Чтение онлайн

— На турбазу! Веревка! Веревка!

В конце концов они, оба, повернулись и побежали к турбазе. Лишь после этого он ощутил, что утомился от воплей. Земля начала крутиться перед ним, небо сразу сделалось пепельным. Он закрыл глаза, глубоко вдохнул несколько раз и снова бросился бегом к водопаду.

— Урсу! — крикнул ему Виктор, увидев его. — У нас тоже есть кусок веревки. Давай привяжем ее к твоей. Может, хватит.

Урсу опустил веревку, Ионел привязал к ней веревку от надувной лодки. Потом пустил связанные веревки к водопаду. И еле удержался от бранных слов. Веревка лишь затрагивала воду озера, а к ближайшему от Урсу дерева, к которому он хотел ее привязать, было еще метра три. Всего три метра, и Виктор мог бы спуститься со своего редута самоубийцы, а другие могли бы раскачиваться в воздухе и мягко опускаться на берег озера.

— Не хватает! — сказал он. — Всего три с излишком метра. Но вот-вот придут Дан и Лучия. Не беспокойтесь…

— Урсу! — крикнула Мария. — Как там Лучия И Дан? А ты, Урсу, как чувствуешь себя?

«Что ей ответить? — думал Урсу и о ней, и о тех, которые побежали к турбазе. — Или я знаю, что они там делают? Лишь бы поторопились…»

— Хорошо! — ответил он в конце концов, даже не улыбнувшись. — И они… очень хорошо…

На турбазе было полно гостей. Одни уже провели здесь много дней и вечеров, другие впервые переступили ее порог, и был еще среди них один гость, которого заведующий турбазы принял за инспектора, хотя его до сих пор никто здесь не видел и ни по возрасту, ни по виду он не был похож на инспектора, такой себе обычный старик с седыми волосами, немного утомленный, но с бодрыми пытливыми глазами, ему нравилось все время пыхтеть трубкой, подобной здесь-таки никто не видел.

— Говоришь, тебя зовут Василий… — обратился старик к заведующему. — Чудесно! А скажи-ка мне, Василий, у тебя здесь не останавливалась группа подростков? Шестеро или семеро, один из них маленький и курносый, у него такие словно соломенные волосы, а сам он неусидчивый…

— Нет, дед Тимофте… — грустно ответил заведующий. — ей-богу, нет. Может, они придут позже.

— А куда же они пошли, эти ребята? — сразу же поинтересовалась жена заведующего, маленькая женщина с тоненьким носом, испуганным взглядом и с волосами, накрученными на вечные бигуди.

— Наверное, в Черную пещеру, как и были намерены…

— Ой горюшко! — перекрестилась и трижды плюнула жена заведующего. — Как же они пошли туда, господи! Вся пещера напихана духами! Господи!

— Снова начинаешь? — цыкнул на нее заведующий.

Дверь турбазы отворились очень своевременно, словно именно для того, чтобы помешать потасовке между супругами. Двое мужчин, которые вошли на турбазу, поздоровались с присутствующими кивком головы, поискали кого-то глазами и, не найдя, один из них обратился в заведующего:

— Вы не видели здесь на этих днях охотника Некулая Петрекеску?

— Это того охотника с большим носом, который попадает в птиц на лету? — спросил какой-то чабан, который окаменело стоял возле двери, опершись на исполинский посох.

— Вы его видели?

— Кажется, вчера видел, — ответил чабан. — Да, вчера утром. Он направлялся к пещере, сам, с ружьем, так как он ходит всегда.

— К пещере, говорите?

— Да, так… По старой тропе…

Прибывшие шепотом перекинулись словом и оба вышли наружу. Они очень спешили.

Старик с трубкой глянул в окно, но там только стояла туча пыли, которая поднялась вслед за двумя всадниками. Он недоуменно покачал головой и снова принялся пыхтеть. Жена заведующего неслышно подошла к нему и таинственно зашептала на ухо:

— Вот крест святой, дед Тимофте… вся пещера напичкана духами… И все призраки и вурдалаки… Господи! Сколько понарассказывал нам Петрекеску о тех привидениях! И как же это вы разрешили внуку, дед Тимофте! Вот вам крест святой!

Но здесь женщина заметила несколько острых взглядов, которые люто сверлили ее и кружку в руке заведующего, готовую полететь в ее сторону. Она потрогала бигуди и направилась в свою комнату. Там она сперва глянула в зеркало и поправила золотистые волосы, потом выглянула в окно. Она была так занята своими замечательными бигудями, что сперва и не заметила двух существ, которые по-хозяйски и очень спокойно снимали белье с веревки, натянутой за турбазой, и складывали на траву, и были то только полотенца и скатерти, белые, словно облака. Женщина приметила движение за турбазой лишь после того, как Лучия и Дан увидели ее в окне и спрятались за очень чистые простыни — единственное укрытие, которое могли найти хозяйственные и очень торопливые черешары.

Женщина возле окна с волосами, накрученными на бигуди, не упала в обморок, увидев призраков, которые, сняв белье, мелькнули в кусты, только потому, что ей захотелось отплатить мужу, показать ему, пусть увидит собственными глазами, неверующий, как ходят и что представляют из себя те духи. Женщина стремглав выскочила к нему и заверещала так, что казалось, словно она собралась порвать себе голосовые связи:

— Васили-и-ий! Иди сюда-а! Сам увидишь призраков! Иди быстрее, пока они не спрятались совсем!

Но Василий так цыкнул на нее, а две кружки, которые он держал в руках, имели такое огромное желание полететь в нее, что женщина ощутила, словно у нее ноги стали набиты ватой. И если бы Василий даже послушал ее, то все равно он не увидел бы никого. Лучия и Дан уже мчались в настоящее время по горе, держа свернутую клубком веревку. Они бежали так, как не бегали никогда в своей жизни, гонимые мыслями, что могут не успеть вовремя.

Урсу издали увидел охотника. Он еще даже не различил его контуров, увидел только пятно, которое двигалась, но это не мог быть кто-то другой, кроме охотника… или, может, второго врага. Силач до боли напряг зрение. Подвижное пятнышко было одно, одно-таки, а не два, второго не видно. И это пятнышко тонкое, удлиненное.

Парень направил взгляд к турбазе. И увидел там, на холме, два подвижные тени: очевидно. Лучия и Дан. Он быстро прикинул: если охотник придет и не раньше тех, что несут бечевку, то, в лучшем варианте, прибудет вместе с ними. Сделал он и еще один расчет, но результат был один и тот же: если он побежит навстречу тем, с веревкой, то вернется назад к водопаду все равно вместе с охотником…

И в обоих расчетах веревка — главное. А если Лучия и Дан не нашли веревку?.. Он знал, что это вопросы абсурдные, но не мог не подумать о них, оказавшись сейчас в абсурдном положении, а вскоре окажется еще в большем абсурде — абсолютном.

Но было еще одно решение, последнее, решения сумасшедшее, которое он приберегал на тот случай, когда нападающие появятся раньше, чем он прибудет веревка. Охотник появился, веревка была далеко…

— Готово! — заорал он. — Приготовьтесь! Прибыла веревка!

Он завязал конец веревки свободным, но очень надежным узлом на правой руке, над кулаком, бросил бечевку к водопаду, потом лег на живот и выдвинул голову, правое плечо и правую руку над пропастью. Треть его корпуса висела в воздухе, а еще надо было смотреть вниз, и его охватывало умопомрачение, но это было единственное решение, единственная дорога к спасению. Второй конец веревки почти касался воды в озере.

— Ты хорошо привязал ее к дереву? — спросил Ионел, проверив прочность веревки. — Вижу, что держит…

— Выдержит! Не беспокойся! — ответил Урсу, выведенный из равновесия проверкой Ионела. — Это толстая пихта.

— Господи, Урсу! — перепуталась Мария. — Не наклоняйся так.

— Бросайте лодку просто в водопад, чтобы мы не тратили времени еще и на нее. И первый, кто переправится, ее выловит. Согласны?

Охотник был все ближе. Урсу уже мог различить его фигуру. Не было никакого сомнения. Это все-таки он.