Чтение онлайн

В Атлантике эскадры разделились. С Пумой в Америку ушло 12 боевых кораблей и только 8 купеческих судов. Остальные пошли в Индию.

Колониальная война резко активизировалась. Свежие силы Пантеры и Пумы смогли в очередной раз переломить ход конфликта.

В Америке было проще. Португалия получала отсюда сравнительно небольшие доходы, почему и сил держала немного. Пума смогла отвлекать бойцов (и в первую очередь амазонок) на составление карт. В 1556–1566 годах амазонки и придаваемые им бойцы составили карту Амазонки и её притоков, а также открыли феномен бифуркации Амазонки и Ориноко. Помимо этого было проведено описание берегов между устьями Амазонки и Ориноко. Было построено три каменных крепости — Белая (Белен РИ), Хель (Манаус РИ) и Тартар (Икитос РИ) и несколько десятков деревянных фортов.

Пума поверила отчетам Орельяны и упорно искала в джунглях племена возглавляемые его легендарными амазонками. Неудачно. Нет, несколько матриархальных племен было найдено, но их общая численность не превышала тысячи человек, что не совпадало с воспоминаниями участников той экспедиции об огромных армиях.

В целом уже к 1559 году в Южной Америке установилось равновесие. Сестрорецкие войска уверенно контролировали Амазонию, португальцы не менее уверенно удерживали остальную часть Бразильского побережья. После того как зимой 1558–1559 годов их эскадра неудачно пыталась атаковать Белую крепость крупномасштабных акций португальцы уже не предпринимали.

В Индийском океане перед Пантерой встали намного большие проблемы. Помимо того, что у португальцев там было намного больше сил, державшиеся там сестрорецкие отряды не сразу ей подчинились. Речь идет об Инне Утмаровой, которая до конца следующего года не желала отказываться от увлекательного и весьма доходного пиратства и лезть в бои с главными силами португальцев. Это несмотря на то, что её младшая сестра — Яна Утмарова сразу подчинилась Пантере (конечно следует учитывать разницу в их положении — у Яны к этому моменту не осталось ни одного океанического корабля). Инна подчинилась только через год, когда Пантере удалось выкупить из португальского плена старшую из сестер. После этого эти тройняшки стали наиболее опасными капитанами сестрорецкого индийского флота.

Против португальцев Пантера действовала крайне агрессивно, сразу же совершив нападения на Ормуз и Занзибар. Но в отношениях с ними соблюдались некоторые "правила игры". В частности пленных не казнили, а выкупали или обменивали; купцам всегда оставляли возможность спасти себя (только людей естественно, о грузе и кораблях речь не шла — это трофеи). С сателлитами же и союзниками обходились намного жестче. В частности мальдивский султан Абубакар Второй был утоплен вместе со всеми родственниками мужского пола. Мальдивы стали очередным приобретением Сестрорецкого княжества в Индийском океане.

Перехватив инициативу в 1555 году, язычники удерживали её несколько лет подряд.

Вплоть по 1559 год Сказочник непрерывно слал своим сестрам подкрепления.

Ежегодно каждая из них получала по четыре сотни амазонок и по одной — две тысячи "наемников" (естественно, что большинство из них не отвечали сестрорецким стандартам "наемника", но все-таки были способны работать матросами, надсмотрщиками или посредственными бойцами). Помимо этого отправлялись строители и мастера (Пантера направляла в Ориссу достаточно большое число инструкторов).

Также в заморские владения отправлялись первые поселенцы. Особенно много поселенцев прибыло в 1559–1560 году.

Они были нерусскими. Свободные крестьяне из разгромленного Дитмаршена зачастую предпочитали уплыть за океаны, но не становиться крепостными.

Датская марка (Дитмаршен) была последней "крестьянской республикой" в Европе.

Занимавшая заметную часть Гольштейна на берегу Северного моря, она несколько столетий отражала попытки датских и немецких феодалов закрепостить её. Но в 1559 году крестьяне оказались не в состоянии противостоять прекрасно организованной армии датских феодалов.

Сестрорецкие послы смогли договориться с датским королем… В обмен на списание части датского долга сестрорецкий князь смог вывезти из Дитмаршена несколько тысяч крестьянских семей. От этой сделки выгоду получили обе стороны (хоть и не очень большую). Датское государство списывало часть своего долга (они, конечно, и так не собирались его выплачивать, но списание в отличие от прямого отказа позволяет сохранить имидж, необходимый для получения новых кредитов) и избавлялось от значительного числа "смутьянов" (которые не хотели становиться крепостными ни при каких условиях). Сестрорецкий князь списывал долг (опять-таки сохраняя имидж — ему не отказались платить, это он сам долг простил) и получал заметное число новых подданных, которых он мог поселить там где считал нужным.

Об интересах крестьян никто не думал. Большая часть из них вымерла от тропических болезней.

Кстати, о тропических болезнях. Понятно, что они уносили очень много жертв. Но, тем не менее, язычники страдали от них несколько меньше чем прочие европейцы.

Причиной этого стали достаточно специфические культурные нормы, сложившиеся в Сестрорецке. Речь идет о разделении зданий на "внешнюю" и "внутреннюю" зоны.

Ведь еще в четырнадцатом веке были созданы системы отопления и вентиляции предназначенные именно для таких домов. За двести лет их неоднократно усовершенствовали… В результате, как минимум во "внутренних" зонах всех жилых зданий вероятность появления насекомых была сведена к минимуму. А дополнительно к этому против насекомых работал опыт жизни на севере — накомарники и защитные сетки были достаточно распространены. Это не исключало комариные укусы, но значительно снижало их число. Соответственно, снижалась и вероятность заболеть малярией.

Дополнительно к этому, амазонки еще и значительно реже болели дизентерией.

Традиционная медицинская подготовка (опять-таки вспомним про два с половиной столетия развития) привела к тому, что вода кипятилась практически всегда (не только питьевая). По крайней мере в крепостях это было обязательным.

Оба этих фактора не исключали заболевания и тем более не давали решающего преимущества. Они обеспечивали всего лишь то, что число заболевших язычников было на 3–5 % меньше, чем число заболевших европейцев. Но тем не менее эти несколько процентов тоже помогали сестрорецкой экспансии.

На конец 1559 года сложилась следующая ситуация. В Америке язычники плотно контролировали весь бассейн Амазонки (на южных притоках — до водопадов) и вели активную борьбу на море. В Индийском океане они заняли все архипелаги центральной и западной частей — Маскаренские, Коморские, Сейшельские, Амирантские, Мальдивские и Лаккадивские. В самой Индии Пантере удалось выбить португальцев с южной части Малабарского берега (город Маэ стал северной границей её продвижения). Также ей удалось договориться с султаном Акбаром и обеспечить его пушками и порохом (постепенно именно порох с огнестрельным оружием становился главным предметом сестрорецкого экспорта в Индию). И разумеется в полном распоряжении Пантеры оставалась армия Ориссы. Преемники Чакра Пратапа, умершего в 1557 году — Нарсинх Джена и Радхурам Чхотра оказались не более чем её марионетками и свергались при первой же попытке проявить самостоятельность.

Только Мукундадера — Харишчандра, принявший индуизм в его "сестрорецком" варианте и ставший верным союзником сестрорецкого государства, правил достаточно долго с 1559 по 1568 годы.

Однако в следующем 1560 году для язычников прозвенел очередной тревожный звонок.

Игорь Восьмой не смог отправить подкрепления.

Причиной этого стала война, начавшаяся на западных границах Сестрорецкого княжества (точнее — её обострение).