Чтение онлайн

— Да? — раздался металлический голос.

— Это я.

Дверь зажужжала, и Юзи вошел, проверив, чтобы она плотно закрылась за ним. В лестничном колодце было непривычно тихо, пахло коврами и мочой. Тяжело ступая, Юзи стал подниматься по ступенькам; когда он добрался до четвертого этажа, дверь квартиры была открыта и слышалось, как внутри работает телевизор. Он вошел.

— Юзи, братишка. Что, черт подери, с тобой стряслось? — спросил Авнери, подходя к Юзи с двумя бутылками пива.

Юзи, не ответив, схватил одну из бутылок и сделал большой глоток.

— Какие-то проблемы? — поинтересовался Авнери, и было неясно, шутит он или нет.

Юзи убедился, что занавески задернуты, вытащил из-за пояса «рорбау» и положил его на стол. Потом рухнул в кресло и допил остатки пива. Квартира была совершенно голой, никаких личных вещей, только мебель. Авнери налил ему стакан воды, но он отмахнулся.

— Спасибо, что пришел, — сказал Авнери, улыбаясь, как будто у него сегодня день рождения. — Не хотел говорить по телефону. Есть новости.

— Давай.

— Они поступили.

— Что?

— Деньги, брат. Они поступили.

Юзи ощутил волну холода, потом жара, потом мир как будто сжался и тут же расширился.

— Вся сумма?

— До последнего доллара. Проверь счет по Интернету, когда вернешься. Мы богаты, братишка. Богаты.

Внезапно опьянев, Юзи вскочил на ноги и не успел глазом моргнуть, как они с Авнери уже обнимались. Потом он опять повалился в кресло. Весь мир казался совершенно другим. Не забывай, кто ты. Верь.

— Важно не пороть горячку, — сказал Авнери. — Деньги у нас. Пока все хорошо. Но нам нужно сматываться. Как только информация появится в «Викиликс», Бюро погонит нас как крыс.

— Когда она появится?

— Сегодня вечером.

— Рановато.

— Наши спонсоры не хотели ждать. Выборы приближаются.

Юзи огляделся.

— Тогда понятно, почему такой интерьер, — сказал он, — вернее, почему он отсутствует.

— Я все вычистил, — ответил Авнери. — Хотел предложить тебе встретиться в баре, но решил не рисковать. Мой самолет вылетает через шесть часов.

Повисла пауза. Мало-помалу буря эмоций в груди Юзи унялась, стихнув до слабой вибрации.

— Значит, — проговорил он наконец, — сегодня твой последний вечер. Ты готов исчезнуть?

Авнери кивнул в сторону двери, где под курткой лежала сумка через плечо.

— Полюбуйся, — сказал он, небрежно бросая на стол зеленую книжицу паспорта.

Юзи взял ее в руки.

— Немецкий? — спросил он.

— Jawohl, [22] — с поразительно достоверным выговором ответил Авнери. — Там, куда я направляюсь, немцам всегда рады.

— Только не говори мне куда.

— И не собирался.

— Хорошее качество, — сказал Юзи, пристально разглядывая фотографию. — Документ высшего уровня, да?

— Еще одна причина, по которой стоит цепляться за место в Бюро. Когда захочется исчезнуть, ты сможешь это сделать.

— Вот и все, — проговорил Юзи, отдавая паспорт. — Смерть Илана Авнери. Конец главы. Прощальные слова будут?

— Деньги, — сказал Авнери, — вот мое последнее слово.

— Великолепно.

— Теперь перед тобой Франц Грубер, — объявил Авнери. — По-моему, хорошо звучит, а? Франц Грубер.

— Мне нравится, — отозвался Юзи. — Вязнет в зубах. И ничем не напоминает настоящее имя. Чем больше разница, тем лучше.

— «Викиликс» расставили сети на большую израильскую рыбу, — сказал Авнери. — Все готово. Завтра ты прогремишь в заголовках, выйдешь против премьера, развеешь зерна «Корицы». Самый что ни на есть момент истины. Теперь смотри в оба. — Он хлебнул пива и придвинулся ближе. — Юзи, братишка, — сказал он, — время еще есть. Где наша не пропадала. Почему бы тебе не…

— Забудь, — резко оборвал его Юзи, — у меня в Лондоне идет масть, и я не собираюсь выходить из игры. Пока что Бюро не сумело меня найти, хотя я слил достаточно информации, чтобы стать мишенью номер один. Если бы они могли до меня добраться, то уже бы сделали это. Тут можешь мне поверить. Их радары меня не берут.

— Ты правда хочешь прожить остаток дней в страхе?

— Я не боюсь, — просто сказал Юзи. — Если со мной что-то случится, Либерти оповестит ЦРУ и прессу. И Израилю придется разгребать очередной грязный скандал. Они только еще больше усложнят себе жизнь.

— Если только не заставят замолчать Либерти.

— Не заставят. Не смогут.

Что-то в тоне Юзи заставило Авнери поднять голову, резко.

— Ты с ней спишь, да? — спросил он.

Юзи пожал плечами.

— Только не говори, что влюбился, — со вздохом сказал Авнери, — что полностью потерял контроль.

— Знаешь что? — отозвался Юзи, допивая пиво. — Думаю, я влюблен. Пожалуй, да. Это здорово. Попробуй как-нибудь, не пожалеешь.

— Что с тобой? С ума сошел, что ли? Рассуждаешь как пятнадцатилетняя девчонка, — с досадой проговорил Авнери. — Либерти — наркодилер. И не какой-нибудь наркодилер, а крупнейший из игроков Лондона. Одному богу известно, чем еще она промышляет. Она много в чем замешана.

— Она хочет выйти из этого бизнеса. Мы оба хотим.

— Выйти?

— Да. Последнее крупное дело, и мы выходим. С полными карманами.

— А потом?

— Потом отыщем тихое местечко. Начнем с чистого листа.

— Тебе больше не нужно идти ни на какое дело. Тех денег, что у тебя есть, хватит до конца жизни.

— Либерти хочет провернуть последнее дело. Не знаю, что это, но похоже, для нее это важно. Потом мы уйдем.

Авнери недоуменно покачал головой.

— Кого ты пытаешься обмануть? — спросил он. — Наркодилеры просто так не уходят, только не с тех оборотов, на которых сидела Либерти. Им нельзя бросить, отойти от дел, сбежать. Они играют до конца.

— Ты не понимаешь, — проговорил Юзи, — ты просто не понимаешь.