Чтение онлайн

Не успели они покинуть окрестности Теуантепека, как дорога опять потянулась тяжелой, завязанной узлами лентой. Она уводила все выше, под самые облака. Они сгущались в темные тучи, с которыми пока успешно боролось солнце. На крутом вираже на обустроенной небольшой парковочке можно было полюбоваться видами и осознать пересечение границы штатов. Зеленая вывеска над трассой гордо гласила: «Добро пожаловать в Чьяпас, землю традиций и красоты!»

– Прямо скажем, штат Оахака тоже славен и тем, и другим, – восстановил справедливость Беловежский и попрощался ненадолго с Оахакой, ставшей для него домом. – Однако надо отметить, что Чьяпас – это уже зона майя.

Разминая уставшие кости, они дышали горным воздухом и удивлялись, что трасса оказалась пустынной. Вскоре мимо промчалась одна машина, и они опять остались совершенно одни в этом мире.

– Странный звук. Словно металлический скрежет, слышишь? – спросила Томина.

– Невозможно этого не слышать. По нервам царапает. Я бы подумал, что это цикады, но звук кажется механическим. – Саша огляделся.

– Может, здесь недалеко пилорама какая-нибудь?

– Не похоже. Здесь глухой перевал, – возразил Александр.

– Пожалуй.

– Кроме этих дорожных знаков и вывески Чьяпаса да самой дороги здесь нет никаких следов цивилизации, – рассуждал он. – И звук какой-то непрерывный. Если бы резали металл, затихали бы изредка. Видимо, это какие-то насекомые-монстры а-ля цикады.

Серпантин повлек их дальше. Плюшевыми зелено-коричневыми волнами убегали горы к скрытому за массивными тучеподобными облаками горизонту. Местами сквозь неплотную вату облаков пробивалось солнце и высвечивало фалды мягкого плюша на горных склонах. Ватными клоками беззастенчиво разлеглись облака на сглаженных вершинах. Неожиданно горы расступились и взяли под защиту небольшую долину. Неровная водная гладь красивой кляксой разбрызгалась в центре ровного пространства. Под низкими темно-серыми тучами вода отливала сталью.

Наконец после долгого пути достигли еще вчера вожделенную Тустла-Гутьеррес. Крупный город, в недрах которого необходимо отыскать единственно верную дорогу среди множества хаотично двигавшихся машин и недальновидных указателей, вызвал у Беловежского приступ ненависти. Именно он как штурман изучал карту и одновременно следил за указателями. Марина настолько устала от перемещения по улицам вслепую, от лежащих на каждом шагу «лежачих полицейских», что старалась без эмоций реагировать на инструкции своего спутника.

– Указатель на Сан-Кристобаль-де-лас-Касас, – прочитал Александр. – Нам туда, шеф. Кстати, топе.

– Вижу, не слепая, – огрызнулась девушка.

Машина жестко подпрыгнула на «лежачем полицейском».

– Видишь, а не тормозишь! – возмутился Саша. – Я чуть язык не откусил. Штурман без языка не сможет прокладывать путь.

– Все силы ушли на то, чтобы нагрубить тебе, – улыбнулась Марина. – Скоро выедем из города. Ух ты, какой потрясающий мост! Фоткай быстрее!

– Покидаем ненавистную Тустлу.

Они проехали по высокому мосту через широкую полноводную реку, которая еще какое-то время сопровождала их, словно следила, чтобы они не заблудились.

– Река Сумидеро, – торжественно провозгласил Беловежский.

– Красиво! – констатировала Томина.

Александр украдкой глянул на свою спутницу. Она слегка улыбалась. Лицо ее как будто потихоньку оттаивало после длительного напряжения. Однако руки цепко держались за руль. Он понял, что она еще не готова расслабиться, причем отметил про себя, что и такая сосредоточенность ей к лицу, легкая же улыбка кажется загадочной и придает особый шарм.

– Что серьезная такая? – вразрез со своими мыслями поинтересовался он. – Если устала рулить, дай порулить другому. Вон и знак соответствующий: "Si toma, no maneje", что в переводе означает: «Томину за руль не пускать!»

Он хотел развеселить ее, пусть даже услышать колкости в ответ, но чтобы она немного отвлеклась от утомительной дороги. Но она, наоборот, посерьезнела:

– Саша, теперь, когда трасса требует от меня только не шарахнуться в бездну, когда путь у нас один и не надо плутать по улицам чужого города, я вполне могу внимать твоему трепу на интересующую меня тему.

– Значит, руль не дашь? – Он все еще ждал колкостей и улыбку.

– Не дам! – И она улыбнулась.

– Тогда выкладывай, что за тема такая тебя интересует?

– Когда ты утром излагал мне линейную систему летоисчисления и называл дату ее обнуления, я собиралась спросить, почему вдруг вспомнили, что именно в такую дату календарь обнулится. Упоминается ли где-нибудь в источниках майя эта дата – 23 декабря 2012 года? Ведь если они действительно придавали ей значение конца света, они бы непременно о ней рассказали.

«Правильно ставит вопрос», – подумал Беловежский и снова оценивающе скользнул взглядом по своему водителю. В который раз он дал себе отчет в том, что так и не может разгадать эту странную девушку. Они выпорхнули из одного образовательного гнезда, где в основе полученных навыков лежало умение скрупулезно собирать факты и максимально объективно их анализировать. Получение информации путем сомнительных видений никоим образом не преподавалось на истфаке. У нее глюки? Это отклонение от психической нормы? Не хотелось бы ему оказаться один на один с психически неуравновешенным человеком в этом долгом странствовании по неведомой стране. А может, это игра? Кокетство? Воплощаемая ею самой в реальность слепая вера в чудеса? И в то же время его везла по Мексике умная, образованная девушка, умеющая в нужный момент трезво оценить ситуацию и задать правильные вопросы. Завершив свое размышление, занявшее буквально несколько секунд, он вновь признал, что одно совершенно очевидно. Марина Томина ему нравилась. Все больше нравилась. Очень нравилась.

– Такой источник есть, – произнес он после паузы. – Ты не слыхала о Монументе Шесть из Тортугеро?

– Вроде нет. Хотя погоди, мне кажется, я могла видеть его в Музее антропологии в Мехико. Там была интересная выставка по майя. Кстати, там наглядно показывалась календарная система. Там я, возможно, его и видела на фотографии.

– Так ты уже знакома с летоисчислением? – удивился Саша.

Марина засмеялась:

– Я все там внимательно прочитала, не придав особого значения и ничего не поняв. И благополучно забыла. Теперь, после твоего объяснения и в связи с концом света, я постараюсь в этом разобраться. Так что же монумент?

– Эта стела была найдена довольно давно в майяском городе Тортугеро в штате Табаско. Это вполне значимое поселение в истории майя. Одно время оно было тесно связано с династией из Паленке, одного из крупнейших и влиятельнейших городов. Поэтому найденные там памятники представляют большой интерес. Но Монумент Шесть из Тортугеро превзошел все ожидания. Там и встречается та самая дата.

– Ух ты! И что же там сказано, вернее, предсказано? Землетрясения, катастрофы, апокалипсис?

На долю секунды Марина обратила заинтересованный взгляд на Беловежского. Машина слегка дернулась в сторону.