Чтение онлайн

– Подпустим, как можно ближе, - скомандовал Лей вполголоса. – Если там несколько человек, пусть себе катятся дальше. Нападаем лишь на одиночек. Всем ясно? И держите ваши ножи при себе. Мы должны только напугать его, как следует. Он сам отдаст свои пожитки, вот увидите. Богатей трусливее детей!

Так и вышло. Купец без сопротивления вручил им толстый кошель, и узел с товаром. Но в другом Лею повезло меньше… Купец узнал его. Уж непонятно почему, но тот запомнил мальчугана, приносившего выстиранное бельё, и прямиком с большой дороги направился в полицию. За Леем пришли тем же вечером.

…А вот гадюка больше не появлялась. Засыпая, Лей просил Бога простить ему совершённое злодеяние, и если невозможно выпустить его на свободу, то хотя бы сделать так, чтобы змея опять приснилась ему. И поговорила с ним. Пусть даже она вновь начнёт упрекать его! Он заслужил это. Всё лучше, чем мёртвая тишина, в которой начинаешь и себя ощущать неживым.

Но сны проскальзывали неразличимыми бесцветными пятнами. Однажды ему, правда, привиделся воздушный змей, которого они запускали с отцом на берегу речки, тоже походившей на вертлявую змейку. И, проснувшись, мальчик подумал, что все эти змеи, наверное, были знаками. Судьба давала ему понять: однажды в его жизни появится особая змея.

– Да ведь её же не было! – спохватился Лей. – Она же только приснилась мне.

– Кто это тебе приснился, дружок? – внезапно раздался уже знакомый голосок. – Уж не мной ли ты грезишь, скажи на милость?

Подпрыгнув, мальчик на коленках пополз ей навстречу. Гадюка настороженно замерла, и тут Лей вспомнил, что нельзя совершать резких движений, если находишься рядом с ядовитой змеёй. Отец говорил ему, что гадюки не нападают первыми, но если им почудится, будто человек угрожает их жизни, цапнут так, что мало не покажется. А здесь и яд из ранки некому отсосать. Не на охранников же надеяться!

Он медленно сел в трёх шагах от змеи и улыбнулся.

– Так ты существуешь…

– Хорошенькое дело! – отозвалась она с презрением. – Существую ли я? Можешь поверить мне на слово. Трогать не стоит.

– Я не буду! – испуганно заверил Лей. – Давай просто поговорим. Я уже сто лет ни с кем не разговаривал.

Ненадолго задумавшись, гадюка возразила:

– Пожалуй, всего-то месяцев семь. Сейчас май.

– Май?! – ужаснулся он. – Меня заперли здесь в октябре!

Будто ворох кленовых листьев подкинули: перед глазами мелькнуло солнечное разноцветье, смеющиеся физиономии приятелей... Он и сам забавлялся от души: не надо гнуть спину, надрывать живот, чтобы заработать копейку! Стоит блеснуть на солнце лезвию, и тугой кошель уже у тебя в кармане. Так легко и просто! Неужели он и вправду так думал всего несколько месяцев назад?

Почудилось, будто змея усмехнулась:

– Засиделся ты, однако. Пора бы и прогуляться.

У него так и зашлось сердце:

– Ты знаешь ход?!

– Тебе он вряд ли покажется подходящим…

Мальчику уже не сиделось на месте:

– Да я на всё согласен! И по грязи проползу, и по слизи… Лишь бы вырваться отсюда!

– В том-то и дело, что не проползёшь, - озабоченно заметила змея. – Таким, каков ты сейчас – ни за что. Известное мне отверстие слишком узкое, в него может просочиться только змея. Ты согласен?

Он растерянно заморгал:

– На что? Я не понял.

– Превратиться в змею, конечно! – отозвалась она раздражённо. – Какой ты, право, непонятливый!

У Лея сама собой отвисла нижняя челюсть. Несколько минут он молча смотрел на змею, пытаясь понять: зачем та издевается над ним? Ему и без того скверно на душе – хуже не придумаешь! Впрочем, чего ещё можно ожидать от гадюки?

Она нетерпеливо шевельнулась:

– Так ты решился, дружок?

– Превратиться в змею? – усмехнулся Лей, решив подыграть ей. – В гадюку? Конечно, почему бы и нет!

– О-о! Вот на это не рассчитывай, - протянула она. – Даже не мечтай, чтобы я превратила тебя в своего сородича. Максимум – в ужа. Вот всё, на что ты можешь рассчитывать. Ты и человеком-то был опасен, тебе не стоит доверять запас яда.

Он рассмеялся:

– Ну, в ужа, так в ужа. Хотя не так я был и опасен, придумала тоже! Тот грабёж… Это была глупость. Страшная глупость. Я никогда больше так не поступлю.

– Надеюсь, нет, - медленно молвила змея.

– Правда – нет!

Лей опустил голову, боясь, что не скажет главного, глядя ей в глаза:

– Хочешь верь – хочешь нет, а мне всё время видится его взгляд. Этого купца. Я такой страх видел только однажды, когда коня на бойню вели. А он всё понимал, и весь дрожал от ужаса. Всем телом, понимаешь? Я не смог тому коню в глаза смотреть, убежал. И проревел весь день… А потом у купца этот взгляд увидел. И себя почувствовал таким же палачом, как тот хозяин, что своего коня вёл на смерть. Мне ещё в тот момент до того страшно стало! Самого себя страшно. Что я, оказывается, могу таким быть… Не знаю, почему я не убежал. Ноги приросли будто. Я их не чувствовал совсем.

– А знаешь почему? – неожиданно спросила змея. – Они тебе не нужны, дружок!

И мальчик почувствовал, как в его лодыжку впились два ядовитых зуба.

«Настоящая гадюка!» - вскрикнул он без голоса и оцепенел от ужаса.

Глава 4

Новые ощущения

Даже когда год назад болел холерой, он не чувствовал себя так скверно. Всё его тело ломало, и суставы выкручивало столь нещадно, что в глазах у мальчика потемнело. Лей хватал воздух, чувствуя, как остро стучит в голове мысль: «Я умираю!»

И всё же он не умер. Лей понял это, когда боль утихла, а зловонные запахи подвала едва не взорвали голову, точно стали в десять раз острее, пока мальчик был в беспамятстве. В туманной мгле проступили знакомые стены камеры. Сколько его организм боролся с ядом, и каким чудом удалось одержать победу – мальчик не знал. И если честно, ответы не особенно интересовали его. Он выжил – вот, что было главным!

Лей скосил глаз, пытаясь понять – здесь ли ещё гадюка, цапнувшая его. Тишина кругом была именно та, которую называют мёртвой. Да и виделось всё вокруг до того мутно, будто мальчик утратил ясность зрения.

«Наверное, яд так действует, - испугался он. – Чёртова гадюка! Ещё ослепну из-за неё…»

– Мы видим не так хорошо, как люди, - вдруг услышал Лей её голос где-то внутри собственной головы. – Но ты не огорчайся, дружок! Взамен нам дано прекрасное обоняние.

Мальчик хотел вскочить на ноги, ведь боль уже не придавливала его к грязному полу, но из этого ничего не вышло. Попытавшись упереться руками, Лей дёрнулся всем телом, и тут понял: рук нету! Он завопил во весь голос, но вместо крика вырвалось позорное шипение.