Чтение онлайн

Мимо плохо сохранившихся пилястр, некогда украшавших фасад, они проникли внутрь святилища.

– Эта площадь оформлялась в самом конце VII века сыном Пакаля, Кинич-Кан-Баламом Вторым.

– Ягуаром? – удивилась Марина.

Беловежский ухмыльнулся, но промолчал.

– Ага! – улыбнулась Аня. – Храмы здесь посвящены трем богам, покровителям Паленке, чьи имена не до конца очевидны. Этот храм, Храм Креста, скорее всего, связан с Первым Богом, неким водным божеством. Теперь смотрим все сюда, на панель.

Внутренняя стена святилища была отделана триптихом в черных подтеках и трещинах. Левая и правая части панели сплошь покрыты иероглифами, а центральная содержит какое-то неясное рельефное изображение.

– Это ведь копия? – уточнил Комодович.

– Да-да. Судьба этой панели плачевна. Ее в 40-е годы XIX века обнаружили путешественники и исследователи, американец Стивенс и англичанин Казервуд [57] . Причем левая часть панели оставалась на месте, на стене, а центральная, с барельефом, валялась внизу, расколотая на две части. Здесь это воссоздано на копии. Правая вообще была разбита на куски.

Томина упорно силилась хоть что-нибудь рассмотреть. Вроде слева и справа намечались две человеческих фигуры, поменьше и побольше, и множество каких-то совершенно неразличимых деталей.

– Крест! – вдруг воскликнула она.

– Увидела? – обрадовалась Анна. – Вот отсюда и название всей группы храмов.

– Это ведь не крест в нашем понимании? Что это? – заинтересовалась Марина.

– Конечно, нет. Это сейба – Мировое дерево как центр мира. А на его верхушке сидит Верховное птичье божество.

– Надо же! Вылитый крест! – не переставала изумляться Марина.

Молодые люди, явно знакомые уже с этим крестом по прорисовкам, о чем-то спорили возле иероглифической части панели.

Анна тем временем продолжала:

– Дерево покоится на чаше для жертвоприношений с солярным знаком и символами Первого Бога. Понизу проходит так называемая небесная лента, символизирующая небо. Тем самым этот Храм как будто посвящен небесам.

– Да, это потрясающе! – отвлекся Антон от иероглифов. – Правда, здесь вся космология майя?

– Есть такое мнение. На этой площади три храма. Храм Креста, где мы сейчас находимся. Храм Лиственного Креста, куда мы сейчас пойдем.

Они вышли из святилища, и Львова показала на невысокий неровный холм, поросший травой, с беспорядочной грудой камней. Лестница в форме извилистой тропы вела к полуразрушенному храму с усеченной майяской пирамидальной аркой посередине и двумя углублениями по бокам, напоминавшими замочные скважины.

– И Храм Солнца, куда мы совсем скоро пойдем работать, – дополнил Антон.

– Именно, – улыбнулась Аня.

Марина вдруг приметила возле одной из широких опор фигуру того индейца в клетчатой рубашке и засмеялась:

– Опять Пакаль.

– Точно. За нами ходит, чтобы чего не натворили. Уходим, – пошутил Беловежский.

Они спустились с Храма Креста и по петляющей лесенке взбежали к Храму Лиственного Креста.

– Так вот, вся эта площадь, – снова заговорила Анна, – во-первых, возвеличивает самого царя, чье изображение присутствует во всех трех храмах в двух возрастах, мальчиком и вступающим на престол мужчиной. Во-вторых, здесь воспеваются три главных бога, покровителя династии Паленке, и, наконец, в-третьих, благодаря этим божествам площадь представляет собой модель мироздания.

– Как это? – Марина с упоением слушала Анну.

Эти заковыристые верования ее увлекали, и она изо всех сил пыталась в них разобраться. Опять же Анна Львова как ученый, как экскурсовод, как девушка ей очень нравилась сейчас, когда она не флиртовала с Александром.

– Храм Креста, как я уже сказала, олицетворяет небо. Этот храм, Храм Лиственного Креста, посвящен Второму Богу по имени Унен-Кавиль и ассоциируется с земной твердью. – И Анна обратила их внимание на панель в святилище: – Здесь на панели, видите, вместо Мирового дерева изображен маисовый стебель с лицами маисового бога. Вероятно, так обыгрывалась идея о плодородии, богатстве и жизненной силе обитаемого пространства – земли. А третий храм…

– Храм Бога Солнца, где нам давно пора работать, – перебил Антон.

– … прославляет Третьего Бога, покровителя Паленке, – повысив голос, продолжила Аня, – Кинич-Ахава, то есть солнечного божества, связанного с войной и подземным царством. Так что сам Храм Солнца символизирует пещеру подземного мира.

– А теперь, дорогие туристы, мы переходим в Храм Солнца, как велит нам долг и давно ноет Антон Комодович, – ерничал Беловежский и, дурачась, выбежал первым из святилища.

На верхней ступеньке он почти столкнулся с давешним индейцем, раскланялся с ним и вприпрыжку поскакал вниз.

Храм Солнца возвышался на небольшой пирамиде из четырех террас. Время пощадило его в отличие от его собратьев. Святилище полностью сохранилось, равно как и ажурный «кокошник» на кровле.

– Война здесь однозначно прослеживается, – отметил Антон, дорвавшись до панели, которую предстояло фотографировать. – Вот щит и скрещенные копья.

– Оставляем вас наедине с этой панелью. Поаккуратней тут, это все-таки оригинал! Саня, вперед на помощь Тохе! – И Аня легонько толкнула Сашу в глубь святилища.

– Не толкайся, я добровольно иду, – шутливо огрызнулся тот и вскричал: – Опа! Да тут веревочка натянута и написано «No pasar» [58]

– Это непреодолимое препятствие! – съязвила Томина. – Помнится, мы и не такими заграждениями пренебрегали.

Она поймала себя на том, что все время отсылает его к моментам, где они были вдвоем. Но Саша с неожиданной серьезностью парировал:

– По заграждениям это ты у нас спец!

Марина вскинула на него взгляд, полный негодования, но он уже отвернулся и шагнул за веревку.

И тут Комодович по-деловому распорядился:

– Так, девчонки, хоть мы вроде и при своем праве и во имя науки, проблемы не нужны ни нам лично, ни нашему начальству, так что стойте на шухере.

– Странно, какие могут быть проблемы? – удивилась Аня. – Мы же их историю сохраняем.

– Они считают, что пусть их история порастет быльем, в буквальном смысле, чем ее сохранят какие-то гринги. Все, мы работаем. – И Антон тоже решительно шагнул за веревку.

Девушки устроились на верхней ступеньке у входа в святилище. Марина переосмысливала услышанное, внимательно озираясь и впитывая все детали Группы Креста.