Чтение онлайн

С Плисой пришлось наводить мосты от того, что в Смолевичах, как оказалось, весьма ограниченные возможности для хранения груза на станции. Оказалось, что две трети того, что я всегда считал станцией является частью лесной биржи[2], склады которой уходили на добрые полверсты вправо от железной дороги, если стоять лицом к Минску. Промышленные предприятия тоже построили себе вскладчину общую ветку, проходившую по задним дворам почти всех заводов, заводиков и мануфактур — с разъездами, платформами для выгрузки и погрузки, складами — всё по-взрослому. А чисто на станции — комната для посылок, площадью где-то метров шестнадцать квадратных, навес, под которым можно временно поставить три платформы и запасные пути, где можно какое-то время подержать пару вагонов до разгрузки, но этого категорически не любят владельцы вагонов.

В Плисе же недалеко от станции располагались огромные мобилизационные склады, и договориться с их комендантом об аренде одного из помещений было делом техники. И почему я раньше так не сделал? Да, пришлось, кроме официальной оплаты аренды через кассу ещё и заинтересовать коменданта лично, но тут удачно подвернулся скорый день рождения Великого князя Андрея Петровича, вот используя его как повод я презентовал коменданту «средний дегустационный набор» в новой комплектации. Там на самом деле хватило бы, чтобы уйти вчетвером в трёхдневный запой, или очень хорошо посидеть компанией человек десять-двенадцать, и ещё останется. Хорошо, спохватился, и отправил подарки и в Питер: малый, средний и большой наборы. Да, я знаю, что Его Высочество слаб здоровьем, все знают, поскольку это было заявлено причиной того, что Наследником Цесаревичем назначен второй по старшинству сын Государя. Но у него есть свита, которая не откажется поздравить своего патрона, кроме того, может что-то передарить, а некоторые слабые настойки, особенно на целебных травах, и попробовать.

Забот и хлопот было — выше крыши, плюс ко всему ещё и участие в изготовлении техники. Ну, а как не поучаствовать, если после моего вмешательства с конструкцию мотора, в структуру обмоток и улучшения теплоотдачи, эти самые моторы с номинально установленной заводом мощностью двадцать пять лошадиных сил начинали спокойно выдавать тридцать? У трёхосного грузовика суммарная мощность двигателей получалась девяносто сил вместо семидесяти пяти — плохо ли? А для меня работа над каждым изделием — это десять-пятнадцать минут, в зависимости от количества скрытых дефектов. С другой стороны, две с половиной сотни моторов — это уже от пятидесяти до шестидесяти пяти рабочих часов. От шести до восьми полных рабочих дней, с учётом затрат времени на замену моторов на рабочем столе и прочие организационные вопросы. Например, немедленное и скрупулёзно точное оформление документов на профилактику и модернизацию — хлебнувшие Большого Лиха, то есть, большой инвентаризации, люди активно «дули на воду». К сожалению, надолго этого запала не хватит.

На фоне всего прочего, поездка в Минск, в Министерство внутренних дел, для окончательного оформления документов на открытие в Рысюхино полицейского участка показался отдыхом. Большую часть бюрократии взяли на себя мои помощники, в частности — секретарь, но последние бумаги следовало подписать лично и заверить личной же печатью, безо всяких доверенностей. Что забавно: если бы Министерство само решило открыть где-либо полицейский участок, да хоть и целое Управление, то обошлись бы без всего этого вот. Да, там, не сомневаюсь, будут тонны внутренних документов, но владельца села или города просто уведомили бы. Но — да, под личную подпись, что обязуется выделить участок указанных размеров в оговорённой части поселения.

Нет, я вот вообще не понял: я барон, феодал и самодур, которому по изначальным представлениям из мира деда надлежит прожигать жизнь в праздности, чередуя время между пирами и охотами, или раб галерный?! Что самое забавное, у других знакомых мне лично аристократов, от Шипунова и Клёнова, а также Сосновича и до того же ректора Кайрина тоже не особо много лишнего времени на развлечения. Да и те же балы с приёмами проходят скорее по разделу работы, налаживания социальных связей, чем в качестве развлечения.

Вообще, как я заметил, при взгляде «снизу» жизнь «на верху» кажется лёгкой и беззаботной, в стиле: «я вот у станка, в поле, у печи — выбрать нужное, упахиваюсь, а они в кабинетах бумажки перекладывают». Ну, мнение об аристократах я уже озвучивал, у нас тоже таких немало. И некоторые, в основном, справедливости ради — младшие дети в больших семьях, порой устраивают такое, что гул стоит годами, а стыдно за них — десятилетиями. Но это такой малый процент от общей численности носителей титулов… С другой стороны — самый громкий, яркий и заметный процент. Да, возвращаясь к тому самому рабочему, который на самом деле работает тяжело и подчас изматывающе, и который своими руками создаёт изделия из сырья. Но он выходит за ворота завода — и забывает о своей работе и своих обязанностях. У меня же рабочий день — двадцать пять часов в сутки, потому что даже во время возни с детьми я не перестаю крутить в голове мысли о делах и проблемах. А если конструктор не ту линию на чертеже проведёт или технолог не ту цифру напишет, то весь тяжёлый труд рабочего вместо пользы принесёт одни убытки, причём рабочему, если откровенно, будет на это плевать, ошибка не его, штрафа не будет, всё остальное его не заботит. Не задумывается он, откуда у хозяина завода деньги для выплаты жалования. Ну, а если управляющий не ту бумажку не в ту стопку переложит, или, что хуже, переложит её в чужую стопку, то фабрика и вовсе может разориться. И никакие усилия рабочих её, скорее всего, не спасут.

Ну, а вообще это дурацкий спор из цикла, что важнее: голова или руки. Ну, либо же «рука или печень». Но порой от усталости, когда лежишь, пытаешься заснуть, но не можешь, из-за того, что голова забита проблемами, пробивает на такие вот полусонные и не слишком связные философствования.

Вот, в таких вот хлопотах и суете и шли день за днём, сменяя друг друга почти незаметно. И тут вдруг: как это — ноябрь уже идёт?!

И вообще: у меня жена рожает, остальные дела могут подождать, в отличие от этого! Скоро опять папой стану, третий раз — а как первый! Интересно, кто это будет, сын или дочка? А то Мурка, вредина, секретность развила, и Ульяна ей в это потакает. Спелись, одно слово.

[1] Из стихотворения Ольги Бакулиной.

[2] В данном случае это склады лесоматериалов с конторой при них для оформления и отслеживания грузов.

На этот раз врачебная бригада немного нарушила традицию, добравшись до Дубового Лога своим ходом. Почему немного? Так транспортом послужила одна из подаренных мною карет «Скорой помощи», то есть, по сути, почти тот же самый фургончик. Автомобиль направили к подземному крыльцу, где я встречал уже знакомую бригаду лично, после чего «Скорая» поехала назад в Смолевичи. Тут мы с доктором Сверчаковским сошлись во мнении: ждать неизвестно сколько, а если вдруг понадобится доставить кого-то в больницу, то у меня здесь свой автопарк имеется, на все случаи жизни.

Кстати, об автопарке. Оба подаренных автомобиля отлично себя зарекомендовали, и активно используются — по городу и вдоль всех пяти трактов: на Минск, Смиловичи, Червень, Борисов и Логойск. А вот к деревням, что лежат не на этих, с позволения сказать — магистралях, за редким исключением проехать на автомобиле можно очень и очень редко. Как выразился на сей раз не дед, а доктор:

— Дорожная сеть в нашем районе, к сожалению, зияет большими дырами. Такими, что в них и кит проплывёт, фигурально выражаясь.

Этим летом, когда все жаловались на засуху, или зимой, если большого снегопада не было достаточно долго, чтобы снег успели утоптать — доехать получалось почти везде, в иное время… В лучшем случае — на автомобиле до поворота с тракта, а дальше — всё та же телега. И обратно — на телеге до вызванного по мобилету моторизованного экипажа. Дед говорит, что при наличии движка хотя бы в сто двадцать сил можно сделать, как он выразился, «проходимца на базе „Нивы“ здорового человека», а уже на основе этого автомобиля соорудить новый вариант «Скорой» для сельской местности. Деда, под шумок, тогда опять понесло на тему «почему на единственном настоящем внедорожнике самый дохлый мотор из всех возможных», с историческими экскурсами и сравнениями с рассуждениями, но на сей раз ненадолго, минут на десять-пятнадцать.

Где только взять мотор на сто — сто пятьдесят «лошадей»? Очень много где нужен, ещё больше мест, где пригодился бы, только вот нет его совсем в продаже, ни электрического, ни магического, ни даже парового, хоть я и не представляю, зачем бы такой мог понадобиться. Опять «сделай сам»?! Было бы из чего и когда! Да и вообще, я же не на диких островах каких-то живу, чтобы автаркию строить, а в Империи! И так уже столько направлений деятельности в моих владениях освоены, что, пожалуй, только металл сами не плавим и колёса к технике закупаем. И моторы, но уже не все, часть — самодельные. Причём и эти исключения лишь частичные. Да, из руды металл не плавим — зато мы его переделываем, те же алюминиевые сплавы идут своего изготовления, некоторые сорта стали тоже сами… Слово «варим» тут не подходит, но и отдельного слова, чтобы описать легирование порошками, как по поверхности, так и во всём объёме, не существует ни в одном языке. А вот по поводу колёс приходится страдать так же, как и по поводу моторов. Если диски, узлы крепления и прочее «железо» мы давно уже и успешно переделывали целиком и полностью, по факту — просто изготавливали своё «с нуля», то вот резина… На задние оси грузовиков давно уже ставим сдвоенные колёса, хоть они и так по общей ширине остаются недостаточными, но всё же держат хоть немного, а лучше.