Чтение онлайн

— Ладно, не будем терять времени. Возможно, она не единственная, кто пробудился после экстренного прекращения работы системы, — приказал старший, после чего все направились мимо него на выход. — Кейт, милая, проследи за тем, чтобы пациент четыре нуля-один уснула без эксцессов, — попросил медсестру он, перед тем, как покинуть палату, оставив их наедине.

— Как скажете, доктор Хоронев, — ответила ему Ли, проводив его взглядом.

— Что со мной будет? — тихо спросила Алиса, продолжая смотреть на девушку в белом халате, которая не отходила от нее. Та, услышав ее, повернулась к ней, сняла скафандр и стянула на подбородок маску. Охотница увидела, что не только глаза, но и все лицо походило на то, что было у ее подруги. Взгляд медсестры неожиданно изменился, став таким же, как у той, что когда-то оказалась от участи демона. Не успела Алиса сообщить об этом, как девушка наклонилась к самому уху пациентки и тихо прошептала:

— Ты вернешься домой, — после чего она едва ощутимо нежно поцеловала Алису в лоб, и та ощутила влагу на своей коже. Это были слезы медсестры. — Закончи то, что начала, — попросила она, внимательно глядя в затуманенные глаза Алисы. — Я в тебя верю. Мы все в тебя верили.

Алиса хотела стереть слезы с ее лица, успокоить, попрощаться так, как не смогла тогда. Что-то ей подсказывало, что она больше не увидит ее никогда. Алиса поняла, как выбраться из пут. Никто не заметил до этого, как ее рука выскользнула из ремней. Все были слишком потрясены ее осознанием, чтобы обратить на это внимание Но Алиса так и не смогла поднять руку. Все усилия были впустую. Ощущения были такими, словно ее тело ей не принадлежало. Словно она стала марионеткой, у которой обрезали нити, и теперь она лежала одинокая и бесполезная. Она хотела сказать об этом, но даже голос перестал ей принадлежать. Затем все вокруг потемнело, словно кто-то медленно погасил свет. Алиса не видела, не слышала и не чувствовала ничего. Наступила пугающая, пустая, зловещая тишина. Казалось, что весь мир исчез, растворился в густой тьме, и больше никогда не вернутся те краски, те привычные звуки, те разнообразные запахи и ощущения кожи, которые возникали при соприкосновении с кем-то или чем-то. Охотница поняла, что не может вдохнуть. Но несмотря на это, она не задыхалась. Не было того ощущения, словно тебе не хватает кислорода. Не было страха перед поглотившей ее тьмой. Она не ощущала оглушающей тишины. Не было ничего: ни чувств, ни эмоций, даже не смотря на то, что она совершенно не понимала, где находится и как выбраться из этого состояния.

И вдруг все резко вернулось: запахи, звуки, чувства и эмоции. А еще вернулась боль. Она отличалась от той, которую испытывала Алиса в той странной палате. Эта боль была сильна, но ее можно было стерпеть. Она словно не была настоящей, хотя Алиса испытывала ее довольно часто в те времена, когда Ли не была медсестрой, а она — пациентом, привязанным к койке. Голова загудела от переизбытка всех воспоминаний и того потока информации, которую ее мозг старательно сохранял в голове не смотря на странное воздействие извне, источник которого она не могла найти в своем разуме. Алиса поняла, что все еще не дышит. и теперь нехватка воздуха давала о себе знать. В страхе она резко открыла глаза и вздохнула, глубоко, жадно поглощая воздух вокруг себя. Дышала ли она она тогда в палате? Охотница не могла этого вспомнить, как бы сильно не старалась.

В страхе Алиса начала озираться по сторонам, не обращая внимания на сильную боль в голове. Обстановка вокруг неё сильно изменилась. Теперь не было той палаты и тех докторов. Она узнала помещение и его обстановку, почувствовала знакомый запах, но не помнила, что это за место. Правда, лишь до тех пор, пока не заметила знакомое лицо. Перед ней сидел Франк и смотрел прямо на нее. Он был рад и обеспокоен одновременно. Кажется, он не ожидал, что подросток придет в себя так внезапно. Больше никого в полутемном помещении не было. Охотница лежала на кровати в небольшой комнате. Пут на ее руках и ногах не было. Алиса еще раз растерянно оглядела комнату. Рядом со старой дверью стояли стол и большой деревянный шкаф. Вожак стаи продолжал ошарашенно наблюдать за девушкой, сохраняя молчание от шока, который он испытывал в данный момент. Наконец Алиса обратила на него внимание, чему старик был необычайно рад. Но что-то в его выражении лица сильно смутило подростка. Пару мгновений спустя она спросила:

— Как я здесь оказалась?

— Тебя принес мой внук, — тихо ответил оборотень. — Они с друзьями пришли к тебе на помощь очень вовремя. Если бы они не пошли против моего приказа и не поспешили в твое убежище, ты была бы растерзана, как и все, кто там оказался, — заверил ее Франк. — Но ты здесь. Теперь все будет хорошо. Ребята очень обрадуются, когда узнают, что ты снова с нами. Надо им сообщить, — после этих слов оборотень поднялся с места и подошел к двери. Он открыл ее и позвал мальчишек, которые пробегали мимо. Алиса приподнялась на локтях и увидела за оборотнем коридор с хорошей отделкой и ярким освещением. По таким помещениям она не проходила, когда заявилась сюда в прошлый раз в компании Себастьяна. Да и сама комната выглядела довольно богато.

— Дети, сбегайте к Каиль и его друзьям. Скажите, что Алиса жива и здорова, — попросил он детей постарше. Те удивленно переглянулись, потом заглянули в комнату и, увидев Алису, испуганно отшатнулись назад. Они еще раз с недоверием посмотрели на старика, после чего неуверенно кивнули и побежал прочь всей толпой.

— Почему они посмотрели на меня так, словно я на мертвеца похожа? — у самой себя тихо спросила охотница, хмуро смотря туда, где прежде были дети, но оборотень все же ее услышал, понимая, что ее слова не такой уж и абсурд. — Сколько часов я здесь? — поинтересовалась она у оборотня, поднимаясь со старой скрипучей кровати на ноги, чтобы подойти к большому зеркалу на стене и оценить все повреждения, которые получило ее тело.

— Две недели, — коротко ответил Франк, и Алисе почему-то не понравился его тон. Сердце неприятно екнуло, и подросток обернулась и посмотрела на оборотня. Что-то говорило в лице старика, что на самом деле с ней произошло, но она не хотела в это верить. Не могла. Но не смотря на жалкие попытки мозга отвергнуть эту информацию, сердце настаивало на том, что это правда.

— Как две недели? — изумилась она, не понимая, как она смогла прожить без сознания две недели без подходящей медицинской помощи, ведь ни капельницы, ни препаратов в комнате она так и не заметила. — А что с убежищем? — вдруг опомнилась она, вспомнив причину своих травм. — Все, что там было…

— Правда, — перебил Алису Франк. — Мы зачистили его и сожгли все тела. Все, что можно было спасти, перенесли на наш склад в доках. Так что, если тебе что-то понадобиться, оно полностью твое. Мы переживали, что кто-то видел эту бойню или ее последствия, но нам повезло. В твоем районе всем будет плевать, если рядом взорвется атомная бомба. Может, так даже лучше, — печально улыбнулся оборотень, посмотрев Алисе в глаза.

— И все эти две недели я была без сознания? — не понимала охотница. — Но, как? — Она еще раз рассмотрела комнату. — Тут нет того, что бы поддерживало меня две недели, пока я не могла есть и пить. Я хоть и проклята на вечные муки, но я все же живая, — заявила она требуя тем самым объяснений от старика. Тот печально вздохнул, сел на стул, на котором его впервые после того, как очнулась, увидела девушка, и посмотрел на нее полными печали и сожаления глазами.

— Нет, Алиса, — возразил вождь поселения. — Ты не была без сознания эти две недели. Все это время ты была мертва. Ты не доехала до нас. Каиль привез тебя уже мертвой. Бедный мальчик. Он опечален твоей смертью сильнее всех. Считает, что это его вина. Он настоял на том, чтобы тебя не сжигали сразу, а попрощались с тобой, как полагается прощаться с добрыми друзьями, хоть мы и не успели стать таковыми. Мы используем эту комнату для прощания с погибшими, — признался он. — Мы оплакивали тебя все две недели. Я не позволил тебя сжечь, потому что заметил, что твое тело не подвергается разложению. Решил, что это знак. Мы сделали тебя своей Святой. Приходили излить душу и попросить помощи у твоего духа. Я пришел помолиться тебе сегодня, — заявил Франк.

У Алисы все поплыло перед глазами от такой новости. Она едва не потеряла сознание, но схватилась за стену, найдя точку опоры. Заметив это, старик подскочил со стула и подбежал к ней, чтобы помочь той сесть на кровать и прийти в себя. Она непонимающе уставилась на оборотня, но в его глазах увидела испуг и беспокойство. Алиса, что оборотень не лгал. Ему было просто не за чем это делать. Неожиданно с коридора донесся торопливые шаги, словно несколько человек бежало по коридору. Затем дверь распахнулась, и в комнату ввалилось несколько молодых людей с внуком вожака во главе, привлекая к себе удивленные взгляды собеседников. Все пришедшие с удивлением уставились на Алису, словно никогда прежде не видели людей. С десяток молодых людей столпилось у входа, еще столько же высовывалось за ними, а дети протискивались между взрослыми, с любопытством рассматривая ожившую святую.

— Живая. Все же живая, — тихо выдохнул взволнованный Каиль, не отрывая глаз от воскресшей охотницы.

— А ты надеялся сбагрить меня на т от свет по-быстрому? — усмехнулась Алиса, смущенная вниманием стольких людей. — Я же проклята, забыл? Если не хотели, чтобы я возвращалась, стоило сразу меня сжечь, — самоуверенно заявила она, вызывая у старого волка веселую улыбку. Его явно забавляло поведение Алисы, которое моментально изменилось, стоило в ее поле зрения появиться большой толпе нежити.