С первого взгляда
Шрифт:
– Да вы что??? – ахнула, неподдельно перепугавшись, Саша. – Он что, совершил преступление?
– Разное болтают, – неуверенно пожала плечами девушка. – Но уже приходили его клиенты. Вы не первые. И тоже возмущались. Мы, конечно, предлагаем варианты, но…
– Денег вернуть не можете, я правильно догадалась? – выдохнула Саша, поднимаясь.
– Совершенно верно. – Она виновато улыбнулась. – Если бы я могла вам чем-то помочь, поверьте, я с радостью.
– Верю… – будто бы рассеянно пробормотала Саша, направилась к двери, но тут же на полпути остановилась, нацелилась пальчиком девушке в лоб и произнесла: – А знаете, вы можете мне помочь.
– Да? Я с радостью, – ответила девушка, но без особой, правда, радости, все так же настороженно. Обещать ведь одно, делать – другое.
– Сергей должен был жениться не так давно. Слышали?
– Краем уха, – соврала девушка, покраснев до бровей. – Но что-то там у них не срослось. Кажется, они расстались.
Край ее уха слышал не так уж и мало.
– Да, да, это так. Но вот если бы вы мне сейчас достали номер телефона, а еще лучше адрес этой девушки, я была бы вам очень признательна.
И Сашка глянула на нее ясными честными глазами обманутой клиентки, уповающей хоть на что-нибудь, лишь бы уйти с деньгами.
– Думаете, она в курсе? – Нижняя губа девушки недоверчиво выпятилась, головка запрокинулась назад. Девушка делала вид, что вспоминает. – Телефона не знаю. Адреса тоже. Но вот где работала его невеста, сказать могу точно.
– И?
Саша подалась вперед, наткнулась на стул, который сама же ставила. Отпихнула его ногой, чертыхнулась. Но бумажку для заметок успела оторвать и положить перед секретаршей. И даже авторучку к ней подтолкнула.
– На соседней улице. – Спеша отделаться от назойливых посетителей, девушка строчила быстро. – Там здание такое серое, трехэтажное. В нем несколько офисов. Вот там, в страховом агентстве она и работает. Зовут Валентина. Фамилии не знаю. Высокая такая, блондинка, когда-то занималась художественной гимнастикой.
– Спортсменка, значит, – удовлетворенно пробормотала Саша, оглянувшись многозначительно на Марина. – Мы ее узнаем?
– Ее трудно не узнать. Она очень… – она недолго подыскивала слово. – Эффектная! Таким девушкам мужчины оборачиваются вслед. Мы все были очень удивлены, когда Сергей расторг помолвку. У них так все красиво начиналось…
Вышли из юридической конторы они молча. Так же молча уселись в машину. Марин завел мотор и лишь потом не выдержал и воскликнул:
– Ну, давай говори, говори: и чего нам, мужикам, не хватает! И что вы вечно ищете? Гимнастка и умница, и красавица, а он взял и расторг помолвку.
– Вот именно! – Саша покусала губы, глядя на него задумчиво. – Почему? Почему, Марин, он поступил так странно? Алла, конечно, не уродина, но и не эталон красоты. Тем более как она выглядела в последнюю нашу встречу. Ты меня извини, но…
– Поехали, – проворчал Марин, сворачивая на соседнюю улицу.
Он и соглашался с Сашкой, и нет.
Понимать Сержа он не собирался. Чести много в чувствах этого урода копаться. Что Алла не могла нравиться с такой силой, что ради нее можно было бросить длинноногую блондинку, он был не согласен. Она способна была завести кого угодно. И тащить потом на коротком поводке, куда захочет. Его-то вот таскала целых десять лет, а он – дурачок – и не подозревал об этом.
Нет, ради нее можно было и свадьбу отложить, и невесту бросить.
Вопрос в другом: почему, если Серж ради Аллы отказался от счастья с бывшей гимнасткой, он не выглядел ни хрена счастливым? И Алла не выглядела тоже. И собачились они почем зря. И кусал он ей губы до крови. Ленка же видела Снегирева.
– Пойми вас, мужиков, – философски проговорила Саша, когда он выдал ей свои мысли вслух. – Все, приехали. Вон оно здание серое.
Страховых агентств было несколько, точнее, три. В первых двух никакой Валентины никогда не работало. В третьем их встретили почти так же, как в юридической конторе – настороженно, если не в штыки.
– Поймите, у нас срочное дело к ее бывшему жениху.
– Она-то тут при чем?! – противно таращился на них растрепанный молодой человек, перебирающий бумаги в ящиках стола. – К бывшему жениху и ступайте. Он вон на соседней улице в юридической конторе трудится.
– Были! Уже там были! – вышел из тени Марин. – Его нет нигде. А он с нас деньги взял. Наобещал с три короба и тю-тю. Аферист чертов! Вот вы бы что на нашем месте сделали? А, молчите!
Молодой человек приостановил копошение в бумагах. Внимательно их осмотрел. Сначала Сашу. Потом Марина. Впечатление произвела кожаная папка Антона, которую Сашка без особой нужды выставляла напоказ. Даже пыталась рыться в ней, будто искала что-то.
– Были в конторе, говорите? – Он как-то неуверенно осел на стул.
– Были! – закивали они в две головы.
– И нет его там?
– Нет, пропал куда-то.
– И он тоже?! – со странным каким-то причетом произнес растрепанный молодой человек и принялся расчесывать пятерней волосы. – Странно все это как-то, не находите?
– Что странно? – решила проявить осторожность Саша, прежде чем на что-то соглашаться.
– Пропал Сергей Савин. И пропала его бывшая невеста.
– Как пропала?! – Саша с Антоном переглянулись. – Когда пропала?!
– Уж не знаю когда, но в прошлый понедельник не вышла на работу. И в этот понедельник тоже. На звонки не отвечает. Мобильный отключен. Ездил к ней домой, никого.
– Она одна жила или с родителями? – спросил Марин и тут же похвалил себя за сообразительность.
Немного начинает обучаться задавать нужные правильные вопросы, которыми ему вот лично выворачивали душу наизнанку.
– Валечка жила с теткой. Но та сейчас на даче. Я и туда ездил. Она ничего не знает. Сокрушается. Собирается вернуться в город и подавать заявление в милицию. Собирается объявлять Валечку в розыск.
– Не поздновато ли спохватилась? Почти две недели прошло?
Совпадение или нет?! Разве так бывает?! Гибель Аллы, страшная гибель. Исчезновение Сергея. И одновременное исчезновение девушки, на которой он должен был жениться, а потом предпочел ей ту, которую потом убили.
– Так не бывает, – согласно кивнула Сашка, когда прочла все в его глазах – все эти множественные вопросы. И тут же снова глянула на молодого человека: – Скажите, а какая машина у Валентины?
– Что? – дернулся он, будто его плетью стегнули. – Машина?