Чтение онлайн

— У высокородных не много выбора.

— Вот и договорились.

— Рыжий! Смотри!

Лита запрыгнула на стол и закрутилась на нем раскинув руки. На ней была копия моего доспеха, только с двумя ногами. И красный орел на нагруднике тоже был.

— Я просто подумала, что хочу как у тебя и вот! Вот! Вот!

Черная коза в форме клана Великая Русь прыгала на столе.

Вот теперь Лита обрела некоторые преимущества неподконтрольные ни мамочке, ни папочке. Хочется верить, что ангел из нее, со временем, получится.

— Я иду к хамухам. Не от имени Черного Эля, а от имени Великой Руси.

Но Мама Мать неожиданно поставила условие:

— Вначале убираешь своих зверей из первого зала, чтобы больше никто их тут не видел. Освободи первый зал для Латопа Лигура Черный Эль!

Ну да. Таковой жест обозначит, что мне не нужен этот трон. Что власть над Черным Элем — не мое. Умница жена у Латопа.

— Как скажешь, высокородная. Лита, будешь болтать — выгоню из клана и все станет по прежнему.

Мама Мать достала из выреза платья костяной свисток, но смотреть как она будет надувать щеки пересказывая новости мужу, я не стал. Прости, вселенная, мне недалеко. В первом зале царила чистая радость. Четырнадцать дракош замерли охраняя трон. За троном шли «мультики в коридор». Неизвестное количество черных эльфов уже получило облучение идиотизмом и пора это остановить.

50 литров мембранки свернулись в ком.

— Аргумент, 50 поделить на 14?

— 3.57142857143

— Спасибо.

По 3.5 литра в грудь каждому дракончику. Все, друзья, теперь вы станете свободны. Только вот функции ваши сменить надо. Желаю полностью изменить 14 протоличностей.

Сформулируйте четыре функции и три ограничения

Ф1 — долететь до голубой дырки

Ф2 — выбрасывать обратно телепортом всех, кто пытается проникнуть в голубую дырку извне

Ф3 — саморазвиваться в умненьких и добреньких

Ф4 — помнить папу

О1 — никогда ничем не ограничивать саморазвитие

О2 — никогда не создавать империй, республик и торговых союзов

Вы изменили 14 стабильных протоличностей «Мо», «Ма», «Му», «Ме», «Ми», «Ло», «Ла», «Лу», «Ле», «Ли», «Со», «Са», «Су», «Се»

И хорошо. Дракоши по одному стали вылетать из первого зала. Счастливого вам хаоса, малыши. И еще литр протометаморфа лишний на руках остался.

Из этого сиротского литра я сделал себе штаны. Просто штаны под доспех. К хамухам идти разговаривать надо безоружным, с голым торсом. Почему это казалось мне единственно верным? Потому, что я помнил лихого Йоду, и так же как он тогда, шел «только говорить».

Демонстрация равнодушия к смерти — визитная карточка мужчины, насколько я эту расу понял. Как Черный Эль с ними мир заключил? Чем таким Латоп или Лигур смогли их впечатлить?

Можно сделать Доспех Рыжего прозрачным и не снимать его, но я паладин хаоса, а не сикливый имитатор. Я хочу быть, а не слыть. И в этой простой потребности духа отказывать себе не собираюсь. Потому Доспех Рыжего я скрутил в дулю и принайтовил к Чапе позади себя.

Господи, помилуй. Чапа остановился ровно в десяти метрах от лагеря хамухов. Границу обозначал лежащий в траве, в позе отдыхающего, часовой. Он был как и я в одних штанах, правда с ножом на поясе. Правее и дальше серые носороги хомячили сиреневую траву, некоторые плескались в мелкой протоке. Я их быстро пересчитал — 16 штук.

Прямо за лежащим часовым, в тридцати метрах, горел костер, и вокруг него занимались своими делами другие хамухи. Никаких оборонительных мероприятий, кроме вот этого лежебоки. Да может еще пара таких же с разных сторон стоянки. Они «пришли говорить». О чем же?

Лежащий смотрел равнодушно и молчал. Ну да. Он же не баба, а мужчины не удивляются даже живым рыжим бабазякам. Ну, по крайне мере, не выражают во вне свое удивление (припомнилась Мама Мать с ее невозмутимостью). Тогда начну я:

— Хамух мамка гнать мокрый тряпка лес?

Хамух звонко свистнул и ничего не ответил. Однако другие, которые давно меня заметили, но, очевидно, ждали этого свиста, сразу же направились к нам. Этикет, однако.

Среди них выделялся явный лидер. Не размерами и повадкой, а возрастом. Старый хамух подошел и сел в траву рядом с лежащим часовым. Остальные расположились вокруг него, как на пикнике. Старик смотрел на меня изучающе. Увидеть бабазяка он явно не ожидал. Но никаких всхлипов: «Ты белый!», просто внимательный взгляд. Эти ребята нравятся мне все больше и больше.

Очевидно я первый, кто здесь к ним подошел на расстояние разговора, и ждать они уже устали. Наконец старик вздохнул, повел рукой вокруг и произнес:

— Воздух. Трава. Хамух гулять.

В смысле они сюда подышать воздухом и погулять приехали? Отличный дипломатический ход. Но что мне с этим его ходом делать? Может так?

— Гулять?

Сильно задумчиво вопросительно.

— Гулять!

Сильно радостно утвердительно.

И я пнул Чапу пятками. Мы тихим торжественным ходом направились прямо к костру. Часовой ловко увернулся от Чапиных тумбочек, старик даже не пошевелился, но он и сидел не прямо по курсу. Двое помоложе вскочили, но старый хамух поднял руку в жесте «стоп».

Мы прочапали вплотную к костру. Я слез с носорога. Где тут еда? Ага, печеная рыба! Я все таки съем тебя, не там, так здесь. Думаю образное мышление хамухов словит ассоциацию. Они гуляют по лесу Черного Эля, а я гуляю по их лагерю. Воздух, трава, печеная рыбка вот кстати.

Я прислонился к Чапиной ноге, чтобы не дай Бог Доспех Рыжего не решил, что он слишком далеко от меня и уже собирался вонзить зубки в теплый пахучий рыбий бок, как на поляне грохнуло. Хамухи самозабвенно ржали.

Они тыкали друг друга кулаками, повторяли друг другу это «Гулять» разными интонациями и совершенно по лошадиному ржали. Ржал даже старик. И ладно. Рыба по прежнему со мной и я ее беспощадно съем.

Было вкусно. Старик затих первым, подошел и устроился у костра напротив. Остальные все еще ржали, но уже расходились по своим делам. Какие тут у них дела? Валяться в траве? Для чего они прибыли сюда на своих носорогах, я пока так и не узнал. Но сейчас была не моя очередь говорить. Потому я доедал рыбу молча. А доел — бросил в костер ее тонкий скелетик.

Старик махнул рукой, и к нам принесли странную конструкцию. Две большие круглые плетеные корзины были соединены между собой толстой палкой. Длина палки — около полутора метров. В корзинах что-то живое и зеленое. Эту штуку бросили у меня перед носом. Старик похлопал по ней рукой:

— Шаман делать. Смотри.

Смотрю. В корзинах явные протометаморфы. Боже! Это уркла. Точнее уркла разрубленный надвое. Верхняя половина в одной корзине, нижняя половина — в другой. И две половины непрерывно пытаются воссоединиться.

Для половинок протометаморфа щелей в этих корзинах достаточно, чтобы протечь навстречу друг другу и восстановить ту «самоидентификацию» к которой его приучили. В конце концов протометаморф может решить эту проблему телепортацией. Но, очевидно, хамух шаман не только собрал конструкцию, но и приколдунил ее неким колдунством.