Чтение онлайн

— Спокойно ночи, мисс Саншайн.

Она коротко кивнула, но ничего не сказала.

Патрик положил руку на плечо Камерона и пошел с ним к двери. Камерон еще раз поблагодарил Патрика за ужин и приятную беседу. Сани отвернулась и смотрела на огонь до тех пор, пока не услышала, как Патрик закрывает дверь.

— Что ж, — сказал он четко, — интересный визит.

— Не думаю, — бормотала Сани. Она посмотрела на Мадлен — Спасибо за место для сна. Увидимся утром.

— О, нет, — сказал Патрик, преграждая ей путь. — Ты не уйдешь так легко, сестричка. Только не после того, как я приложил все усилия быть вежливым по отношению к члену соседнего клана, которого в любое другое время я бы убил без колебаний. Мне кажется, я имею право на несколько ответов.

— У меня нет вообще никаких ответов.

— А мне кажется, есть, — легко сказал Патрик. — Мне интересно, Саншайн, почему Роберт Камерон жил выше по холму годами и только в этот вечер он решил порадовать нас своей предположительно очаровательно персоной.

— Почему бы тебе не пойти и не спросить его? — Сани остановилась, смотря в прихожую и задумавшись, будет ли грубым просто побежать туда прежде, чем они поймают ее.

— Я могу.

У нее перехватило дыхание, когда она поняла, что подстрекала их сделать.

— Пожалуйста, Патрик, — быстро сказала она, — пожалуйста, не говори ему ничего.

— Тогда дай ответы, Саншайн. Мне кажется очень странным, что ты возвращаешься домой практически после трехнедельного отсутствия с парой непонятных пледов Камеронов.

— Как ты знаешь, горцы в средние века не имели узоров тартана.

— Да, но в свое время я видел достаточно пледов Камеронов, чтобы близко ознакомиться с цветами, которые они пользовали.

— Кто ты сегодня, адвокат? — сказала Сани, стараясь говорить легко.

Патрик только оценивающе смотрел.

Мадлен обменялась взглядами с мужем, затем встала перед ним. Она взяла Сани за руку и крепко сжала. — Иди спать. Утра вечера мудреней. У меня есть тарталетки.

— Соблазнительно, — сказала Сани, хотя не думала, что сможет съесть хоть одну. Она остановилась, затем посмотрела на Патрика. — Спасибо, что был вежлив с ним.

— Это было не сложно, — сказал Патрик, пожимая плечами. — По крайней мере, не очень сложно. Я должен был только полдюжины раз подавить желание схватить меч вместо двадцати.

Сани кивнула и вышла, пока Мадлен поддразнивала мужа, что у него искаженное восприятие действительности и напоминала, что она все равно его любит. Сани пришлось быстро закрыть дверь гостиной, чтобы больше ничего не слышать. Обычно, их семейное счастье заставляло ее улыбаться, но не сегодня.

Она вытащила из шкафа старую пижаму Мадлен, переоделась и пошла спать, даже не почистив зубы. Она все равно много не ела.

Сани хотела, чтобы плед Камерона укутывал ее. Он помогал ей заснуть. А все, что у нее было — это миленькая ситцевая пижама Мадлен. Не то же самое.

Хорошо, он не дурак и он не потерян. Он не приезжал, чтобы встретиться с Патриком, но и не приезжал, чтобы встретиться с ней. Просто мужчина, который обручен с другой женщиной, приехал навестить ее. Просто мужчина, который не помнил, что он любил ее века назад, приехал навестить ее.

Еще больше причин уехать из Шотландии прежде, чем он еще раз приедет навестить ее.

Она поедет домой…

Сани мгновенно остановилась. Нет, не домой. Домом был маленький перекосившийся коттеджик в высокогорье, полный высушенных трав, магии и огня, который согревал ее круглый год. Домом была короткая прогулка по безмолвному лесу от дома сестры. Домом была принадлежность к клану, полному людей, которые любили ее за то, кем она была, и что она делала.

Дом был, очевидно, в тридцати милях по прямой от мужчины, которого она любит, но который не понимал, почему ему надо любить ее в ответ.

Она знала, что если бы у нее оставались, хоть какие-то остатки разума она бы еще тогда поехала прямо домой, побросала вещи в чемодан и отправилась в аэропорт ждать ближайшего рейса до Лондона. Так она могла бы улететь обратно в Сиэтл и лелеять свое страдание. То, что она осталась в Шотландии, провела маленький набег в библиотеку Джеймса МакЛеода и думала о способе помочь любимому человеку вернуть воспоминания о себе, наглядно показывало недостаток здравого смысла.

Если она ударит его, он вспомнит?

Будет ли ей лучше от того, что он вспомнит?

Она с трудом задавала себе эти вопросы, и еще труднее на них было ответить. Были времена, когда она думала, что лучше всего ждать и посмотреть, куда будет дуть ветер, прежде чем сделать что-то радикальное. Это работало с врачеванием. Это работало с родами, в большинстве случаев. Это могло сработать и с неприглядной ситуацией, с которой она не могла справиться сама.

Да, может, на этот раз, когда ей так хочется бежать, она останется. Ненадолго. Просто посмотреть, в какую сторону будет дуть ветер.

Сани надеялась, что перенесет это знание, когда обнаружит направление.

Камерон стоял в офисе и смотрел на Гайд парк. Это было эффектное зрелище полное машин, автобусов и толпы, которые создавали современный Лондон. Ничего подобного в свои молодые годы он не представлял, и уж точно не думал, что так легко может стать частью этого.

Как он мог мечтать о том, что в тридцать пять будет управлять компанией с оборотом в миллионы фунтов, носить костюмы и летать на личном самолете, когда просто боролся за жизнь? Его отец никогда даже в своих самых фантастических мечтах не желал для клана славы и чести, но как желал этого Камерон.

Пока он стоял здесь, с тяжелой ношей на плечах, следя за движением машин перед ним из превосходно обставленного кабинета, который был специально декорирован, чтобы обеспечить людям комфорт, чтобы они могли без помех вкладывать огромные суммы денег. Он был просто счастливчиком, Камерон знал это, и был благодарен. Его положение позволяло ему делать что-то полезное, хотя из-за этого он находился вдали от Шотландии больше времени, чем ему бы хотелось. Прежде это его не беспокоило.

Это беспокоило его теперь.