Чтение онлайн

— Ничего, не помрет! Как стариков убивать, да ордена и пенсии у них отнимать, так это они уже взрослые. А как отвечать, так сразу детьми прикидываются.

Дежурный рывком поднял перепуганного мальчишку на ноги. По его прыщавому лицу текли потоки слез. И он жалобно канючил:

— Дяденька полицейский, я ни в чем не виноват! Мне больно! Пожалуйста, отпустите меня!

— Сейчас врача тебе вызовем, первую помощь окажем, а потом поговорим с тобой.

— Я ничего не делал.

— Поговорим, тогда и решим, делал или не делал.

— Но я не виноват ни в чем! Отпустите!

— Расскажешь нам, откуда у тебя эти часы, тогда и отпустим.

— Я их нашел! Честно! Ну, спросите хотя бы у моих друзей.

— То-то твои друзья от нас драпанули, как только меня в форме увидели. Что? Совесть не чиста? Поэтому побежали?

— Нет, они просто испугались. Дядя, мы ничего плохого не сделали!

— Только часы у покойника сперли, да?

Но тут нервы у мальчишки окончательно сдали и он завопил:

— Я ни в чем не виноват! Это все они! Это они на него набросились! Это они его убили! Они, они, они! Не я! Нет, не я!

У него началась настоящая истерика. Хорошо, что к этому времени они уже добрались до полиции, где их ждал врач. Он быстро вколол мальчишке какое-то лекарство, а потом, когда тот притих, осмотрел синяк на ноге. На поверхности икры расползалось большое багровое пятно, сосуды у парня были никудышные. Но нога сгибалась и разгибалась исправно.

— Все в порядке, можете его допрашивать, — дал заключение врач. — Перелома нет, сильный ушиб. Только я бы на вашем месте позволил ему немного прийти в себя.

— Допросим, и пусть себе отдыхает в КПЗ, пока начальство не приедет, — вытирая праведный пот со лба, произнес в ответ дежурный.

— Ну, как знаете.

И с этими словами врач удалился. Поняв, что он оказался в руках своих врагов совершенно без поддержки, сынок Вирсавии окончательно приуныл. После успокоительного укола он уже больше не бился в истерике, помалкивал, и, судя по быстрым пытливым взглядам, подросток старался сообразить, чем ему может грозить эта история. Он уже пришел в себя и понимал, что здорово влип.

Со своей стороны, дежурный совершенно не торопился. Он прекрасно сознавал, что преступник перед ним неопытный, с таким легко будет работать, если его предварительно помариновать немножко. Поэтому прежде, чем начать допрос задержанного, дежурный сначала позвонил начальству, обстоятельно доложив, что им задержан подозреваемый по делу об убийстве в Зубовке.

— При нем обнаружены личные часы потерпевшего. Золотые, старинные и с цепочкой. Да, да, подозреваемый пытался продать эти часы. Вполне возможно, что убийство тоже его рук дело.

Сынок Вирсавии каждый раз реагировал на это замечание одинаковым возгласом:

— Я не убивал! Это все они!

Но так как дежурный звонил трижды — сначала он позвонил майору, потом капитану, а потом еще и самому Мурашову, то с каждым новым сделанным дежурным звонком голос мальчишки звучал все менее и менее уверенно. Наконец он совсем стих и с тоской попросил у дежурного:

— Дяденька, вы только маме моей не говорите, пожалуйста, что я с часами натворил.

— Она все равно узнает, когда тебя судить будут.

— Как судить? — встрепенулся мальчишка. — За что? Я же его не убивал!

— Ну, допустим, а часы тогда откуда?

— Часы Валька взял!

— А тебя самого-то как звать?

— Иеремия.

— И уже ложь! Судя по паспортным данным, ты — Константин.

— Но отец Захария меня крестил и назвал Иеремией.

— Видишь, — осуждающе произнес дежурный. — Он тебя крестил, а ты его убил.

— Я не убивал! Сколько раз можно повторять? Это Валька в руках отвертку держал.

Это уже было похоже на начало диалога. И дежурный заметно оживился:

— Какую отвертку?

— Обычную… металлическую.

— И что же вы на старика с металлической отверткой напали?

— Да не нападали мы на него. Не знаю, откуда он вылез. Как из-под земли появился. Мы там стояли, о своем разговаривали, а он на нас набросился. Мы сначала даже не поняли, кто это такой.

— Отчего же не поняли?

— Так ночь уже была. Темно. Почти полночь.

— И что же вы в полночь по улицам шатались? Чего вам дома не сиделось?

— Дело у нас было, — хмуро произнес подросток, опустив глаза.

— И что за дело?

Но Костя молчал. И тогда дежурный предположил:

— Небось с девушками собирались познакомиться?

Костя вздрогнул и устремил на него удивленный взгляд:

— А вы откуда знаете, дяденька?

— Да уж чего тут не знать, — усмехнулся дежурный. — Стоит на твои прыщи взглянуть, сразу же ясно становится, о чем у тебя мысли в голове крутятся. И что? Симпатичная хоть девушка-то?

Костя замялся.

— Я не знаю, — наконец признался он. — Это Валькина знакомая. Она тут в городе живет.

— И что за девушка?

— Валька сказал, что она всем дает, только ей самой за это денег нужно дать.

— Вот как… И много?

— Нет, не очень. Тысячу рублей.

— Действительно, вполне приемлемая такса за удовольствие. И вы решили ограбить старца, чтобы потом продать его часы и разжиться деньгами для снятия проститутки?

— Она не проститутка! — дернулся Костя. — К проститутке я и сам бы не пошел никогда в жизни! Мама говорит, что у тех, кто к проституткам ходит, носы отваливаются! А Лиля — она хорошая.

— Только за секс деньги берет, — усмехнулся полицейский. — И не проститутка при этом! Адресок этой Лили мне не подскажешь?

— Я не знаю. Валька должен был меня к ней отвести. Он сам к ней ходил, ему бабка на день рождения целых полторы тысячи дала. Лиля ему за эти деньги целых два раза позволила.

— Молодец, Лиля, — машинально похвалил дежурный. — Знает, что постоянным клиентам скидка полагается. Ну, а со старцем-то вы чего не поделили?

— Мы его не видели, когда разговаривали, — принялся объяснять Костя. — Не знаю, откуда он там вообще взялся. Там сад заброшенный и дом пустой стоит. Вроде бы никого не было, когда мы пришли. Мы думали, нас там никто не услышит. Отец Захария на молитве. Остальные все спят. А потом шорох, и вдруг на нас кто-то накинулся.