Чтение онлайн

– Ты что тут делаешь? – спросила тихо она.

Застывшими губами, он вымолвил с трудом.

– Я? Трактор тут делаю...

Девушка улыбнулась и хохотнула тихо, повернув голову к посёлку. А он, с открытым ртом, стал рассматривать её профиль. Шли секунды. Наконец, она снова улыбнулась и не поворачиваясь спросила опять:

– Слышала про тебя... А чего дрожишь?

Рома наконец пришёл в себя. И захотелось вдруг сразу включить себя прежнего, шутливого, довольного и шаловливого. Но она вновь повернула к нему голову. И посмотрела в глаза... Рома прикусил язык, а взгляда не мог оторвать.

– Что? – спросила она опять, улыбнувшись.

Треснула ещё ракета, ещё... Она повернула голову к посёлку и подняла к небу глаза. Он замер, наблюдая, как в её зрачках разбегаются точками огоньки. У него мелко стучали зубы и подрагивало тело. Огоньки в зрачках исчезли. Она улыбнулась опять не глядя на него.

– Хочешь чаю?

– А?.. – открыл он рот.

Она снова усмехнулась шумно, тряхнув волосами.

– Ты что, живёшь здесь со своим трактором?

Рома вопроса не понял. Только пожал плечами и всё смотрел на неё и мелко трясся телом.

– Пошли, - качнула она головой, - погреешься.

– Ты кто? – спросил он сквозь стук зубов.

Девушка вдруг засмеялась, качнувшись телом и сделала шаг к крыльцу, подошла к самой двери и обернувшись, сказала без смеха, но с улыбкой.

– Врач. Детский врач. У тебя есть дети?

– Откуда...

Опять смех в ответ. Потом взялась за ручку двери, сильно дёрнула на себя.

– Заходи... – и скрылась за дверью.

Но он всё стоял, продолжая трястись от холода. Соображалось плохо. Закурил. Но даже сигарета не держалась в застывших губах. Бросил. Подошёл к двери. За спиной опять хлопнула ракета и через секунду цветная россыпь озарила небо. Будто звёзды падают. Из посёлка снова донёсся задорный смех. Он обернулся, держась за ручку, пальцы застыли на морозе. Вдохнув ледяной воздух, рывком открыл дверь. Сразу пахнуло жаром натопленной печи. Горел неяркий свет. Шумел электрический чайник.

– Присядь у печки. Прижмись. Быстро отойдёшь. – не поворачиваясь сказала она.

Не раздеваясь сел. Она опять стояла спиной, но уже без шубы. Рома изучал её взглядом, пока она что-то делала на столе. Высокая, стройная. В джинсах и свитере. Волосы по лопаткам.

– Садись... – вдруг сказала она, не смотря на него.

Рома молча подошёл и сел бочком на табурет. На столе стояла крупная чашка крепкого чая, с которого вился вверх лёгкий парок. Банка с мёдом и длинная десертная ложка. Она развернулась молча и ушла в тёмную комнату, скрытую за занавеской. Он даже не успел разглядеть её лицо. Схватился за чашку, отдёрнул руку. Сидел не шевелясь долго. За шторкой тоже было тихо. От тишины зашумело в ушах. Отошли руки и он стал потихоньку глотать чай. Даже ложкой боялся брякать. В голове блуждали обрывки мыслей. Наконец, ощутил приятное тепло в теле. Даже жар в груди. Тихо поставил чашку.

– Когда пойдёшь, не забудь погасить свет...

Он вздрогнул от её голоса. Подошёл к двери. Огляделся. Нашёл выключатель и погасил свет, держась за ручку. В голове туман, не понимал что делает. Стоял не двигаясь. Никакая мысль не давала покоя и не задерживалась в голове надолго.

– Ты ещё не ушёл?..

– Нет...

– Не хочешь домой?

– Нет.

Опять тишина за шторкой. Ни одного звука. Никакого шевеления.

– За печкой комнатка. Там кровать. Но нет ничего... Укройся моей шубой. И не кури в доме...

У Ромы зажгло уши. Глотнул с трудом. Потом, не понимая себя, рывком открыл дверь и выскочил на морозный воздух. Студёная свежесть наполнила лёгкие. Быстро зашагал к дому – гаражу, вбежал почти, запнувшись за какую-то железку и не включая света, привалился к печке. Закурил. Успокоился немного. Так сидел долго и думал. Даже не думал, а слушал свои ощущения, как слушают музыку. Но звуки были странные – цветные. Точками рассыпались в чёрных зрачках, смотрели на него выразительными глазами, играли в улыбке её губ. Звучали в обычных словах, в смысл которых он не вдумывался. Закурил опять, закрыл глаза и открыто улыбнулся себе. Потом добрался до кровати и тихо улёгся. А перед глазами, ещё долго не угасал неясный профиль, озаряемый падающими с неба цветными звёздами.

Всё-таки, трактор Антон продал Роме. Только на длинный срок расчёт отодвинул. Собственно, о самом сроке даже не говорили. «Как сумеешь рассчитаться, так и документы оформим» – сказал Антон, - «...Так что себе делаешь!»

Но странное дело: как-то вдруг стал угасать интерес у Романа к технике. Нет, он добросовестно и почти ежедневно занимался по вечерам, сняв кабину, что б можно было приподнять немного. И дома появлялся всё реже, объявив отцу, что там и жить вполне можно. Но не в этом была причина. Улыбающийся профиль «царевны – несмеяны» н6е выходил у Ромы из головы.

– «Какая же она несмеяна, - думал он, - ещё какой приятный смех. С переливом голосок, такой, каким поют забытые русские песни. А вот царевна... Похоже что-то».

Так и не видел её больше. Хоть и выходил часто курить их ворот и проглядел все глаза в задёрнутые плотно занавески. Даже ночью выходил. Темно в окнах.

Рома стал задумчивым, даже заторможенным немного. Мужики шутили:

– Что, Рома, не выспался что ли? Трактор по ночам спать не даёт!..

– Храпит, что ли, сильно? – смеялись на ходу.

Он стал расспрашивать о домах, участках, не дают ли своим такие наделы? Оказалось, что вся бригада с весны возьмёт себе по участку, и сразу же, летом, строить себе будут, только через дом. Дом себе, дом другим. А кому, потом решат. Как только разговор о земле зашёл, так сразу дружба сама завязалась. Мужики, будто оттаяли, с охоткой поддерживали тему, изложив все планы, как на местности в целом, так и свои попутно. Только говорить долго не приходилось, больше урывками, между делом. Зато было время подумать в промежутках между разговорами.

Рому подбадривали, давай, мол, делай скорей свой трактор, по весне столько участков разработать надо, спать некогда будет! Но в последние дни разговоры про новый год больше. Кто куда пойдёт. Всей артелью в город собрались, обойти все магазины. А после полуночи, скорей всего в Холмы заявятся. Всем семейством и с детьми, у кого есть. Тут программа обширная для иностранцев. И нашим не запрещалось участвовать, и даже наоборот. Одно условие – алкоголя с собой не брать. Но теперь и не хотелось, шли больше, как на концерт. А ещё лошадки с бубенцами для детей, огромная ледяная горка, где и самому интересно покататься под визг немок. В общем, пошалить немного в новогоднюю ночь! Это позволялось. А в прошлый год в Холмах всем маски выдали ночью, заставляли надеть. Такой карнавал получился!.. Где наши, где иностранцы, не разобрать в темноте! Визгу, смеху было! Некоторые потерялись!.. Зачем тут алкоголь. Это от скуки раньше...

На этот год, планы у каждого свои. У Антона своя компания, Катька с Кириллом, Дмитрий с Натальей, бабушка. Брант в последнее время с Вадиком сдружился, они в доме у Бранта собираются. Туда же и Аньку зазывают. А всё одно – в новогоднюю ночь, все у кафе соберутся. Там и будет происходить главное действо. А какое в этом году, пока никто не знал...

Рома тоже решил в Холмах остаться. Походит, посмотрит, что за иностранцы такие. Ферверк будет, как в Москве, свои ребята обещали подойти. А главное – должна появиться она. Неужели не покажется? Не выйдет посмотреть на брызги праздничных огней в небе? И тогда он снова подойдёт тихо и спросит что-нибудь. А потом, как Дед Мороз, подарит ей подарок, который уже стоял в углу кухни, обёрнутый тщательно целлофаном, что б запахом соляра не пропитался. А может, она снова пригласит его на чашечку чая с мёдом. А если не пригласит? Тогда он пригласит её сам. Так, просто заглянуть и выпить фужер шампанского за знакомство. Всё у него уже приготовлено и порядок на кухне. Только, что сказать ей? А что сказать, он пока не знал. Но он, что-нибудь придумает потом. Главное, что бы появилась она Всё-таки, Новый год...