройки и развала СССР. Продолжающаяся кампания клеветы против Распутина свидетельствует, что источник зла продолжает существовать, кочегары преисподней не прекращают свое подлое дел.