Чтение онлайн

Он снова пожал плечами и сглотнул сухо.

– Во-первых, Рома, - дёрнула она за бантик, - я старше намного... Во-вторых, - дёрнула она ещё, и бантик съехал с зашуршавшего целлофана, - во-вторых... – снова повернула она свои красивые глаза и остановила на нём взгляд.

– Ладно... и первого хватит... – усмехнулась невесело.

Он прислонился к стене и стал шарить по карманам, ища сигареты. Приоткрыл дверь, закурил. Сразу потянуло холодком по ногам. Запахло соляркой и маслами.

– Ой, Рома!.. Ты потратил на меня сколько денег... – разворачивала она пакет с улыбкой. – Я столько не стою. – Усмехнулась безразлично. – Хотя нет, десять тысяч...

Ему стало нехорошо. Хотел спросить о многом. Сразу. Но боялся.

– Шампанское... – усмехнулась она веселей.

– А что... Во-вторых... – резко вылетело у него.

Она опять посмотрела пронзительно, но отвела глаза сразу.

– Сегодня Новый год... Ты где будешь встречать?

– Тут наверное... – серьёзно сказал он.

– А где хотел? – улыбнулась она веселей.

Он опять, в который раз, пожал плечами и не выдержал, отвернул глаза в сторону.

– Я же... купил это... – качнул он взглядом к столу.

Она вздохнула. Опустила голову и опустилась сама на стул. Заговорила, не поднимая глаз.

– Мы познакомились у меня в кабинете. Он пришёл со своей дочкой. Девочке было пять лет. Она заболела. Потом ещё раз, потом ещё... Потом он попросил полечить её дома. Потом... Я его пожалела. Думала, вот, какой заботливый... Он меня завалил всякими вещами. Дорогими... А девочка была капризной... Он и её завалил. Но мы расписались. Так. Без свадьбы. Не смогла я с дочкой справиться. Он стал меня учить... Оговаривать... И хотел ещё ребёнка. А я испугалась. Потом... он меня сильно обидел... Даже унизил... Я ушла. Случайно встретилась с Антоном, он предложил работу и пожить тут пока... Сколько захочу. Я ему благодарна и Люсе... Вот так, Ромочка...

– А Толик...

– А Толик, посмотрел на меня, как на плюшевого мишку, и тоже... Сказал, что всё для меня сделает... что захочу. Только не надо для меня ничего делать... Я сама хочу свою жизнь прожить, самой всё решать.

– Я тоже... – без улыбки ответил он.

Она подняла большие глаза на него и усмехнулась громко, запустив пальцы в волосы.

– А тебе сколько... – неожиданно спросил он.

– Двадцать семь... – опустила она глаза.

– А мне двадцать шесть, почти... – тут же ответил он прямо.

– И мне почти! – вдруг засмеялась она, опять заглянув в его твёрдо смотрящие глаза.

Но потухла сразу. Взглянула на пакет, усмехнулась себе.

– Ты меня искал, да?

– Искал...

– А почему?

Простой вопрос, а как ответишь? Он размышлял. Непросто говорить с ней.

– Захотел... увидеть... Думал все дни...

– А теперь? – повернулась она к нему, - будешь искать?

– Так... нашёл уже!.. – улыбнулся он.

– Хм... – качнула она головой и встала.

Он опять испугался. Что шагнёт сейчас мимо него и оставит на столе развёрнутый пакет. Она сделала какое-то движение и он не выдержал.

– Давай! – вскрикнул быстро.

– Что, давай?

– Ну... встретим Новый год вместе!

– Пожалел меня, да? Не надо... – опять шевельнулась она сжав губы.

– Нет, нет! – вскинул он руку, загородив ей путь.

Она посмотрела на руку, прищурила и подняла глаза. Он сразу опустил руку.

– Если уйдёшь... буду жалеть, - взволнованно выплеснул он, - и опять искать буду...

Шагнув назад она рухнула на стул. Низко опустила голову. Молчала и покачивала головой по сторонам. Потом снова, изучающе и надолго упёрлась в него взглядом. Но губы дрогнули и она улыбнулась.

– Ох, Рома... А почему ты не спрашиваешь, чего хочу я?..

– Не успел ещё... – не думая ответил он сразу.

Тогда она засмеялась. И продолжала мотать головой, будто всё ещё не веря ему. Он тоже улыбнулся.

– Тебя знаешь как зовут? В бригаде?

– Как?

– Царевна-несмеяна.

Несколько хлопков на улице прервали её вырвавшийся смех. Рома обернулся к двери.

– Посмотрим? Ты любишь, я видел... – улыбался он.

Она поднялась и взглянув на высокий пакет на столе, сказала с улыбкой:

– Захватишь?

Всё небо в фонтанах цветных, летящих огней. Хлопки раздавались то тут, то там, потом из-за реки. Вспышки и россыпи в небе появились над Покровским. То один за другим, а часто и вместе, грандиозные цветы вырастали над Холмами. По деревне ходили люди, знакомые и не знакомые. Смеялись и задирали вверх головы, не обращая внимания на них, стоящих в тени возле домика Игнатьевых.

Он тоже смотрел, но не вверх, а на неё, как первый раз. Смотрел, как змейками взвивались в её зрачках, на запрокинутом вверх лице, маленькие цветные точки. Тухли, за ними вслед вспыхивали новые и плавно исчезали, уступая место другим. Она мечтательно улыбалась, плотно запахнув полы шубы и держа руки крест-накрест, обхватила себя за пояс. Волосы крупными кольцами лежали вразброс вокруг вытянутой, изогнутой шеи.

Он, переминаясь, хрустнул обёрткой пакета и она тихо, не отрываясь глаз от зрелища, сказала с улыбкой.

– Отнеси в дом...

– А ты не убежишь?.. – серьёзно спросил Рома.

Её плечи вздрогнули от короткого смеха. Кто-то из прохожих обернулся на них. Выждав, он тихо, не выходя под свет фонарей, двинулся к крыльцу дома. Зайдя в крыльцо остановился неожиданно. На полу у самой двери, стоял большой пакет с торчащими вверх ручками. Рома ревниво осмотрелся, но не обнаружив никого вокруг, вошёл в дом. Вошёл, и опять замер от неожиданности. Весь стол на кухне, был заставлен тарелками с едой, чашками, вазочками и букет сосновых веток стоял в углу в глиняном, высоком горшке, похожем на крынку. Оставив подарок на стуле, он тут же вернулся. Хлопки ещё продолжались, но уже не так часто. Следующего цветного потока, надо было ожидать после полуночи.

– Ты гостей ждёшь?.. – спросил он просто.

– Я знала что ты придёшь, - ответила сразу она, не отводя от неба глаз.

– Откуда?.. – усмехнулся он.

– Ну как же... ты ведь, все вечера на окна смотришь, и по ночам даже...

– Ты... – запнулся он, - что, не спишь?

– Идём, - шагнула она неожиданно мимо него.

На крыльце остановилась, присела и молчала долго. Рома тоже молчал, стоя сзади.

– Толик, да?.. – подавленно спросил он, уверенный, что она безошибочно определит, от кого подарок.

– Да нет, - усмехнулась она громко, - Толик – он послушный, сказали - нет, значит – нет... – обернулась она на него, - это Люся, - добавила она мягко, ласковым голосом.

Вошли в дом. Она сразу прошла в комнату, за занавеску, бросив на ходу:

– Раздевайся, повесь там... – кивнула рукой не глядя.

Он снял короткую, на меху куртку, подошёл к столу, рассматривал с волнением. Затем вытащил шампанское из пакета, который подарил, огляделся и поставил у самой двери на порог, в холодок. Волновался. Тёр себе руки. Она опять пропала за занавеской. Он несмело подошёл, но остановился, не решаясь войти.