Рыжая Луна
Шрифт:
«Король» появился естественно первым и был абсолютно белым, как и его родители, но за маленьким исключением, между его ушами, словно корона, было расположено черное пятнышко. Он был самый быстрый из котят, всё что видел, тут же считал своим и никого не спрашивал. Он был азартен и шустрый и его забрали первым.
Вторым был «Чертенок» с двумя черными маленькими полосками, как рожками над глазами. Очень ранимый, ласковый и милый котенок. Его у нас забрала пожилая старушка. Имя ей не понравилось, и я уверена, что вскоре он стал «Пушистиком», а может просто «Васей».
«Сладкая парочка», это сестры-кошечки, трехцветные, озорные «бестии», одним словом. Их черно-бело-коричневый окрас многих отпугивал. И их долго не забирали. Смущение будущих хозяев вызывал тот факт, что родители были белоснежными, а эти крошки как будто не их породы. Мы их «пристраивали» почти три месяца.
Мне сейчас вспомнилось, как тогда изменился Томас, он словно сознал свое отцовство и занялся воспитанием котят, он «дежурил», пока Масяня кушала и «вылизывал» котят, если наступало время «туалета». Мы тогда отдали им наш старый черный чемодан, а «подстилкой» сделали мою старую сорочку.
Еще раз родителями, наши коты стали спустя 5 лет, в 2013 году, до этого мы им давали «Контра секс», а, он предохранял от беременности, но ни от их недельного романтического «загула» и криков. Соседи порой стучали нам в стену, мол, что вы там над кошками издеваетесь, а мы были бессильны, хоть как-то унять страстную натуру Масяни
У животных все проще, хотят – едят, спят, играют и занимаются любовью и не важно, есть ли свидетели у происходящего или нет, ночь сейчас «на дворе» или день.
По самый наш отъезд в Прагу на Новогодние каникулы, Масяня подарила нам Пусю
Она как актер Брюс Уиллис, осталась в живых только одна, словно героиня в боевике. В реальности все было гораздо печальнее, четверо котят (ее братьев или сестер) умерли почти сразу после рождения. А она последняя, пережившая гипоксию и уже почти не подающая признаки жизни, выкарабкалась. Правда, ее жизненные испытания на этом не окончились. У Масяни через 2 дня пропало молоко, а мы с Мужем не сразу это поняли.
«Мяукает котенок, бывает», -думали мы, проходя мимо коробки, где они лежали. Пуся мяукала изо всех сил, а мы не понимали почему. Еще через три дня Масяня перестала обращать на нее внимания и «ушла» из коробки.
Мы решили понять, что же случилось, и заглянули в «домик», а Пуся почти уже не двигалась, обессилив от голода и холодного отношения к ней Матери, и почти перестала дышать. Томас тогда не мог ухаживать на Пусей так как сам «приболел» и все время лежал на подоконнике, глядя в бесконечную белоснежную мглу за окном.
Я все чаще думаю, что кошки все понимают и устроены гораздо сложнее, чем мы о них думаем. Просто за видимой легкостью самой кошки, мы не замечаем их глубину души, отражающуюся в их бездонных глазах.
Так вот, возвращаясь к Пусе. Она имела тот самый пресловутый трехцветный окрас, не имея ничего общего со своими белоснежными родителями, шкодливый характер и огромную жажду к жизни. Она, пережив практически клиническую смерть была гиперактивна.
Когда мы с мужем начали кормить ее к бутылочки, она с жадностью все выпила до последней капельки. Она смешно и жадно сосала соску, что нам было даже немного страшновато ее кормить. Котенок просто хотел жить…
Ко второй неделе рождения и немного окрепнув на смесях, Пуся училась ходить, а ведь глазки до конца еще не открылись, она «тыкалась» из стороны в сторону на мяуканья Мамы и Папы, но ее попытки познать мир были больше комичны, чем результативны
Конечно, сразу же стало понятно, что Пуся – победительница, ее энергичности и стремлению во всем быть первой может позавидовать даже человек
Мы с Мужем «терялись» в догадках, каких хозяев искать нашей Ларе Крофт
Но все решилось само собой. Ее решила через два с половиной месяца забрала к себе Свекровь. Правда имя немного изменила вместо «Пуси», она была названа теперь «Пулей» и новое имя было ей под стать. К сожалению, через полгода ее не стало. Она прыгнула с балкона, пока никого не было дома. Прямо с пятого этажа охотясь за птицей, она рванула за перила и, не успев сгруппироваться, разбилась насмерть.
Увы, Пуля была последний котенок наших питомцев. Больше «детей» у них не было.
Наш Том все больше болел и однажды «переступив» своими пушистыми белыми лапками через свой одиннадцатый день рождения, он просто ушел. Кошки сами решают, когда им уходить.
В тот зимний вечер две тысячи шестнадцатого года к нам пришли наши друзья, собралась большая и шумная компания. Обычно, если в квартире становилось слишком много народу, наши коты просто прятались где-то, к примеру, в шкафу или под диваном, могли даже в ванной пересидеть «нашествие человеков»
И вот ближе к полуночи, когда все разойдутся, они снова вылезали из своего «укрытия».
Конечно, коты кого-то узнавали по голосу и к ним подходили, но шумные разговоры и музыка их смущали больше.
Мы с Лешей старались не трогать их в это время, стресс у котов тоже бывает. Так же мы поступили и в этот раз. Проводив друзей и помыв посуду, мы с Мужем стали аккуратно подзывать котов на поздний ужин, Масяня выбежала, сражу из ванной, а вот Томас не откликался. Мы не придали этому значения и только спустя часа полтора, перед самым сном, когда Муж позвал Томаса, чтобы мы все легли спать, мы забеспокоились. Томас даже в самое пекло жары две тысячи десятого года продолжал спать с нами, а на дворе было начало декабря и с отоплением в квартире были всегда проблемы, спали с обогревателем, а Томас к нам не шел.
Муж быстро натянул свитер и спортивные брюки, выбежал на лестницу. Я оделась и пошла за ним. Мы прошли все «пролеты» этажей нашего подъезда с первого по девятый, три раза, облазили все углы, но все тщетно.
Обеспокоенные и замершие мы вернулись к квартире, укладываясь спать мы говорили себе: «Все будет хорошо, Томас просто решил погулять. Завтра мы его найдем»
Мы искали Томку всю субботу, Леша в минус семнадцать и сильный ветер обошел все чердаки и подвалы нашего дома. Я тем временем разметила во всех социальных сетях объявление с фотографией нашего Томаса. Звонков было много, но не про нашего кота. Он словно «провалился сквозь землю». Ни следов, ни надежды…
Уже через месяц, мы «махнули рукой» на поиски.
Томас был взрослый котяра, но он все свои четыре лапы был абсолютно домашний. Вряд ли кто-то бы решился взять к себе такого взрослого кота, со своими «тараканами» в голове и привычками. Я по всем близлежащим домам тоже расклеила объявление, я все-таки верю в людей.
Сам Томас мог просто выбежать и испугаться, и возможно куда-то залезть, а потом стал замерзать и выбраться не смог.
Мы с Мужем в итоге успокоили себя тем, что он сам ушел, пришло его время.