Чтение онлайн

На кухню вошел Воронин, заметно было, что свидание со спящей дочуркой подняло его настроение. За ним следовал Поплавский.

– Лен, ты прибери деньги и займись продуктами, - сказал Воронин. Ребята устали, все хотят жрать, выпить и вообще, отметить мою удачу.

– Настя просто прелесть, - заявил Поплавский.
– Я тоже рожу себе дочку, хватит ждать.

– С твоим пузом, директор, какие проблемы?
– со смехом сказал Тарнах.

Настя торопливо кивнула, взяла "дипломат" с деньгами, растерянно остановилась посередине кухни, не зная, куда спрятать целое состояние. Воронин взял у неё деньги, сунул их под кухонный уголок. Лена хотела возразить, по лишь рукой махнула. И принялась разбирать пакеты с продуктами. Воронин откупорил бутылку виски, поставил на стол фарфоровые чашки, наполнил их.

– Расслабимся малость, пока готовится закуска?

Тарнах одобрительно кивнул. Поплавский отрицательно помахал рукой.

– Вы пейте, а мне надо позвонить, кое-какие указания дать охране. Говорить буду шепотом, Настю не разбужу, - и он, крадучись, пошел в комнату.

Через полчаса стало ясно, что праздника не получилось. Выпили прилично, но ни американское виски, ни закуски, о которых ещё пару лет назад можно было только мечтать, не поднимали настроение. Воронин вяло спорил с Тарнахом, Поплавский объяснял Лене, как нужно правильно есть икру - зачерпываешь ложкой из хрустальной посудины, и в рот.

– Но это тупиковый путь, Серега, - вяло говорил Тарнах.Биржа заглохнет, если поставщики сойдутся с покупателями. Ты выиграл сегодня, завтра Влад выиграет на водке...

– Я выиграю, - сказал Поплавский.
– Завтра Серега продаст мою партию по той же схеме. А потом - твою.

– А что дальше?
– не унимался Тарнах.
– Серегины покупатели уже состыковались с поставщиками, далее приволжцы будут брать "Космос" на "Яве" по тринадцать рублей - выгодно и тем и другим. С водкой та же картина. С трубами, прокатом - те же дела.

– Но пойдет слух о полной надежности сделок под гарантии биржи, сказал Воронин.
– Это подвигнет других, по стали, прокату, водке, трубам работать под гарантии биржи. Гарантия сделок нынче дорого стоит. И этим нужно пользоваться.

– Ну как, нормально? А теперь зачерпываешь по-новой... Верно, Серега, я согласен с тобой, - сказал Поплавский.

– Но каждая сделка автоматически устраняет этого клиента с нашей биржи, - сказал Тарнах.
– Он идет прямо к поставщику, там гарантии, кстати, выше. Через месяц мы окажемся у разбитого корыта. Да, заработаем, а дальше что? Какие перспективы?

– Один клиент устранится, другой появится, - отвечал Воронин, разливая виски.
– Их много, и надо пользоваться ситуацией. Склады расширить, все участники торгов, видя выгоду, станут пользоваться им, платить за аренду. Они будут продавать товар дороже, но с гарантией. Мы на одной аренде выгадаем...

Они не первый день спорили об этом, и никто не хотел уступать. Поплавский был согласен с обоими, но сегодняшняя сделка убедила его в правоте Воронина.

– Другой может не появиться. Информация распространяется быстро, другие тоже пойдут на прямой контакт с поставщиками,настаивал Тарнах.

– По сигаретам и водке - может быть, - отвечал Воронин.Но по стальному листу, трубам - где гарантии? Предоплата, самовывоз... Сколько людей предоплатят и ни хрена не вывезут? А наш склад, наши склады, кстати, во всех городах, где есть клиенты биржи - это гарантия. Я подчеркиваю - во всех городах.

– Ты подчеркиваешь?
– спросил Тарнах.

– Я подчеркиваю, - махнул рукой Воронин.

– Он подчеркивает, - добавил Поплавский.
– Надо развиваться. И Серега прав насчет складов и гарантий.

– Через пару месяцев вы убедитесь, что ваши эксклюзивные склады никому не нужны, все нашли всех - со складами, гарантиями. А вы, то есть, мы, оказались в жопе.

– Через пару месяцев Серега придумает что-то новое, - сказал Поплавский.
– А пока надо ковать... пока горячо.

– Да проще сейчас выступать дилерами крупных фирм, без своих складов. Проверять товар, контролировать сделки и получать комиссионные. Это не такие большие деньги, но вполне надежные! И не надо тратиться на свои склады, охрану.

– Можно, - кивнул Воронин.
– Продашь партию труб, которые есть на складе в Нижнем Тагиле, покупатель приедет - а труб нет. Претензии к кому? К бирже. Недоверие к кому? К бирже. А знаешь, сколько директоров заключают сделки сразу с несколькими покупателями? И отпускают товар не тем, кто работает через биржу, а тем, кто платит наличкой, и больше?

– Мальчики, вы не можете говорить о чем-то более приятном?
– спросила Лена.

– Можем, - сказал Поплавский и задумался.

Разговор на более приятные темы не получался. И Воронин, и Тарнах были правы, каждый по своему. Воронин предлагал совершенно надежную, жесткую схему, но более затратную, Тарнах опирался на более дешевую, но менее надежную и прибыльную схему. А говорить о чем-то другом они просто не могли.

Еще через полчаса Поплавский тяжело поднялся и сказал:

– Все, мужики. Икры баклажанной не было, пришлось довольствоваться красной и черной, но я не обижаюсь. Пора мне, пора. Я вам вот что скажу пойду рожать дочку. Хочу такую, как Настя, крестница моя.

– Мне тоже пора, - сказал Тарнах.
– Рожать я никого не собираюсь, но это не значит, что буду спать один.

– Когда свадьба, Володя?
– спросила Лена.

– Не знаю. Собираюсь вот, но... Второй, такой, как ты не найдешь. Завидую Вовке...

– Мужики, я провожу, - сказал Воронин.
– Такси за мой счет, как и договаривались.

– Успокойся, Серега, - сказал Поплавский.
– Мы люди не бедные, и не слабые, сами доберемся. Завтра двинешь мою водку, отметим это у меня. Все, пока, ребятки.

Поплавский и Тарнах поцеловали в щечку раскрасневшуюся Лену и неторопливо двинулись к выходу. Воронин пошел проводить их. У двери все трое облыбызались.

– Все нормально, Серега, - сказал Поплавский.
– Дальше мы сами. А ты смотри, если Настя проснется... А то Ленка немного прибалдела.

– Серега!
– Тарнах обнял Воронина.
– Мы все спорим с тобой... Не обижаешься?

– Вовка... Так в этом же и есть наша сила. Толстый Влад как графитовый стержень, а мы с тобой - реактор, в котором рождается новый бизнес. Без тебя мне было бы неинтересно.

– Мне бы тоже, - сказал Тарнах.
– В делах - ты лидер, я оппонент, а в жизни я твой друг безо всяких. Это железно.

– Я тоже, Вовка. И твой, и Влада - друг.

– На том и стоит земля русская, - подвел итог Поплавский.