Чтение онлайн

Он спрашивал Алистера несколько раз, почему он беспокоился обо всем этом — образование, связи, изменение завещания, которое довело родственников Алистера до безумия. Алистер ответил только раз.

Однажды став лаэрдом клана Камерон, мой мальчик, ты всегда останешься лаэрдом клана Камерон.

Таков был ответ. И Камерон больше никогда не спрашивал, а вместо этого был благодарен старому человеку, который принял причуды его первых двадцати семи лет, жизни пожимая плечами. И сам он счастливо принял после смерти Алистера все его земные сокровища и бизнес. Камерон был деятельный и очень успешен. Почему, тогда его жизнь была такой пустой?

Камерон попытался по-разному заполнить ее. Осмотрительными женщинами. Путешествиями. Охотой за тем, что не могло быть куплено и торгами о цене. Он никогда не играл на деньги, никогда не напивался, никогда не заводил случайные связи. Тем не менее, ничто не приносило удовлетворения. Что-то внутри него умерло, когда восемь лет назад в больнице Ивернесса началась его жизнь.

И потом он увидел Саншайн Филипс.

И его мир замер.

Сначала он не хотел признавать это. Он пытался убедить себя, что когда она бросилась к нему в объятия, он был удивлен, потому что принял ее за сумасшедшую. Истинное удивление было в том что, когда он обнимал ее, что- то внутри него вздохнуло с облегчением.

— Джордж, когда мы будем там, как ты думаешь? — неохотно спросил он.

— Может через полчаса, милорд, не больше.

Камерон тихо выругался. Не достаточно много, чтобы отложить пытку. Его терзал страх при мысли, что ему придется привести вечер в неудобной обуви, уклоняясь от закусок, которые могут стать слишком дорогими для его желудка, даже если он будет уверен в их чистоте, и терпеть скептические взгляды слуг, которые подойдут наполнить его бокал вина только, чтобы обнаружить, что в этом не было необходимости. Он будет вынужден вести вежливые беседы с испорченными, мелочными представителями знати, у которых не было ни одной нормальной мысли в их жалких головах, внимательно слушать все, что скажет Пенелопа и стараться не убить ее брата.

Он чуть не приказал Джорджу ехать обратно.

Чего он хотел, так это оказаться в Шотландии с Айгой в ногах, наслаждаясь тушеным мясом. Он хотел бы быть в деревне, держать Джона в страхе, с легкостью. Хотел бы оказаться в главном зале Патрика МакЛеода, наблюдая в свете камина за Саншайн Филипс.

К черту все.

— Джордж, — неожиданно заявил он. — Я уезжаю в полночь. Будь готов ехать.

Джордж посмотрел на него в зеркало заднего вида. — На другую вечеринку?

— Встреча с моим клубом. — Может если он напьется до бессознательного состояния, то перестанет думать о вещах, о которых не следует.

— У вас есть клуб, милорд?

Камерон свирепо посмотрел на него.

— После полуночи ничего хорошего не случается, милорд.

Святые, он знал это. Но столкнувшись с ужасным вечером, он был пойман в ловушку обстоятельств, и место где он хотел быть, было там, куда ему не следовало ездить.

Неожиданно ему пришла в голову другая мысль. Если бы у него было достаточно ужасное похмелье, может Саншайн Филипс бы не захлопнула дверь перед его носом, когда он приехал моля о лекарстве. Он не видел ее неделю; может она на этот раз забудет про свое отвращение к нему.

Был только один способ узнать это.

Камерон проснулся от резкого звука.

Он сел прямо и почувствовал, словно ему ткнули раскаленной кочергой прямо в глаза. Камерон со стоном упал назад, и натянул на голову одеяло.

Одеяло было сорвано. — Вставай, дурак. — он закрыл лицо подушкой. Это была Пенелопа. Прозвучал резкий шум открывающихся занавесок, и боль в глазах стала больше от солнца. Черт, когда консьерж перестанет ее пускать в его номер? Она не была тем, кого он хотел первым делом увидеть поутру— особенно, когда он не был точно уверен, где он и как сюда попал. Он чуть приподнял подушку и испытал сильное облегчение, обнаружив, что в кровати один.

Ему действительно не следовало пить.

Пенелопа выдернула из рук подушку. — Сядь и веди себя как мужчина.

Он прикрыл рукой глаза пытаясь спасти себя от боли в голове причиняемой солнечным светом, который был словно длинный меч.

— Я нездоров. — бормотал он.

— Ты все еще в ботинках. — с отвращением сказала она. — О чем ты думал?

И как, черт возьми, он сказал бы ей, о чем думал?

Очевидно, ответ был не тот, которого она ожидала.

— Иди в душ, — приказала она. — Я буду ждать тебя внизу.

Этого было достаточно, чтобы он резко протрезвел. — Ты будешь ждать? — он сел и уставился на нее. — Почему?

Ее рот открылся. — Ты не забыл о позднем завтраке с лордом и леди Хантингтон.

Он не мог придумать достойный ответ. Совершенно очевидно, сегодня он не в лучшей форме. Поздний завтрак. Кто придумал это дурацкое словосочетание?

Она рассерженно посмотрела на него. — Не могу поверить, что ты опустился так низко. Это Хантингтоны, Мак! Я никогда не смогу и носа показать ни в одной части города, если ты не покажешься — трезвый — и не будешь милым.

— Я не пьян.

— У тебя похмелье!

Он потер лицо руками. — Черт.

Она прошла через комнату. — Я закажу тебе кофе.

Камерон с трудом встал с кровати и понял, что на нем были не только туфли, но и остальная часть одежды. Он поклялся урезать зарплату Джорджу, как только представиться удобный случай.

Камерон принял душ и оделся, побросал одежду в чемодан, затем достал из сейфа бумаги. Он спустился в холл через двадцать минут, которые, казалось, немного успокоили Пенелопу. Он проводил ее к ожидающей машине и открыл для нее дверь. Камерон закрыл за ней дверь так, что она не могла слышать, что он скажет, затем отдал Джорджу свой чемодан и портфель.

— Меня не волнует одежда, — вежливо сказал он.

Джордж кивнул. — Я понимаю.

— Я понижаю тебя в должности. — ворчал Камерон. — Разве ты не мог, по крайней мере, снять ботинки?

— Я пытался, но вы не позволили, — сказал Грегори. — Вы сказали, что тропа через лес МакЛеодов повредила ваши ноги.

Камерон в изумлении посмотрел на него. — Что я сказал?

— Очевидно у вас чувствительные ноги.

Камерон, скачи за ведьмой МакЛеодов.

Слова появились из ниоткуда и ударили его с силой дюжины кулаков. Он оперся рукой о машину и, когда пытался вспомнить, кто сказал это, тяжело на нее навалился. Гайрик. Гайрик, который стоял с ним, когда Брайс, умирая, лежал у его ног. Гайрик, который предложил, чтобы он привез ведьму МакЛеодов, потому что никто больше на сто лиг не мог спасти его брата. Он вспомнил, как садился на лошадь, но после этого не помнил ничего.

Камерон с трудом перевел дыхание. Он действительно поскакал к лесу МакЛеодов? Там он как-то попал в двадцать первый век?