Чтение онлайн

— Золото высшей пробы, клейма, швейцарский механизм…

— Да, хорошие часы, — сдержанно похвалил дежурный. — И что?

— Часы принадлежат отцу Захарию! Покойнику!

Теперь дежурный заметно напрягся:

— Э… дедуля, а откуда у тебя самого взялись эти часы?

— В том-то и дело, — залепетал старичок. — Мне их принесли. Только что.

— Так, — произнес дежурный тоном, который не предвещал ничего хорошего. — И где часы?

— Пока что у тех, кто принес.

— А кто принес?

— Трое подростков. По виду вполне приличные дети. У одного даже был при себе паспорт. Они хотели сдать мне эти часы на комиссию или как там… одним словом, они желали получить за часы деньги.

— И много?

— Тридцать тысяч рублей.

— А часы того стоят?

— О! Они стоят во много раз дороже! Но дело-то не в этом! Я сразу узнал эти часы. Буквально пару месяцев назад отец Захария лично заносил их мне, чтобы я их почистил. Я ведь сам часовщик. Но в последнее время люди стали пользоваться дешевыми часами, которые не требуется чинить, проще купить новые. И я был вынужден переквалифицироваться в старьевщики. Арендовал помещение, начал скупать барахлишко у населения. Сам и продавец, и владелец.

Эти объяснения старичка в большей степени были адресованы подругам, а не дежурному, который и так знал, чем занимается торговец.

— Так и что с часами? — спросил он у старичка.

— Но хоть я теперь и занимаюсь ремеслом старьевщика, но отец Захария знает… вернее, знал, что в своем прошлом я весьма хороший часовых дел мастер, и поэтому доверял мне свои часы.

— А что сказали мальчишки, как эти часы попали к ним?

— Они сказали, что они достались одному из них от деда. Что он лично передал их своему внуку, когда умирал.

— Соврали, получается?

— Соврали. Конечно, я уже знал, чьи это часы, но притворился, что поверил мальчишкам. Сказал, что деньги я им дам, только мне нужно за ними сбегать домой, потому что при себе у меня такой суммы нету. Они мне поверили, очень наивные ребятки. Они обещали зайти ко мне через полчаса, чтобы закончить сделку.

И устремив на дежурного взгляд, он требовательно произнес:

— Ну что?

— Что?

— Что мы с вами делать будем?

Но дежурный соображал туго. Во всяком случае, куда туже, чем подруги. Они-то мигом догадались, что мальчишек нужно хватать. Потому что такие дорогие часы не могли появиться у них сами собой. Они явно украли их у отца Захария. Вот только у живого они взяли или уже у мертвого?

— Мальчишек надо задержать, — подала голос Кира. — Кто у вас есть в отделении?

— Кто? — растерялся дежурный. — Только я и есть. Воскресенье ведь.

— Ну, и еще мы трое. И гражданин продавец. Думаю, что справимся.

— Не знаю, — засомневался продавец. — Ребята для своего возраста очень крепкие. Сразу видно, что зубовские. У вас есть оружие?

— Есть, — кивнул дежурный, и все его немедленно зауважали за это.

Все-таки до какой степени для мужчины важно владеть оружием! Даже самый невзрачный и никудышный из них, вооружившись саблей или пистолетом, начинает производить впечатление сильнейшего самца в стае и имеет все шансы обзавестись лучшей самочкой, а может быть, и несколькими.

Между тем дежурный, получив четкие указания, собрался, закрыл дверь своего отделения, и все вместе они двинулись в сторону скупки. Подростки уже толклись тут, с недоумением пялясь на закрытый замок. Увидев возвращающегося продавца в компании с дежурным, все трое мигом смекнули, что дело тут нечисто.

— Атас! Бежим! Нас сдали!

И все трое бросились наутек.

— Стоять! — закричал дежурный, выхватывая пистолет. — Стрелять буду!

Но мальчишки и не думали останавливаться. И тогда дежурный выстрелил первый раз в воздух, а затем, опустив руку с зажатым в ней оружием, сам бросился в погоню.

— Стреляйте, стреляйте! — азартно кричал ему вслед старичок. — Уйдут ведь! Стреляйте, не смотрите, что это дети.

Подруги с неудовольствием покосились в сторону продавца. Все-таки нельзя быть таким кровожадным. А старичок все не унимался:

— Стреляйте, я кому говорю!

Но дежурный был человеком славным, стрелять он не стал. Вместо этого, нагнувшись на ходу, он поднял камень и запустил его понизу, целясь по ногам бегущих. Двое продолжали бежать, но одному не повезло. Подруги увидели, как прыщавый отпрыск Вирсавии неожиданно запрыгал на одной ноге, а потом рухнул на землю, визжа и корчась. Двое его приятелей убежали, не остановились и даже не оглянулись на упавшего товарища. Ни один не сделал попытки помочь ему встать и спастись.

Дежурный первым подбежал к упавшему подростку. Откинув его руки, он сам ощупал ногу.

— Ерунда, — произнес он. — Кость цела. Камень тебе всего лишь синяк поставил. Да не ной ты, оцарапало тебе всего лишь ногу, жить будешь!

Но сын Вирсавии продолжал орать благим матом. И возле них мгновенно образовалась толпа народу.

— Посмотрите, граждане, что делается-то на свете! Полиция за детьми с пистолетом гоняется.

— Что вы ерунду говорите! — возмутилась подоспевшая Кира. — Он не стрелял, он только угрожал им пистолетом, приказывая остановиться.

Но никто ее не слушал. Пистолет, который полицейский только сейчас спрятал в кобуру, вызвал в гражданах горячее неодобрение.

— Мальчонку-то подстрелили!

— Совсем уже обалдели, по детям стреляют.

— Врачей надо вызвать.

— А на этого стрелка жалобу прокурору написать!

Чувствуя, что общественное мнение не на его стороне, дежурный быстро обшарил карманы мальчишки. В его руках оказались золотые часы-луковица, с цепочкой, украшенные драгоценными камнями, которые ярко блеснули в лучах солнца.

Дежурный поднял часы повыше, чтобы их все могли видеть, и внушительным голосом произнес:

— Спокойно, товарищи! Эти часы были украдены данным подростком!

Часы произвели впечатление на толпу.

— Вроде как золото.

— И камни драгоценные.

— Откуда же такие часы у мальчонки?

Дежурный указал на поверженного подростка и сказал:

— Часы были украдены у человека, смерть которого расследует все наше отделение!

— Кого же это убили? — заволновалась толпа. — Уж не самого ли пророка из Зубовки?

— Его самого, — устало ответил дежурный и встряхнул пленника за шиворот. — Вставай, парень! Ничего серьезного у тебя с ногой нет. Не придуривайся!

— Болит, — прохныкал парень. — Камнем по ноге, знаете, как больно?

— От синяка еще никто не умирал. А примочку холодную мы тебе можем и у нас в отделении сделать!

— Все-таки надо бы мальчика в больницу, — робко произнесла какая-то очень уж сердобольная женщина.

Но настроение толпы резко переменилось, и теперь на нее со всех сторон зашикали.