Чтение онлайн

Новый надзиратель сумел пройти магический заслон и не отставал от императрицы ни на шаг, превращая прогулку в нечто неприятное. Поэтому Тевера раньше обычного времени вернулась во дворец и устроилась в кабинете, приказав подать ей завтрак.

После напряжённого изучения очередной стопки документов, жалоб и прошений императрице предстояла вторая встреча с послами эмирата. Господин Гилрам настоял, чтобы императрица прежде ознакомилась с предоставленными вчера документами, чтобы иметь представление о том, кто пожаловал в империю и с какими вопросами.

– Прогнать бы их восвояси, - мечтательно протянула Тевера, споткнувшись на пункте «установление родственных связей».

– Невозможно, ваше величество, - сухо отозвался секретарь, скрывая улыбку. – Мы живём в мире множества государств, значит, должны уметь находить общий язык с самыми разными из них.

– Да это-то я понимаю, но кто согласится отдать свою дочь пусть и эмиру, но какой-нибудь сто двенадцатой женой? А своих женщин они нам не предлагают.

Господин Гилрам остро взглянул на императрицу, но промолчал.

– Кстати, что-то стало известно о Наргиде? – уже сменила тему Тевера.

– Да, вчера мой племянник посещал храм Нерождённого и видел, как его высочество сопровождали два инквизитора. И выглядел его высочество не лучшим образом, словно больной. И ещё племянник клянётся, что слышал, как патриарх сокрушался, мол, Наргид как узнал об обвинениях в адрес императрицы, так расстроился, что даже заболел.

– Вот ведь… старый лис в жреческой рясе! – Тевера ударила кулаком по столу с такой силой, что зазвенел писчий прибор. – Он всё подстроил. Знал, что я ожидаю делегацию; знал, что эмираты не станут вести дел с женщиной; знал, что без Наргида мне не справиться!

– Ваше величество, может и так, но у нас ещё есть шанс повернуть всё в свою строну, - сочувственно взглянул на императрицу секретарь. – Отправьте письмо своему жениху с просьбой немедленно приехать спасать вас из сетей эмирата. Послы же в это время могут продумать договоры с нашими министрами и гильдиями. А как только Дантор Берийский появится, всё сразу наладится.

– Это отличное предложение, господин Гилрам! Немедленно так и поступлю. А вы пока, будьте столь любезны, попросите принести мне берийского голубя.

Тевера и впрямь черкнула несколько строк, описывая постигшие её неприятности. Добавила, что вся её надежда на скорейший приезд княжича, но уверенности, что Дантор и впрямь появится, не было. Потому, едва голубь был выпущен в окно, императрица вновь надела все положенные ей статусом драгоценности и направилась в малую приёмную залу, где должна была состояться новая встреча с посольством, на сей раз в присутствии представителей большого имперского совета.

Малая приёмная зала была украшена менее помпезно, чем вчерашнее помещение, но Тевере нравилась больше. Мягкие зеленоватые тона стен и высокие окна, открывающие прекрасные виды на Белый парк создавали ощущение, что человек находится не в помещении, а среди деревьев. Мебель красного дерева усиливала это сходство, как и северные ковры с пушистым длинным ворсом. Бронзовые подсвечники поначалу могли бы ввести в заблуждение кажущейся скромностью, но стоило зажечь свечи, и они начинали играть всеми оттенками красного золота.

– Никогда в империи не научиться столь красиво выражать свои мысли, как это умеете делать вы, господин бен-Ратон, - стоило послу замолчать, чтобы перевести дух, проговорила императрица. – Язык вашей родины певуч, а взаимные славословия воистину бесконечны. Однако сегодня большой императорский совет собрался несколько по иным вопросам, к обсуждению которых мы предлагаем вам переходить.

– Сиятельная, мы с величайшим удовольствием выполним вашу просьбу, как только ты представишь нам правителя, готового держать ответ на наши предложения.

Это было бы почти грубо, если бы не сопровождалось очередным вежливым поклоном.

– Правитель в империи один, - всё же строже, чем нужно было, ответила Тевера. – Мы сейчас перед вами и готовы вас выслушать. Если же возникнут какие-то вопросы, господин Гилрам с удовольствием разъяснит их нам.

Посольство, склонив головы друг к другу, о чём-то зашепталось, затем господин бен-Ратон вновь заговорил:

– Нам известно, что в столице присутствует твой старший брат, посвящённый Нерождённому. И хотя законами империи жрецам запрещено вмешиваться в политику, беседовать с ним было бы удобнее, чем с тобой, не сочти за обиду, сиятельная госпожа.

– Брат нездоров, - сдержанно заметила императрица.

– Тогда его мог бы заменить твой жених, ведь, если слухи не врут, ещё при его величестве Тауберге ты обучилась с наследником Берийским.

– Наш жених уведомлен о необходимости своего присутствия в столице, но за одну ночь даже сказочный летающий ковёр не донесёт его из Берия до Дармата.

Посол изогнул губы в подобии улыбки, словно показывая, что оценил шутку императрицы, и вкрадчиво заметил:

– Но разве сиятельной не известно, что все берийцы – драконы? Им ничего не стоит превратиться в этих летающих ящериц и за день-другой преодолеть расстояние, которое покажется нам невероятным.

В зале поднялся гомон. Каждый имперец чтил Нерождённого, признавая божественной милостью творимые жрецами чудеса. Но превращение человека в нечто совершенно иное было не угодно богам – в этом храм успел убедить свою паству. Никто и никогда не решился бы вслух произнести нечто, подобное тому, что высказал сейчас посол эмирата.

– Нам известны эти слухи, но доказательств этому не существует, - сумела найти ответ императрица, пресекая возмущение своих советников.

– Что ж, тогда выход только один – ты должна немедленно избрать себе нового жениха, который будет говорить с нами от лица империи, - и посол торжествующе улыбнулся.

Наверное, каждый советник мгновенно представил себя или своего сына рядом с императрицей. Впрочем, гости с востока тоже, красуясь, выпрямили спины – и они неплохи.

– Довольно. – Тевера всё же разозлилась и позволила себе выразить это голосом. – Наши государства – добрые соседи, и были таковыми на протяжении многих веков. Однако империя никогда не поучала эмираты, как им надо жить, не стоит и вам навязывать свои взгляды империи. Мы, императрица Манзокеи и сопредельных земель, Тевера Манская, готовы выслушать посольство. Или же нам придётся послать ноту протеста эмиру и потребовать заменить послов.

Кто-то из советников, сидевший в отдалении от императрицы, довольно хохотнул, но мгновенно умолк под тяжёлым взглядом эмиратцев.

Это противостояние – хитрых, опытных в интригах мужчин и юной девушки – будто заставило раскалиться воздух. Тевере даже на миг показалось, что магия вот-вот хлынет из неё наружу, сметая всех на своём пути. Но мысль о том, что за её спиной застыл инквизитор и ждёт малейшего повода обвинить её в ереси, заставила взять себя в руки.

– Ваше… величество… - с трудом, словно катил в гору тяжёлые камни, выговорил посол. – Вы неверно меня поняли.