Рыцарь зимы
Шрифт:
На протяжении всей ночи и долгих рассветных часов юноша не раз вспомнил о своих родителях и сестрах и помолился за них. Трудно поверить, что всего через несколько часов он достигнет своей цели и станет рыцарем. Эта мечта царила в его душе с тех пор, как он повстречался ночью с двумя мертвецами. Даже будучи ребенком, он часто смотрел на рыцарей и думал, как здорово стать одним из них. Наконец Эндрю добился невозможного, он будет рыцарем, невзирая на низкое происхождение и бедность. Его сердце переполняли противоречивые чувства, и он несколько раз срывался и начинал рыдать, одновременно от счастья и грусти – сбылась великая мечта, значит, придется найти себе новую. «Человек не может быть совершенно счастлив, – решил Эндрю, – если у него нет цели, которую практически невозможно достичь».
Под утро он начал клевать носом и задремал бы, если бы в тот миг, как солнце показалось из-за горизонта, не начали кукарекать петухи. Они кричали один за другим, разнося весть о начале нового дня по всему спящему городу. Петухи разбудили собак, те своим лаем – гусей, гуси – ослов, и рев животных заставил проснуться мужчин и женщин. Лишь кошки невозмутимо остались на своих местах, по-прежнему погруженные в дрему.
Они просто-напросто не обращали никакого внимания на шум. Наступил новый день? Что это, чудо или самое обычное событие? Может, и то и другое, ведь новый рассвет неизбежно наступает через каждые двадцать четыре часа. Возможно, однажды солнце не покажется из-за горизонта, но только Богу или Аллаху ведомо, когда этот день наступит. И вот тогда люди не заворочаются в постелях, открывая глаза навстречу новому утру.
В часовню струились солнечные лучи в окно над самым алтарем – странные, насыщенного желтого цвета. Неожиданно в них появился силуэт, взмахнувший рукой над головой Эндрю, словно благословляя. Юноша не смог толком разглядеть явившееся к нему создание – свет был слишком ярок, – однако ему показалось, что у этого существа крылья. Может, его взору на миг открылся сам архангел Михаил, воин небесный, пришедший приветствовать нового члена общины рыцарей-христиан? Или это просто причудливая игра света, струящегося через неровное окно?
– Ты готов к исповеди, сын мой?
Вернулся священник, чтобы провести последний обряд в жизни Эндрю-простолюдина.
– Да, отец.
Эндрю признался во всех своих недостатках и проступках, которые он успел совершить за свою недолгую жизнь. В их числе не было ни смертных, ни ужасных грехов, хотя некоторые отнюдь не были незначительными. Однако рыцарь должен был быть чист душой, чтобы сражаться с доблестью, иначе победы приведут его на тропу порока и превратятся в грехи, а не благодеяния.
После этого Эндрю снова тщательно вымылся, чувствуя себя совершенно опустошенным духовно.
Затем он отправился на церемонию посвящения в рыцари, проводимую на свежем воздухе. С этой целью на поросшем травой берегу реки поставили королевский шатер. Перед ним стоял юный король, окруженный дворянами и рыцарями, в том числе среди них был магистр Одо де Сент-Аман и сэр Джон из Реймса. Нынешним утром трое оруженосцев должны были получить титул рыцаря. Эндрю последним вышел вперед и опустился на одно колено перед своим господином, королем Балдуином IV.
Тому явно нездоровилось. Порой проказа приносила с собой чувство невыносимой слабости и утомления, однако король тепло улыбнулся, когда Эндрю на миг поднял на него глаза, а затем кивнул, одарив юношу выразительным взглядом, говорившим: «Мы с тобой новые клинки, давай дадим этим суровым старым дьяволам парочку уроков».
– Эндрю из Крессинга, – чистым, звучным голосом произнес король. – Встаньте, сэр Эндрю, рыцарь королевства Иерусалимского.
Затем Балдуин с силой ударил юношу в грудь кулаком в кольчужной перчатке, соблюдая правила церемонии посвящения достойного в рыцари. Удар был так силен, что Эндрю рухнул навзничь на траву.
Король рассмеялся и воскликнул:
– Я же говорил вам, один из них непременно упадет! Благодарю вас, сэр Эндрю, за то, что не позволили мне выставить себя лжецом и проиграть два золотых соверена магистру Одо.
– О, сир, – возразил тот, – уверен, вы с сэром Эндрю сговорились заранее.
– Вовсе нет, магистр храма, – обиженно отозвался король. – Я ведь не видел его с самого пиршества!
– Прошу простить меня, мой король, – поспешно произнес Одо. – Разумеется, вы бы ни за что не пошли на это.
– К тому же, когда жульничаешь, выигрывать неинтересно, – добавил король. – Да и деньги мне не нужны, я просто хотел победить в споре с тобой.
Двое оруженосцев, как выяснилось, сумели удержаться на ногах, получив удар от короля, но Эндрю, переполненный впечатлениями и торжественностью момента, был захвачен врасплох. Он испытывал некоторую досаду, но вместе с тем радовался, что король выиграл пари и остался доволен церемонией. Затем все отправились в замок и сели завтракать за королевским столом.
И снова сердце Эндрю преисполнилось восторга. Он не мог поверить, что вот так сидит здесь, наравне с остальными рыцарями, отдавая приказы слугам, рассказывая забавные истории, позволяя охотничьим псам лежать у него в ногах, греясь и грея. Это просто чудесно. Перед ним внезапно открылся весь мир. Выше его не было никого, кроме самого короля, которого Эндрю искренне любил и, похоже, пользовался ответным расположением. Счастливейший момент в его жизни. Осталась единственная цель. Стать тамплиером. И все-таки, даже если этот день никогда не наступит, он останется рыцарем, пусть и – в глазах некоторых – менее прославленным.
Даже Одо назвал его после церемонии «сэр Эндрю»!
Через два дня король обратился к новому рыцарю с просьбой сопроводить караван, направлявшийся в Антиохию, и за эту возможность Эндрю ухватился обеими руками.
– Клянусь вам, сир, ничто не доставит мне большей радости, чем услужить вам.
– Ты хочешь услужить мне? Прошу, не будь таким скучным, Эндрю, – проговорил король. – Я тебя посвятил в рыцари не для того, чтобы мы перестали веселиться, как раньше. Когда ты вернешься, мы с тобой отправимся на охоту за дикими кабанами. Не знаю, как я дождусь этого дня.
– Я также буду ждать с нетерпением, сир.
Король хлопнул его по плечу.
– Мы могли бы быть с тобой братьями, ты и я. Кстати, кто твой отец? Он служит здесь, в Утремере, или остался в Англии? Он будет гордиться тобой, я уверен в этом.
– Он – он по-прежнему живет в Англии, в Крессинге, мой король.
– А, значит, он крепко привязан к своей земле. Что ж, не все любят битвы и опасности, верно? Вот мы с тобой, Эндрю, искатели приключений. Сидеть смирно в зале в компании собак – это не для нас. Нам нужен бой или охота, чтобы ветер бил в лицо и развевал гривы скакунов. Непременно пошли отцу весточку о том, что он вырастил прекрасного сына, поскольку рыцарский титул – редкий дар, которым должна гордиться вся семья. Хочешь, я сам напишу ему?